Игрушка
Шрифт:
Иван вскочил со стула, обхватил сестру обеими руками за талию и закружил по комнате.
"Ой хватит, хватит, - взмолилась, смеясь, Оксана.
– У меня уже голова кругом пошла".
Они вновь уселись за стол.
"А в чём Наташа тебе помогает?" - спросил Иван, немного отдышавшись.
"О, она молодец. Она нам распишет систему воспитания молодого поколения в государстве передела. И, кстати, она готовит доклад по Ушинскому. Очень интересно. Ты должен быть".
"Теперь буду", - пообещал Иван, вспомнив своего заместителя.
– ------------------------
И вот через месяц компаньоны собрались на своё очередное заседание. Повестка дня: доклад Агафоновой Натальи Климовны "Константин Дмитриевич Ушинский - дуалист по чувству и разуму".
В назначенное время, - а это было, конечно, воскресение, -
На стоянке такси - столпотворение. Можно было вызвать машину из райкома, но тогда пришлось бы долго ждать: пока она из Невского района приедет в Пулково. И Иван решил добираться на общественном транспорте: автобус - метро - трамвай. Час пик миновал и потому он не потерял ни одной пуговицы, однако, в душе посочувствовал тем советским людям, которым приходится проделывать аналогичные походы дважды в день: из дома - до работы и обратно.
43 Дома вся семья оказалась в сборе. После плотного ужина с водкой для мужчин и вином для женщин, брат и сестра уединились в комнате Оксаны.
"Расскажи-ка мне, сестрёнка, как это у тебя сладилось с Алексеем Найдёновым?" - полушутливо спросил Иван.
Оксана в том же духе ответила:
"Да очень просто. В Институте у Каретникова он на меня глаз положил. Да и я, взглянув на него, сразу почувствовала - он мой".
"Ну, а дальше что?" - продолжал допытываться Иван.
"А что дальше? Дальше он меня в кино пригласил. Потом на лестнице у входа в нашу квартиру мы целовались. А потом он пригласил меня к себе. Там, после торта из "Севера" и шампанского, мы окончательно сблизились".
"И что?" - не унимался Иван.
"Что, что? Ты что романистом хочешь стать - так деталями интересуешься. Всё же мы с тобой разнополые и некоторые девичьи секреты я тебе сказать не могу".
"Романистом я не стану - времени нет на это. А мне интересно. Расскажи".
Оксана внимательно, как бы оценивающе, посмотрела на брата.
"Тебя интересует наш первый сексуальный опыт?" - после явно затянувшейся паузы уточнила она.
"И это тоже", - подтвердил догадку Иван.
"Ты знаешь, у него, - она замялась, подыскивая слова, - у него слишком большой член для меня. Это может быть и хорошо будет потом, но для первого раза больновато было".
44 Иван оживился.
"О!
– воскликнул он.
– И как же ты предполагаешь решить эту проблему?"
"Да очень просто. Уже решила. Пошла в аптеку и купила для него два таких специальных резиновых ограничительных кольца. Это нашими презервативами опасно пользоваться - они рвутся, а кольцами очень даже хорошо получилось. Ему теперь и сдерживать себя не нужно - отдаётся своему чувству безоглядно. В постели он такой страстный, что и я от него быстро завожусь. Вобщем, в этом плане у нас гармония".
Иван слушал, кивал и ласково-одобрительно смотрел на сестру.
"В телесном плане гармония, а в духовном?" - спросил он, когда та умолкла.
"В духовном посложнее. Он находится в другой среде и в других условиях. Не в таких - в которых ты находился. Он не участвует в созидании, не производит годный к потреблению продукт и потому смотрит на мир другими глазами. Не такими, которыми ты смотрел, когда работал на заводе, а затем шофёром. Он военный чиновник и мозги у такого парализованы системой вертикали власти. Их ахиллесова пята - начальник. Но они люди, а потому способы к прозрению. В нашей среде, в среде домашней любви, Алексей прозреет, тем более что душа-то у него добрая".
Оксана замолчала. Молчал и Иван, размышляя о только что услышанном.
Наконец, он спросил:
45 "А тебе не кажется, что ты слишком цинично рассуждаешь о такой романтической сфере как отношения между мужчиной и женщиной?"
"Если бы я сейчас разговаривала с девочкой старшеклассницей, то да, но с тобой - нет. По моему глубокому убеждению, наша официальная педагогика слишком романтизирует эти отношения. Советская литературная цензура допускает к народу только такие произведения художественной литературы, которые делают из этих отношений что-то такое, что очень похоже на религиозный обряд. В результате наши советские девушки ждут принцев,
– ---------------------------------
Этот разговор происходил вчера, а сегодня компаньоны приготовились слушать Наталью Агафонову.
Она расположила на столе приготовленные для доклада материалы: прежде всего на стол легли два тома дореволюционного издания основной работы Ушинского "Человек как предмет воспитания. Опыт педагогической антропологии", затем листки с пометками и тетрадь по ДМД.
Наталья заговорила:
"Константин Дмитриевич к данному изданию, - и она, приподняв один из томов, продемонстрировала его слушателям, - написал предисловие 7 декабря 1867 года. Это за три года до рождения Владимира Ильича Ульянова (Ленина). Я прошу всех обратить внимание на данный факт. Все мы - взрослые люди и потому нас уже некому воспитывать. Остаётся только самовоспитание, как возможность изменить себя к лучшему. Необходимо ли это самовоспитание?
– 46 Наталья сделала паузу. Обвела взглядом присутствующих. Все, молча, ждали. И она продолжила, ответив сама на собственный вопрос.
– Кому-то да, кому-то нет. Всё зависит от кругозора человека и того - чем он занят по жизни, каким делом. Человеку, который добывает себе и своей семье пропитание ежедневным обязательным физическим трудом, некогда задумываться о самовоспитании. Работа и бытовые проблемы забирают у него все силы и время. Кроме того, этот человек не ставит своей жизненной целью решение глобальных общечеловеческих задач. Ему всё ясно, а то, что не ясно, он разъясняет себе с помощью религии и водки.
Мы - другое дело. Мы эти задачи себе задали. Решить их сможем только в том случае, если учтём ошибки наших предшественников, ставивших перед собой аналогичные задачи и не добившиеся успеха. Один из таких людей - Ленин. Я прочла работу о Ленине вашего незабвенного дедушки, - Наташа взглянула на Оксану, - и поняла, именно на примере ленинской жизни мы можем получить бесценный материал для самовоспитания. Я думаю, что все согласятся со мной - лучше всего учиться на ошибках других людей. Собственные же ошибки иногда уже невозможно исправить. Вот и Ленин свои ошибки сам уже исправить не может. Всем известно, что он был материалистом, а взаимоотношение материалиста и реальности таково: человек может только открывать законы материального мира и следовать им. Ленин решил, что Карл Маркс открыл для него один из таких законов материального мира: "Рабочий пролетариат должен править миром". Закон оказался ложным или, лучше сказать, оказался и не законом вовсе, а наукообразно сформулированными фантазиями пусть и умного, но - человека. Поэтому-то Владимир Ильич и пришёл к отрицательному результату в своей деятельности. С молодых лет он выбирал путь, выбрал материализм и ошибся. В то же время за тридцать лет до его рождения другой человек уже указал 47 если не путь, то образ мысли иной, нежели образ мысли материалиста. Этим человеком был Ка Дэ Ушинский и он указал своим сверстникам и потомкам на то, что мир не только материален, но и идеален. И если учесть что отец Володи был педагогом, то в его домашней библиотеке не могло не быть трудов Ушинского. Однако, дуализмом Ушинского Володя пренебрёг, а избрал материализм Маркса, а это и стало его основной жизненной ошибкой. А теперь я вам покажу: каким дуалистом был Ушинский".
Наталья отпила глоток холодного чая, приготовленный для неё заботливой Людмилой Вениаминовной, открыла книгу на закладке и прочла:
"Но в человеческой памятливости мы различили собственно не одну, а две способности: одну, принадлежащую телу, или, точнее, нервной системе, и другую, принадлежащую душе, или, точнее, исключительно духу человеческому". Страница 265.
Исследуя такой феномен как человеческая память, Ушинский обнаружил два вида памяти: память тела и память души. И тут нужно заметить, что в отличие от Ленина, который свой материализм однозначно объявил истиной, Ушинский свой дуализм до таких волюнтаристских высот не поднимал, то есть он был честнее Ленина. Вот что пишет Константин Дмитриевич дальше: "...мы понимаем слово душа, но не понимаем что такое душа...".