Холод
Шрифт:
— Мне больше нечего добавить, — сухо произнёс я. Меня всё больше напрягала сложившаяся ситуация. Разговор мог перерасти в драку, а я не знал, будут ли мои чары сильнее.
— Как тебя звать? — спросила девушка.
— Александр.
— Александр… — повторила она задумчиво, будто вспоминая что-то.
— Послушай, — сказал я примирительным тоном. — Может, уберёшь эти свои… чары. Я просто иду своей дорогой и никому не желаю зла. Спасибо, что помогла с этими уродами, но, наверное, у тебя тоже есть свои дела, так что давай просто разойдёмся миром.
Девушка
— Что это? — удивилась она. — Ты умеешь повелевать кристаллами? Значит, ты либо светлейший, либо… полукровка.
Магические осколки над ладонью её пропали.
— Значит, умею, — я забрал из рук молодой боярыни своё оружие и уставился на неё. — Будешь дальше гадать?
Под моим взглядом девушка даже как будто стушевалась, но быстро взяла себя в руки.
— Но почему тогда ты не хочешь назвать свою фамилию? — спросила она, но уже не прежним приказным тоном, а скорее с недоумением. И недоумение это было настолько искренним, что я чуть не рассмеялся. Возможно, то, что я отказался это сделать при встрече с другим светлейшим, действительно выглядело странно. Я не знал, как тут принято.
— На то есть причины, — я запихнул пистолет в кобуру.
— Где открылась брешь, ты знаешь? — девушка резко сменила тему. — Необходимо поставить в известность гарнизоны соседних острогов и ритуальный отдел. Брешь нужно закрыть, как можно скорее.
— Знаю. Одна брешь в Угреши, внутри крепости, прямо посреди двора. Там полно мёртвых солдат, которых почти невозможно убить. Вторая — верстах в пятнадцати к югу от Высокого. Других брешей я тут не видел.
— Две бреши так близко друг от друга — это очень странно, — произнесла, нахмурившись, молодая боярыня. — Я не помню, когда было такое. Дело серьёзнее, чем я думала. Ты можешь рассказать, где именно вторая брешь?
Я, как мог, объяснил, как туда добраться от Высокого.
— Моры уже вышли в Явь? — спросила девушка.
— Я убил четырёх, похожих на собак. Они напали на деревеньку неподалёку. Может быть, появились и другие в моё отсутствие. Ещё одна ходит по округе и умерщвляет всё живое. Я пытался её выследить — ничего не получилось. Скорее всего, ушла в степь или обратно в Сон.
— Так, ты должен поехать со мной и всё рассказать коменданту в Степной, — сказала боярыня. — Надо остановить это.
— Нет, извини, но не поеду, — ответил я. — Думаю, сама справишься, а мне нужно возвращаться в Высокое.
— Что ж, как хочешь, — девушка забралась в седло. — Тогда прощай.
Она пришпорила лошадь, и та потопала в направлении Старой Ямы.
— И тебе счастливого пути, — произнёс я вслед.
Странная встреча. Очень неожиданная и странная. Каким образом сюда забрела эта благородная девица, чего забыла в этой глуши? Почему одна, без свиты, слуг и родственников? Впрочем, вряд ли теперь это имело большое значение. Главное, что удалось избежать драки, которая могла закончиться не в мою пользу. А ещё беспокоило, что девушка чуть было не узнала меня. Наверное, и правда, видела на каком-нибудь
***
А вскоре я и сам уже ехал по белому полю. Подо мной был скакун одного из убитых драконов, второго я вёл следом. Поначалу я опасался, что будет сложно управляться с лошадью, но моё новое тело оказалось прекрасно приспособлено к передвижению верхом. Сев в седло, я почувствовал себя в родной стихии. Со своим транспортным средством я очень быстро нашёл общий язык.
В седельных сумках, украшенных тиснённым узором, нашлись съестные припасы: солонина и копчёности. В висящем на седле бурдюке бултыхался какой-то молочный напиток, напоминающий кумыс.
К седлу второй лошади я привязал ружья кочевников — это были лёгкие кремневые карабины, украшенные узорами в восточном стиле. Такое оружие неплохо подходило для конной стрельбы. Забрал их в надежде продать в городе. Ну или, может, себе тоже оставлю один образец — не решил ещё.
Метель снова разыгралась. Лошади медленно плелись по сугробам, а я едва видел дорогу впереди. Мне за шиворот набился снег. Хоть я не ощущал холода, но чувство было неприятное. Одной рукой я держал поводья, другой придерживал треуголку, чтобы не слетела от порывов ветра, старался поплотнее натянуть её на лоб, защищая лицо от вездесущих белых хлопьев.
Боялся я сейчас одного: того, что стемнеет раньше, чем я доберусь до Старой Ямы. Я и так не видел дорогу, которую снег сравнял с полем вокруг, а в ночи я и ориентиры перестану видеть.
Мысли же мои были заняты сном, увиденным сегодня ночью. Прежде мне и более странные сны снились, но этот вызывал какую-то смутную необъяснимую тревогу, с которой я никак не мог справиться. Раньше, в своём мире, я бы придал ему не большее значение, чем остальным снам: никогда не считал, что этот набор картинок и образов несёт в себе что-то важное. Но в этом мире могло быть всё, что угодно. Невольно лезли в голову мысли: вдруг увиденное имеет смысл? И если так, то какой?
Я всё гадал, что за жуткое существо с лошадиным черепом вместо головы приснилось мне? Во Сне его видели и Прошка, и я пред тем, как отправиться в Явь. Мужики называли его Марой и боялись больше всех остальных тварей вместе взятых.
А что, если именно оно было птицелапым монстром, за которым я гнался последние два дня? Конечно, не факт. Во Сне полно неведомых тварей. Но мысль эта не оставляла меня. А ещё подумалось, что появление брешей тоже может быть как-то связано с этим существом.
Что-то в этом мире творилось нехорошее. Даже молодая боярыня удивилась такому количеству брешей.
Когда я добрался до Большой Ямы, снег идти перестал, хоть ветер дул с прежней силой. Начало темнеть. Переться в ночь по снежному полю, не зная дороги, казалось глупой затеей, а значит опять придётся пороситься к кому-нибудь на ночлег. Ну или остановиться там же, если хозяева до сих не вернулись в свою избу.
Однако в деревне меня ждал сюрприз: тут было пусто. Я сразу понял, что люди сбежали, испугавшись нашествия мертвецов. Что ж, тем лучше…