Хельсрич
Шрифт:
По рядам собравшихся командиров прошёл одобрительный шёпот. Воодушевлённый Амарас улыбнулся комиссару.
— Человек, мы Избранные Императора. Мы Его Ангелы Смерти. Мы обладаем столетиями боевого опыта, который и не снился твоим сторонникам.
— Нет, — возразил кто-то другой. Голос превратился в рождённый воксом рык, доносящийся из громкоговорителей шлема. Я сглотнул, когда герольд вновь трижды ударил посохом.
Я и не заметил, что произнёс это вслух.
— Слово предоставляется брату-капеллану Гримальду, — заговорил он, — реклюзиарху Чёрных Храмовников.
Гримальд
— Ксеносы мыслят не как мы, — заговорил Гримальд. — Зелёнокожие пришли на Армагеддон не ради мести, не ради того, чтобы заставить нас истечь кровью за свои былые поражения. Они пришли, чтобы устроить бойню.
Яррик — практически только скелет, за бледной плотью и тёмной униформой, молча смотрел на рыцаря. Амарас ударил кулаком по столу и показал на Храмовника. В этот напряжённый момент Гримальд думал, стоит ли выхватить пистолет и пристрелить Ангела Огня прямо на месте.
— Это всего лишь доказывает мою правоту, — Амарас практически запутался.
— Отнюдь. Ты осматривал то, что осталось от улья Гадес? Развалины. Здесь не за что сражаться, нечего защищать. И Великий Враг это знает. Он поймёт, что имперские войска окажут здесь лишь минимальное сопротивление и отступят, чтобы защитить города, которые того достойны. Вероятно, вожак просто испепелит Гадес с орбиты, а не пойдёт на приступ.
— Мы не можем позволить улью пасть! Это символ решимости человечества! При всём уважении, капелла…
— Хватит, — заговорил Яррик. — Успокойтесь, брат-капитан Амарас. — Гримальд говорит разумно.
Капеллан благодарно склонил голову.
— Мне ещё будут люди рот затыкать, — проворчал Амарас, но весь его боевой задор испарился. Яррик — худой старый комиссар — просто пристально посмотрел на капитана астартес. И спустя несколько мгновений Амарас вернулся к обозрению гололитической топографии местности вокруг улья. Яррик повернулся обратно к собравшимся офицерам, его единственный человеческий глаз смотрел сурово, а аугметический вращался в глазнице, словно потерял резкость.
— Гадес не устоит и недели, — повторил комиссар, на этот раз, качая головой. — Мы должны покинуть улей и рассредоточить войска по другим укреплениям. Это не Вторая война. То, что приближается к системе, намного превосходит числом опустошившую планету в прошлом орду. Другие ульи должны быть укреплены тысячекратно, — он прервался, чтобы прочистить горло, и закашлялся сухо и хрипло. Когда приступ прошёл, Старик улыбнулся совершенно без намёка на веселье. — Гадес будет пылать. Мы дадим бой в другом месте.
После этого намёка генерал Куров шагнул вперёд с инфопланшетом.
— Мы переходим к разделению полномочий, — он сделал глубокий вдох и закончил. — Флот, который осадит Армагеддон, слишком велик, чтобы ему противостоять.
Раздались ехидные комментарии. Куров отмахнулся. Гримальд, Хелбрехт и Баярд были среди тех, кто остался абсолютно безмолвными.
— Слушайте меня, друзья и братья, —
— А в худшем? — спросил офицер астартес, красовавшийся в шкуре белого волка и облачённый в серый боевой доспех Космических Волков. Всё его тело выражало нетерпение. Он был похож на собаку в клетке.
— Четыре дня, — с мрачной улыбкой ответил Старик.
Вновь воцарилась тишина. И Куров поспешил ей воспользоваться.
— Адмирал Пэрол из Линейного флота Армагеддона составил план и загрузил его в тактическую сеть для просмотра всеми командующими. После окончания боёв на орбите, через четыре или девять дней, наши флоты будут отведены от планеты. С этого дня Армагеддон защищают только те, кто уже окопался на поверхности. Орки смогут приземляться когда и где им вздумается. Адмирал Пэрол возглавит уцелевшие корабли флота и начнёт постоянные партизанские атаки на оставшихся на орбите суда захватчиков.
— А кто возглавит корабли астартес? — вновь заговорил капитан Амарас.
Последовала новая пауза, а затем комиссар Яррик кивнул в сторону собравшихся у стола воинов в тёмных доспехах.
— Учитывая старшинство и опыт его ордена, общее командование над флотами Адептус Астартес примет Высший маршал Чёрных Храмовников Хелбрехт.
И вновь поднялся шум, несколько командующих астартес требовали, чтобы эту честь оказали им. Рыцари проигнорировали их.
— Мы останемся на орбите? — Гримальд приблизился к командиру и задал вопрос.
Высший маршал не отводил глаз с Яррика. — Мы — очевидный выбор, когда речь идёт о командовании астартес в космических сражениях.
Капеллан оглядел зал, видя разных командующих и офицеров сотни различных воинств.
Так я ошибался, — подумал он. — Я не умру впустую на этой планете.
Горячий и неудержимый порыв пронёсся в душе, такой же реальный и живой, как хлынувший через оба сердца поток адреналина.
— "Крестоносец" поразит сердце их флота, словно копьё. Высший маршал, мы повергнем зелёнокожего тирана ещё раньше, чем он ступит на этот мир.
Когда капеллан заговорил, Хелбрехт отвернулся от старого комиссара. Он посмотрел на Гримальда, пронзив строгим взглядом тёмных глаз шлем-череп рыцаря.
— Брат мой, я уже говорил с другими маршалами. Мы должны оставить на поверхности контингент. Я возглавлю орбитальный крестовый поход. Амальрик и Рикард возглавят войска в Пепельных Пустошах. Остаётся лишь один крестовый поход, чей долг — защитить один из ульев, в котором ещё нет гарнизона астартес.
Гримальд покачал головой. — Милорд, это не наше дело. Доспехи и Амальрика и Рикарда покрыты бесчисленными почестями. Каждый из них в одиночку возглавлял большие крестовые походы. Никто из них не будет рад ссылке в грязный улей-мануфакторий, пока тысяча их братьев сражается в великой войне наверху. Ты обесчестишь их.