Холодно
Шрифт:
– А к тебе, что-ли?
– Ну да... наверное...
– А ты его знаешь, что-ли?
– Нет.
– вздохнула Оленька - Видела один раз. Вернее, два...
– Дела-а... Слушай, ну ладно, я перессал, а Дубинин-то что всхлопотился? За просто так, небось, ОМОН-то не присылают? Мало ли кто что сказал - на каждый переполох ведь не присылают! А?
– Ну...
– Оленька снова вздохнула - Понимаешь... Я тебе расскажу, только ты не трепись никому.
– Да я вообще никогда... никому!
– обиделся Димка.
– Понимаешь... Я тут случайно оказалась свидетелем одного преступления... И этот мужик тоже. Его Сергеем зовут... ну, и, брат
– А что-ж этого Сергея хватали, если и он свидетель?
– Ну, тут мы еще не совсем разобрались - он просто свидетель, или он с преступниками заодно?
Димка зло фыркнул:
– Вот менты так всегда - сначала схватят, дубинами надают, рожу расквасят, а потом разбираются! И Влад твой хваленый - такой же!
– Что-ж ты тогда вчера к нему побежал?
– оскорбилась за Дубинина Олечка.
– Да так... Я же говорю - перессал.
Олечка просто пришла в восторг от такой самокритики.
Завтракали они молча - каждый думал о своем. После завтрака Димка солидно заявил:
– Я тут подумал... Собирайся, поедем ко мне домой. Там тебя никто не увидит и не найдет.
– Куда это "к тебе"? Туда, что ли?
– мотнула головой в окно Оленька.
– Да ну, туда... скажешь тоже! У меня дом есть, в Черняках, в деревню поедем.
– До-ом?
– удивилась Оленька.
– Дом!
– немного покраснел Димка - Вообще-то, конечно, его Витька строил. В Черняках. Но он все на меня записал, так что это вроде мой дом. Говорит: "Меня, того и гляди, посадят, и ни за что имущество пропадет. Государство оттяпает". А так - на меня записано, мне и будет. Я, может, не так быстро сяду. Вырасту пока...
– Слушай, а чего это ты так уверенно садиться собрался? И в милицию два привода в этом году, ты говорил, у тебя?
– озадачилась Оленька.
– А-а, мужики все садятся...
– флегматично махнул рукой Димка.
Так или иначе, Димка Оленьку уговорил. И Дубинин этот план тоже вполне одобрил. Пока столяр, дядя Миша, починил дверь - Оленька собрала вещи. Собирать пришлось матрасы и постельное белье, и занавески, и кое-какой инструмент, и складную садовую мебель, и всю необходимую посуду - в Коньковском доме ничего еще не было. Правда, там уже были газ, свет и вода, и котел установлен, и на первом этаже даже постелен дощатый пол, а вот мебели никакой не было. И обоев... И светильников не было никаких - одни голые лампочки на корявых скукоженых проводах...
После обеда они сходили на гаражи, и забрали Оленькину машину. Нужно было заправить ее, и съездить за продуктами, купить сразу на пару недель, и за разными необходимыми мелочами - оказалось, что начинать хозяйство с нуля довольно хлопотно. Загрузить все домашние вещи они намеревались завтра, раненько утром, не привлекая к себе излишнего внимания. И съехать в Черняки затемно, чтобы никто ничего не увидел. Благо, в Оленькину "копейку"-пикапчик можно было уместить все за один раз. Купленные продукты пришлось нести в квартиру, чтобы они не замерзли ночью в машине, и чтоб их оттуда никто не стащил. Уставшие и замотанные, они в ту ночь спали без задних ног, забыв даже бояться неведомых врагов.
Рыжов вынырнул из сна мгновенно, при первых звуках поворачиваемого в двери ключа. Включился свет, и в камеру
– Просыпайся. Ольге машину подорвали полчаса как...
– Погибла?
– Жива. Даже не пострадала, если не считать перепуга.
– Как так?
– Она машину на ночь возле подъезда оставила. Утром вышла с собакой, и с торбой картошки. Открыла заднюю дверцу, поставила картошку, впустила собаку, поднялась наверх, за следующей сумкой. Тут машина рванула. Думаю, псина просто перепрыгнула на переднее сиденье, в "Жигулях" спинки низкие... а псина - дог старый, он наверняка больше Ольги весил... Думаю, там было что-то вроде самодельной мины... Эксперты точнее определят. Температура страшная, металл расплавился, а осколков, вроде бы, нет... Ну и бензин сдетонировал. Слава богу, машина стояла с торца дома, там окон нет, никто не пострадал. Но, конечно, напугались люди....
– А она сейчас где?
– У меня ... Я ей велел сидеть и не жукнуть. Никто ж не знает, что это не она взорвалась. Пусть пока думают, что она... Целее будет.
– А мне ты зачем это все говоришь?
Дубинин помолчал пару минут, хмуря брови. Словно еще раз оценил и обдумал все свои доводы. Потом вздохнул.
– Вы с Ольгой сейчас в одной лодке. За ней охотятся, а тебя подставляют по полной программе. А мне ее припрятать некуда, и сторожем при ней сидеть я не могу - мне этого охотничка хренова отыскать надо. И побыстрей - пока вы оба целы. Поэтому желательно - очень желательно - чтоб ты мне все как есть рассказал. Понял ты меня - все, как есть! А то ведь они не только Ольгу хлопнут - они и до тебя добегут. Ты для них сейчас расходный материал.
– С чего это ты так надумал?
– Да пистолет мы твой нашли... В сумке у одного мужичка. Мертвого, между прочим. Так что все дело закруглено и завязано, и концы в воду. А ты тут совсем лишний.
Рыжов недобро усмехнулся:
– А если я с ними заодно?
– Ты, может, с ними и заодно, а они с тобой - нет. Ты им нужен был, чтобы Ольгу найти. Ты нашел. Если бы ты с ними заодно был - ты бы про мужиков у Ольги не выспрашивал. И в паспортном столе не светился... и в забегаловке этой паршивой ты бы не шарашился у всех на виду. Ты их не знал - а хозяева твои знали. И отравили - за день до того, как ты их тут искал. И при том пистолетик твой в сумку подбросили. Типа - мужики Голубенко убили, а потом вдруг случайно отравились. Виноватых нет. Осталось так - пару лишних свидетелей устранить, тебя да Ольгу - и все чики-чики!
– Могли бы этого Голубенко вообще в лесу зарыть, и никакого бы дела не было - раз уж так у них было с двух сторон схвачено...
– Я вот что выяснил - твои хозяева хотели что-то вроде спектакля разыграть - инсценировать вооруженное ограбление, отнять портфель. Шофер машины был в курсе, должен был просто в условленном месте остановиться. У Голубенки в автомате и рожка не было... а вышло вон как. Не по уговору вышло... И похоже, мужики эти наши, компания Голубенковская, попробовали хозяев твоих шантажировать, бабок с них за Голубенко слупить. Конечно, при таком раскладе труп мужики вовсе не прятали - это, можно сказать, ихний козырь такой был. За шантаж они на другой же день жизнями поплатились, да на них же еще это дело свалили. И вот скажи мне - на хрена ж ты теперь своим хозяевам? С какой стороны не глянь, везде ты крайний! Ничего тебе тут не остается, как все мне рассказать - чтобы я ваши с Ольгой задницы прикрыл.