Идущие в ночь

Анна Ли

— А-а…

— Нет. Она ручная и я с ней не расстаюсь. Обещаю, что никаких неожиданностей не будет.

Вторую монету хозяин поймал так же сноровисто и суетливо обернулся.

— Прошу. Вон туда!

Он мигом согнал с насиженного места упившегося в дым трудягу. Дородная девка, косясь на меня, протёрла стол и скамью.

— Прошу!

На меня обратили внимание соседи — но только на миг. Вот Тьма, тут что, каждый день приходят с равнин путники с ручными карсами?

Сначала принесли

пиво. Чёрное, как дёготь. На несколько секунд мир перестал существовать — на время первого глотка.

Вы когда-нибудь прикладывались к доброму питью после долгого пути? Тогда вы понимаете, каким оно кажется вкусным и желанным. Особенно в эти первые секунды.

Когда я оторвался, в большой глиняной кружке мало что осталось, но на столе уже стояла вторая, полнее полной. Коричневая пена стекала на привычный ко всему стол. Допив всё, что ещё оставалось в первой кружке, я отодвинул её в сторону и приготовился отдать должное второй, но уже не залпом, а с толком, с расстановкой, не торопясь…

И тут перехватил взгляд карсы. Не то чтобы злой… но какой-то недобрый.

Я смешался на секунду.

— Ладно, ладно, держи, — пробормотал я и поставил кружку на пол.

И карса с видимым наслаждением принялась лакать пиво, причём на морде у неё ясно читалось полное довольство жизнью и гордость за сообразительного хозяина.

Секундой позже я перехватил взгляд тавернщика. Не то чтобы недоумённый… но какой-то озадаченный.

— Ты что, никогда не видел карсу, пьющую пиво? — я довольно натурально изобразил удивление.

— Нет, господин…

— Всё когда-нибудь происходит впервые, — вздохнул я философски, прямо как Унди Мышатник, мой вечно нетрезвый учитель, и с тем же выражением борющихся скорби и жажды на лице приложился к третьей кружке.

— Меня зовут Дагмар Зверолов. Надеюсь, слыхал? — сказал я хозяину, когда содержимое кружки перекочевало мне в брюхо.

Хозяин расплылся в улыбке.

— Ну как же! Кто же не слыхал о Дагмаре!

«Вот, шельма!» — я готов был расхохотаться, потому что Дагмара Зверолова я выдумал только что.

— Я жду здесь другого зверолова… женщину. Она придёт с ручным вулхом. Или уже пришла?

Я с нажимом посмотрел на хозяина.

— Нет, господин! Ещё не приходила. Если появится, я тотчас велю, и вам дадут знать.

— Молодец! — похвалил я. — На лету схватываешь. Впрочем, может я её и не дождусь. К вечеру будет видно. Где там жаркое?

— Уже несут!

Тут он не врал, блюдо со снедью и ещё пива несла всё та же дородная девица, плывя через зал на манер парусного чёлна.

В общем, некоторое время мне было начихать, на всё что происходит вокруг. Едой я по-честному делился с карсой, хоть соседи и поглядывали на это косо.

«Возьму

комнату, — подумал я. — Якобы отдохнуть до завтра. Тури тоже, небось, по пиву да по городской еде истосковалась. А завтра она двинет дальше. Нужно только половчее разыграть несостоявшуюся встречу двух звероловов.»

Размышляя и жуя, я пропустил момент, когда у моего стола появился некто, закутанный в тёмно-синий балахон. Тьма, если я пропускаю такое, значит, я отвык от города. Возьми себя в руки, Моран! Здесь не пустоши, которым всё равно, что ты оборотень. Здесь вокруг — враги.

— Здравствуйте, мастер Дагмар, — громко, чтоб услышали за соседними столиками сказал подошедший и тотчас понизил голос. — Меня зовут Кхисс.

— З-здравствуй… — отозвался я неуверенно. О Кхиссе предупреждал меня лекарь Самир. Значит, это друг. Быстро же я его встретил!

— Как здоровье, Одинец?

— Меня зовут Дагмар, — напомнил я. — А здоровье нормальное.

— Я рассчитывал перехватить вас вчера. Но мы, видимо, разминулись.

— Точно, — подтвердил я. — Прошлый красный пересвет я встретил в гнезде у вильтов.

Кхисс изумился.

— Где-где?

— У вильтов в гнезде, — небрежно повторил я. — Обтяпали небольшое дельце. А что?

— С вильтами? Дельце?

Кхисс глядел на меня как на умалишённого.

— А что тут странного? С ними как раз очень даже можно проворачивать дела, не то что с людьми. Вильты не лгут и всегда выполняют то, что пообещали.

Последнее было правдой. Правда, я раньше имел дела только с вильтами-толмачами и иногда мельком видел работников, которые перетаскивали грузы, предмет обмена. Ну, солдат ещё пару раз видел, охранников.

Покачав головой, Кхисс взглянул на карсу.

— С ней, надеюсь, тоже всё в порядке?

— А что с ней сделается? Вон, гляди, как жаркое лопает…

Киса и впрямь самозабвенно налегала на мясо. Впрочем, сопутствующие овощи тоже пришлись ей по вкусу. А пиво я ей вылил в широкую, похожую на лохань, миску — карсе неудобно пить из высокой кружки. Ну, лакать, лакать, какая разница.

Лопай, подруга моя любезная. Надеюсь, не забудешь завтра о вулхе и угостишь его костью поаппетитнее.

— Я должен был в тот пересвет присмотреть за вами, — Кхисс понизил голос до предела. — За вулхом и карсой. Чтобы ненароком…

Что именно — ненароком, Кхисс не уточнил. Впрочем, уточнять и не нужно было, и так понятно.

— Ну, что же, — рассудительно сказал я. — У тебя есть шанс присмотреть за нами на этом пересвете.

Кхисс пристально уставился мне в глаза.

— Кажется, вы с Тури, наконец-то, встретились. Так?

— Так, — не стал юлить я. — Встретились.

— И что?