Храм
Шрифт:
Рейсу не было до этого дела. Слева он увидел винтообразную тропу, запрыгнул на нее и пустился по вдоль ее крутой резьбе.
А в деревне Рене Беккер с испугом выглядывала из узких окошек вездехода.
Примерно тридцать фашистских, бойцов было сосредоточено в деревне. Они были одеты в безупречную форму: керамические бронежилеты, легкие кевларовые каски, и, конечно, черные лыжные маски — они двигались с определенной целью, хорошо тренированная и хорошо подготовленная
Рене увидела, как один из нацистов вышел на середину улицы и снял каску. Мужчина стянул лыжную массу и осмотрел окружающую территорию.
Зрачки глаз Рене расширились.
Хотя она видели его фотографию тысячу раз до этого на всевозможного рода плакатах «Разыскивается...», когда она увидела его сейчас, ее тело покрылось мурашками.
Ока мгновенно узнала зачесанные вперед волосы и узкие щелочки глаз. На левой руке было только четыре пальца.
Она смотрела на Генриха Анистазе.
Не говоря ни слова, Анистазе сделал V-жест рукой в сторону вездехода.
Теперь уже дюжина вооруженных G-11 человек двигалась к вездеходной машине, пробираясь по прибрежной тропе к расщелине и храму.
Теперь еще шесть спешили к вездеходу, пока остальные двенадцать заняли оборонительные позиции вокруг деревни.
Тем не менее двое мужчин стояли в стороне, охраняя искажавшее радиосигналы устройство.
Это был небольшой, размером с походный рюкзак блок, который назывался генератор электромагнитных импульсов, искажавший вражеские радиосигналы, издавая контролируемый электромагнитный импульс, или ЭМИ.
Это было достаточно уникальное прибор. Как правило, электромагнитный импульс влияет на все, где есть плата — компьютеры, телевизоры, коммуникационные системы. Такой импульс называется «неконтролируемым» ЭМИ. Но, контролируя частоту их импульса и убедившись, что их радиоприемники настроены на более высокую частоту, нацисты могли замешивать сигнал своих противников и поддерживать собственную связь.
Как они сейчас и делали.
Шесть нацистов подошли к вездеходу, все окна которого были закрыты и все люки задраены.
Внутри большой машины Нэш, Шредер и Рене сидели, съежившись, по разным углам, сдерживая общее дыхание.
Штурмовики не теряли времени.
Они немедленно забрались под машину и начали крепить под ней взрывчатку.
Рейс бежал.
Все время наверх, вокруг, следуя за длинной вьющейся лентой спиралевидной тропы.
В ногах пульсировало. Сердце стучало.
Он подошел к веревочному мосту. Перепрыгнул через него. Поспешил по каменным ступеням, ведущим в храм.
Рейс прорвался сквозь листья папоротника и понял, что стоит перед входом у ворот.
Двор был совершенно пуст.
Не было видно ни животного, ни человека, ни кошки.
Главный
Не входить ни в коем случае.
Внутри веет смертью.
Рейс держал М-16 перед собой, включив надствольный фонарик, осторожно направляясь в главному входу. Он стоял внутри огромного каменного прохода, окруженный наводящими ужас изображениями рап и кричащих людей, которые выглядывали из темноты.
— Ван Левен! — прошипел он. — Ван Левен, ты там?
Нет ответа.
Он сделал еще шаг внутрь храма, неуклюже держа перед собой винтовку.
И тогда он услышал ответ.
Долгое, медленное рычание, доносившееся откуда-то из глубины храма.
«О-о».
Рейс крепче схватил оружие, затаил дыхание и сделал еще шаг в храме.
Еще десять шагов и он стоял в темной каменном проходе, который извивался вниз и справа от него в широком изгибе.
Он увидел небольшое углубление, сделанное в стене и направил на него луч фонаря.
Ужасно изувеченный скелет смотрел на него.
Его череп был вдавлен, не было одной руки, а рот его застыл в ужасающем крике. На нем был надет старинный кожаный жилет.
И затем он заметил нечто обмотанное вокруг его шеи. Он только увидел его, скрытое в позвоночнике старого грязного скелета. Он наклонился поближе, что разглядеть это.
Это было какое-то кожаное ожерелье.
Рейс дотронулся до тонкой кожаной полоски, размотал ее с грязной шеи скелета. Несколькими секундами позже мерцающий зеленый изумруд показался из-за костлявой шеи скелета, он был приделан к кожаной подвеске.
Сердце Рейса на мгновение замерло. Он знал об этой изумрудной подвеске. Он недавно о ней прочитал.
Это была подвеска Ренко.
Эту подвеску дала ему верховная жрица Кориархи в ту ночь, когда он похитил идола из Куско.
Рейс вновь в ужасе посмотрел на скелет.
Ренко.
Рейс поднял подвеску с головы скелета и взял ее в руки.
На момент он задумался о Ренко и внезапно вспомнил то, что сам сказал недавно Фрэнку Нэшу.
Каким-то образом Ренко и Сантьяго удалось заманить кошек обратно в храм, и одновременно вернуть туда идола.
Рейс сглотнул. Неся мокрый идол, вел ли Ренко за собой кошек?
Он с ужасом посмотрел на изувеченный скелет.
Так вот, что случилось с Ренко.
Вот, что случалось с героями.
Он торжественно надел изумрудную подвеску.
— Береги себя, Ренко, — сказал он вслух.
Лицо Рейса осветил резкий белый цвет, и он обернулся, с широко раскрытыми глазами, как животное, оказавшееся перед фарами автомобиля, и увидел перед собой Кокрейна, Ван Левена и Рейхарта, которые появились и темноты глубин храма.