Имена
Шрифт:
– Как ты ему вмазал!
– с восхищением сказала Женя Вадиму на перемене.
– Хочешь, я ему еще морду набью?
– входя во вкус, спросил Вадим, облокачиваясь рукой о стену.
– Так ведь не за что...
– грустно сказал Женя.
– Сейчас будет за что?
Вадим подошел к Вовке, поедающему булочку.
– Булкой поделись!
– потребовал он.
Маленький Вовка разломал булочку на две части и протянул одну половину Вадиму. Тот выбил ее из рук, и она, описав дугу, упала на пол.
– Ты бросил мою булочку на пол! Ты ответишь за это.
Домой маленький Вовка пришел с рассеченной бровью, заплывшим веком и большим синяком под
У Жени и Вадима началась любовь. Он рисовал красным стержнем на тыльной стороне ладони сердце, пробитое стрелой и именем возлюбленной. А она делала за него все уроки.
К восьмому классу все начало меняться. Никакой любви у звездной пары не было, как и не было ее в самом начале. Вовку больше никто не обижал - после того, как Вадим избил его, он нашел себе товарища в старших классах, который всегда вовремя появлялся в нужном месте и вежливо "объяснял", кого можно трогать, а кого нет. С Вовкой не хотели дружить его сверстники, но старшие ребята с удовольствием принимали его в свою компанию, и стояли за него горой.
Восьмой класс Женя закончила почти с одними тройками. Это было странно, что отличница, стала так плохо учиться. После каникул все выяснилось. У Жени была настоящая, взрослая работа. Она стала проституткой.
Женя не стеснялась приходить в школу с разбитым лицом. Ее голос стал более грубым. Детская красота куда-то исчезла. А Вовка...
Вовка, на последнем году учебы, сменил школу. Свой первый день в ней он запомнил на всю жизнь, во многом, потому что он - день - предопределил его будущее. Когда он вошел через большие двери в новую школу, к нему подошла одна ученица и, улыбнувшись, сказала:
– Привет. Ты будешь учиться в нашем классе!
Она повела его к большой группе школьников, расположившихся на диванчиках, стоявших в вестибюле.
– Меня зовут Оля, а это...
И Оля стала назвать по именам всех по очереди. Последней сидела девочка по имени Инна. Вовка заметил ее самой первой, потому что, когда Оля подвела его к ребятам, она звонко рассмеялась.
Прошел месяц. Маленькому Вовке нравилось в новом коллективе, не смотря на то, что Инна постоянно доставала его идиотскими провокационными вопросами. На уроке английского языка, она прислала Вовке записку: "Какой у тебя номер телефона". Вовка, ничего не подозревая, написал семь цифр. Приблизительно через два часа после занятий, когда Маленький Вовка, уже давно переставший быть маленьким, - он превратился в красивого, пускай и немного худого юношу, - снял трубку домашнего телефона.
– Алло?
– Привет. Это Инна.
– Привет, Инночка.
– Я тебе не Инночка, - Вовку сразу же осадила такая вежливость.
– Я тебе чего звоню... А что ты там делаешь?
– Ты звонишь узнать, что я делаю?
– удивился Вовка.
– Ну, да. А что тут такого?
Вовка улыбнулся.
– Ничего в этом такого, - ответил он.
– Здорово, что позвонила...
– Правда?
– обрадовалась Инна.
– Правда, - ответил Вовка, не переставая улыбаться.
– Я делаю макет свой.
После того, как Вовка сделал бумажный поезд, он решил построить макет: с деревьями, домами, животными, людьми и, конечно же, с поездами. За много лет работы он сделал очень многое. По его макету постоянно курсировали поезда по трем направлениям. Были построены фермы, дома, три вокзала, по одному в каждом городе, и множество промежуточных станций. Полотна, по которым ходили поезда, переплетались между собой. Два поезда проезжали через туннель, высеченный в горе, а один пересекал длинный мост.
– Какой еще макет?
– спросила Инна.
– Я тебе покажу, если захочешь?
– Я хочу, - ответила Инна.
– Значит покажу.
– Хорошо. А может, перед этим сходим в кино?
– Ты меня приглашаешь на свидание или просто сходить в кино за компанию?
– Если ты еще не заметил, что я влюбилась в тебя по уши еще в тот день, когда ты к нам пришел, то дурак, - заключила Инна.
В воскресный солнечный день, Вовка пришел в условленное место на двадцать минут раньше. В часах села батарейка, а потому ему все время казалось, что уже давно пять часов, и Инна, скорей всего, не придет, потому что она или забыла, или просто пошутила... Последнюю мысль Вовка отгонял, как мог. Каково же было его счастье, когда Инна появилась из-за угла! И как раз вовремя.
В кино они так и не попали. Вместо этого обошли пешком весь город.
– Я с тобой больше никуда не пойду!
– смеялась Инна.
– Почему?
– спрашивал Вовка.
– Да потому, что ты сумасшедший!
– звонкий голос разорвал темноту улиц.
– И знаешь что?
– Что?
– Спросил Вовка.
– Ты самое лучшее, что есть в этом мире. Ты теперь мой. Я тебя никому не отдам.
Инна взяла Вовку за руку, и они побежали прямо по проезжей части.
– Что это?
– спросила Инна, показывая на домик, стоявший на холме в стороне от всех. Она искренне была поражена тем, что сделал Вовка. Если бы ей кто-нибудь сказал, что такое можно создать в обычной квартире на втором этаже, она ни за что бы не поверила.
– Это дом, в котором жил я... А теперь живу там вместе с тобой.
Теплые дни осени сменились дождями. Дожди превратились в снег. Снег растаял и потекли ручьи. Уроки закончились. Прозвенел последний звонок. Наступило лето. А Вовка и Инна поехали на море.
Он сидел на кровати в гостиничном номере, облокотившись на стену и согнув ноги в коленях. А она сидела на его животе. Инна была в трусиках и длинной Вовкиной майке.
Вовка думал, почему она выбрала именно его? Сама красота сидела перед ним. Более того, сидела на нем и пожирала его своими большими глазами.
Инна думала, что... Слова вырвались раньше, чем мысль созрела в голове:
– Можно я рожу тебе ребенка?!
Саша закончил писать как раз в тот момент, когда в дверь позвонили. Он положил ручку и пошел открывать. На пороге стоял мужчина сорока лет и рыжая двадцатилетняя девушка с довольно эксцентричной внешностью. На руках мужчина держал девушку без сознания. Саша посмотрел на нее и чуть сам не упал на пол.
Это была Анфиса.
[13]
Ваши дети ходят в школу каждый день. Вы можете их будить, готовить им завтрак, одевать, провожать до остановки или подвозить на машине... А можете всего этого и не делать. Они сами будут вставать по будильнику. Съедать баночку клубничного йогурта из холодильника, завязывать шнурки на своих ботинках, и, забросив, старый рюкзак за спину отправляться в школу. В любом случае, вы всегда остаетесь за пределами школы. Родительские собрания не в счет. На них вообще можно не ходить, потому что кроме того, что школе нужны деньги на новые вилки для столовой, или что у школы нет денег, чтобы побелить потолки в туалете - вы ничего другого там не услышите.