Имена
Шрифт:
– Слона, - беззаботно ответил Вовка. Он уже почти забыл историю с индейцем.
– А разве слоны черные бывают?
– не унимались мальчишки.
– Ну, а почему нет?
– Удивился Вовка.
– Конечно, бывают. А если нет, то скоро один точно появится.
– А ты не умничай, - сказал другой мальчишка и положил на голову Вовке разогретый кусок пластилина.
Они громко рассмеялись.
Маленький Вовка аккуратно потрогал голову. Встал и пошел к воспитательнице. Она не стала разбираться с мальчишками. Молча вымыла Вовкину голову. Швырнула ему полотенце, и грубо сказала:
– Вытирайся!
А
После обеда все одевались на прогулку. Маленький Вовка и тут был медленнее всех. Обычно воспитательница говорила все детям идти и ждать ее на первом этаже, а сама помогала одеваться Вовке. В тот день вместо нее остались мальчишки. Когда воспитательница ушла, они схватили Вовку и потащили к двери. Его правую руку положил на стык, где соприкасалась дверь, когда была закрыта.
– Ну, ты, вор, пожалел нам свою жвачку? Мы с тобой играли, а ты ни с кем даже не поделился, - говорил самый толстый мальчишка.
– Ты, маленький гаденыш!
После этого другой мальчишка, стоявший снаружи со всей силы толкнул дверь. Маленький Вовка закричал. Мальчишки испугались. Они с шумом побежали на улицу.
Вовка упал на колени. Ему не хватало воздуха. Посиневшие пальцы тряслись, и на них выступила кровь. Отдышавшись, он снова закричал.
Никто так и не прибежал. Никто, кроме Иры. Она услышала крик с улицы.
К счастью у Вовки не было перелома. Только ушиб.
Ира дружила с мальчиком Борей. Играя в "дочки-матери", они всегда были мужем и женой. Даже, когда они пошли в разные школы, они часто виделись. Все-таки жили в одном доме. Боря говорил Ире, что, когда он вырастет, то возьмет ее в жены. Наверное, он сдержал бы свое слово, если бы за четыре года до его совершеннолетия его не нашли повешенным в подъезде. Ходили слухи, что Боря покончил с собой, но все-то знали, что его отец был одним из первых, кто работал на такой работе, которая называлась странным неологизмом - "бизнес", и это ни что иное, как убийство. Никто, правда, не спросил, почему убили сына, а не отца. Да и кого надо было спрашивать?
В школе Маленький Вовка был такой же замкнутый. Свою первую учительницу он не любил, в отличие от своих одноклассников, которые души в ней не чаяли. Не любил он ее за ее жесткость.
– С кем вы делаете уроки, - спросила она у своих учеников на "Классном часе".
– С папой! С мамой!
– послышалась с разных уголков класса.
– А я с папой, - тихо сказал Вовка, когда все смолкли.
– А у тебя, его вообще нет, - ответила учительница.
Класс разразился веселым смехом. Маленький Вовка почувствовал тридцать пять пар глаз на себе. Больше всего на свете в эту минуту ему хотелось убежать.
Все свободное время Вовка посвящал моделированию поездов. Это было его самым любимым делом. Сначала это были бумажные модели, которые он сам чертил на ватмане, а потом вырезал и клеил. Первой моделью был поезд метро. Вовка болел тогда, и не ходил в школу. Поздним вечером он сидел один перед телевизором, по которому показывали фильм о войне во Вьетнаме. На всю жизнь Маленький Вовка запомнил, как американские солдаты насиловали маленькую и хрупкую вьетнамскую девушку. А потом они ушли и одному из молодых солдат, который не принимал участие в изнасиловании, велели убить ее, а в качестве доказательства
– Только молчи, - просил он и отрезал ей уши.
– Пожалуйста, молчи...
Голая вьетнамская девушка плакала, закусив губы, чтобы не издать ни звука.
Картинка сменилась. Солдат выходил из дома.
– Убил?
– улыбаясь, спросил другой солдат, которого все в фильме называли сержантом.
Ему под ноги упали окровавленные уши.
В этом месте Маленький Вовка выключил телевизор. Тихо, чтобы не разбудить маму, спящую в другой комнате, он достал папку с ватманом, клей, карандаши, линейку и ножницы.
Утром на его толе стоял готовенький поезд метро, сделанный со всеми деталями: зеркала, выпуклые полоски по бокам поезда. Стекла были сделаны из полиэтиленового пакета. Внутри салона были диваны, а обе кабины машиниста имели кресла и пульт управления. Все это чудо стояло на платформе, точь-в-точь как настоящие рельсы.
Маленький Вовка рос. Друзей он так и не нашел. И по-прежнему оставался изгоем.
На двенадцатом году жизни Вовка влюбился в девочку по имени Женя. Она пришла к ним в класс во второй учебной четверти, и сразу стала всеобщей любимицей. Кстати "новенькой" была не одна она. С сентября месяца у них в классе учился Вадим. Он остался на второй год.
Вадим был самым высоким в классе. И уж, конечно, был намного выше Вовки.
Кстати, Маленький Вовка был первым, кто заговорил с Вадимом.
– Привет, - сказал он.
– Здорово, - буркнул Вадим.
– Меня Вовка зовут...
– Ну и что?
– А тебя, как зовут?
– Вали-ка ты отсюда, - предложил Вадим.
В конце недели была контрольная по математике. Маленький Вовка любил математику. Он вообще очень любил точность и пунктуальность. На контрольной Вадим сидел за Вовкой.
– Эй! Как там тебя... Вовка!
– шепотом позвал он.
– Дай списать мне то, что ты уже сделал.
Вовка написал ему решение всех задач.
После выходных, в понедельник, раздали тетради. Маленький Вовка получил "пять". Вадим "два", и приписку: "За наглое списывание".
Последним уроком была физкультура. Когда она закончилась, Вадим начал задираться с Маленьким Вовкой.
– Вот скажи мне, что ты получил по контрольной?
– громко, чтобы все слышали, начал Вадим.
– Ты получил пятерку? Правильно? А что получил я? Я получил двойку. А за что, знаешь? А за то, что списал. Ты как думаешь: я сам пошел и сказал об этом этой дуре? Я не говорил! Значит - это ты все рассказал!
– Я ничего не говорил ...
Вадим ударил Вовку в лицо. До этого никто из присутствующих не видел, как бьют по лицу. Только в кино. Но в кино ведь все возможно!
– За вранье!
– сказал Вадим.
Не стоит даже говорить, что Маленький Вовка действительно никому ничего не рассказывал. И все это знали, но ни один, не сказал ни слова в его защиту.
Прошел день. Многие уже позабыли то, что произошло в раздевалке мальчиков. Только впечатленные поступком Вадима девочки, обсуждали его силу и красоту. Женя, как только все узнала, сразу влюбилась в сильного, красивого и благородного второгодника.