Имена
Шрифт:
Гоша отпустил его ладонь. Похлопал себя по карманам. Нашел ручку и начал писать номер своего мобильного телефона на визитной карточке магазина.
– Прикупился смотрю, - завистью сказал парень, кивнув на пакеты, пока Гоша писал номер.
– Держи, - вместо ответа, Гоша протянул кусочек картона.
Шнырь забрал визитку. Молча повернулся и ушел.
– Привет!
– Гоша услышал радостный детский голос у себя за спиной, когда открывал дверь подъезда.
– Тебе помочь?
Миниатюрная, словно игрушечная, детская
– Тебя, как зовут?
– спросила она.
Гоша замер на месте. Медленно повернулся и посмотрел на девочку.
– Гоша, - ответил он таким голосом, будто перед ним стояла самая красивая девушка старших классов, а он - жалкий восьмиклашка - собирается пригласить ее на свидание.
– А меня Арина!
– весело ответила девочка.
– У тебя много друзей?
– Друзей?
– переспросил Гоша.
– Ни одного, кажется...
– И у меня тоже ни одного, - грустно ответила Арина, и очень уж по взрослому вздохнула. Ее настроение менялось с чудовищной быстротой.
Маленькие дети. Они все очень красивые, если их внутренний мир еще не успел испортиться властью и деньгами родителей. Но эта девочка обладала какой-то "взрослой" красотой. И в то же время, ни у одного взрослого во всем мире не было таких глаз. Детские, по-взрослому грустные глаза. Будто глаза человека, прожившего долгую и трудную жизнь, "запихнули" в тело ребенка.
– Видишь сосульку?
– Арина показала на тающую сосульку, висевшую на водосточной трубе.
– Она похожа на убитую девочку... Будешь моим другом?
Ее слова заставили Гошу улыбнуться.
– Буду, - кивнул он, улыбаясь.
– Конечно, буду!
– Правда, здорово?
– сказала Арина.
– Тебе понравится со мной дружить. Хочешь, я научу тебя смотреть на облака?
– Конечно, хочу, - ответила Гоша.
– Ну, вот посмотри на небо. Видишь там большое облако?
Гоша посмотрел вверх. На морозном небе Минска не было ни одного облака.
– Там нет ни одного облака, - удивленно сказал он, глядя на Арину.
– Нет, есть!
– возразила она.
– Вон же оно! Прямо над нами.
Гоша посмотрел еще раз на небо, в том направлении, в котором указывал маленький пальчик Арины, но никакого облака там не было. Гоша с недоумением посмотрел на Арину.
– Ты просто не хочешь, чтобы оно там было, - сказала она.
– Ты должен захотеть, чтобы оно там было. Понимаешь?
Закрыв глаза, Гоша сказал про себя: "Пожалуйста, пусть там появиться облако." Для большей надежности, он повторил это еще раз, только вслух.
– Я хочу, чтобы на небе появилось облако!
– громко сказал он.
Когда, Гоша в третий раз посмотрел на небо, от увиденного у него
– Что за...
– пробормотал Гоша себе под нос.
– Ты видишь?
– он на секунду повернулся к Арине и снова отвернулся.
– Там облако!
– Ну, а я тебе что говорила?
Гоша не отрывал взгляд от медленно плывшего по небу облака, боясь, что оно исчезнет. Он смотрел на него минут десять, но, вспомнив о том, что рядом с ним маленькая девочка, повернулся к ней.
– А ты где живешь?
– Сегодня здесь. Вот в этом самом подъезде. А, где буду жить завтра не знаю...
– пожала маленькими плечиками Арина.
– Мы приехали сюда с мамой и Димой. Своего дома у нас нет. И мы каждый месяц снимает новую квартиру. Теперь вот тут поселились.
В этот момент к подъезду подъехала машина, из которой вышел высокий мужчина в светлой куртке и такого же цвета брюках и маленького роста женщина.
– Арина, марш домой!
– строго сказала женщина, еще не успев подойти близко.
– Пока, Гоша. Я надеюсь, мы еще увидимся. Ты хороший. И ты мне нравишься, - сказала девочка и неохотно пошла за мамой и ее сожителем Димой, который, судя по его поведению, не питал особых чувств к Арине и ее маме, которая нужна ему была только для того, чтобы не быть одному.
– Послушайте!
– окликнул Гоша Диму, Арину и ее маму, подхватывая свои пакеты.
– Вы, наверное, только поселились в этом доме. Меня Гоша зовут. Вы можете оставлять девочку у меня, когда будете уезжать. Не стоит ребенку гулять оному, да еще когда так холодно.
– Мама, он хороший. Его Гоша зовут. Мы с ним смотрели на облака, сказала Арина своей маме.
– Спасибо. Мы так и сделаем в следующий раз, Гоша, - ответил Дима, сделав заметную паузу вспоминая уже успевшее позабыться имя Гоши.
– Вы, в какой квартире живете?
– На самом последнем этаже. Под крышей. Там всего одна квартира. Без номера.
[10]
Человеческая жизнь скучна по своей природе. Каждый день повторяет предыдущий. И каждый день приближает тебе к черте. Не успеешь насладиться детством, как время, грязно ругаясь, вталкивает тебя в вагон юности. Если ты не умираешь в этот период, а среди наркоманов самоубийства совершаются в триста пятьдесят раз чаще, то, возможно, если повезет, ты встретишь старость.
А еще, если подумать, то вся наша жизнь состоит из вечных диалогов о жизни, работе, учебе. О планах на будущее, которое есть далеко не у всех.
Разговоры о сексе в возрасте четырнадцати-двадцати двух лет играют ту же роль, которую играют разговоры о погоде у тридцати-сорока шести летних людей, считающих себя интеллигентами. Хотя на самом деле, их патологический ужас перед откровенными сценами и высказываниями, говорит только о том, что их стремление к естественному, подавлялось с самого детства.