Иоанниты
Шрифт:
Приходится какое-то время махать ящиком наотмашь, но тот быстро разлетается в щепки, задевая стол. Всё также вслепую я швыряю метательный нож и сбрасываю с руки заклинание, звонящее на все лады. Но вот уже появляются очертания… а очертание вражьего кулака стремительно летит мне в голову.
Я падаю, как кувалдой зашибленный. Гнев даёт мне силы, и я вскакиваю готовым биться до последнего львом. Приходиться ещё получить по зубам, чтобы с третьей попытки выставить блок.
Ныряю по пулей летящим кулаком, перехватываю его левую, тут же бью локтем в лицо. Противник получает своё, сворачивается пополам и
Упавший обрабатывается бестолковыми ударами по голове и плечам, но держится, даже приподнимается. Я несильно удивляюсь, когда он сгребает меня и начинает теснить. Моя задача – просто лупить без устали.
Лопатки касаются шкафа, здоровяк бессмысленно прижимает меня к нему, держа удары. Мне это не нравится, поэтому я ловко подрыгиваю, опираюсь на иоаннита и обеими ногами сильно толкаюсь от шкафа.
Мы с тварью кувыркаемся, разлетаемся по сторонам.
Неприятель сноровисто перекатился на живот и подскочил в воздух. Я чуть замешкался, но сделал чёткий полуоборот, заставив полу пальто ударить нападающего по лицу. Ткань ошарашила противника, так что он оказался не готов к тому, что я быстро подскочил и начал угощать того апперкотами.
Блоки не задались, поэтому широкоплечий просунул мне предплечье поперёк горла и оттолкнул на целый ярд.
Удар прямой ногой вышел у него до того медленным, что и паралитик увернулся бы. Ответным приёмом я показал, как это делается – гад отлетел и чуть не свалился. Я сразу же бросился вдогонку и дважды поразил соперника в голову.
А тот просто хватает меня за шиворот, дёргает и роняет вниз лицом. В попытке подняться получаю мощный пинок меж лопаток, а затем ещё по рёбрам. Эта скотина меня переворачивает, за что чуть не нарывается на прямой в челюсть, разбившийся о блок. Но и ему не выходит растоптать мою голову – я откатываюсь в сторону.
Поднимаясь, готовлю второй метательный нож, которым выдаётся момент воспользоваться, когда гад пытается поддать мне ногой по животу. Удар у него выходит, но я повисаю на голени и выгадываю мгновение всадить зазубренной стали в икру.
По самую рукоятку, неудивительно, что ты взвыл, как девица!
Орущая тварь отскакивает ярда на два, так что у меня где-то сутки, чтоб неторопливо подняться. Сволочь удосуживается взглянуть на меня лишь в момент, когда я уже вытираю грязь с подошвы об её лицо. Упавшего начинаю утюжить туфлями, уперевшись ладонями в столешницу одного из многих столов в комнате.
И тут гнида вычерчивает что-то безымянным пальцем: стол подскакивает на дюйм, его с него всё валится, бумага разлетается в клочья, а меня неплохо так отбрасывает.
По груди и животу словно пробежалась корова, я чувствую тупую боль в содружестве с нехваткой воздуха. Глаза вываливаются из орбит, норовя уйти по своим делам. Кажется, из меня льётся стон.
Широкоплечий иоаннит поднимается, хоть ему и самому досталось от собственного заклинания. Теперь он готовит ещё один Удар Палицей, но на этот раз вкладывает сил побольше. Пульсирующая светом ладонь тянется ко мне жаждущая высвободить убойной силы ударную волну.
Инстинкты помогают поскорее вскочить на ноги и заблокировать попытку коснуться меня заряженной ладонью. Я
Крепыш неплохо сопротивляется, наши руки сплетаются в дикие узлы вокруг пульсирующей кисти, но сдвинуть её не удаётся. Урод раскачивается, пытается вырваться и ударить меня затылком.
Но тут в потасовку вмешиваются остальные. Они как-то справились с огнём и прилетели поддержать товарища. Церемониться, впрочем, не их стиль, так как они дружно вскинули револьверы, намереваясь стрелять прямо сквозь разделяющего нас иоаннита. У меня в запасе уже жалкие мгновения, глаза падают на торчащий в икре нож, наступив на рукоятку и толкнув врага, я роняю того вперёд. Полетели первые пули, но гад подо мной уже приземляется на собственную руку, взрывая заклинание!
Шум, треск, волна крошит всё вокруг, тело иоаннита трясёт от чудовищного удара, достаётся и мне по ногам и локтям тем, что вырывается из-под громоздкой туши. Столб пыли доростает до потолка, уши закладывает. А тут ещё полы, сотрясаются, я чувствую, как заваливаюсь влево, но вот я уже верхом на поверженном противнике проваливаюсь сквозь дыру в полу!
Наперегонки с досками и всяким хламом мы приземляемся на кухне прямо меж двух длинных столов для готовки. Чёртово место для стряпни непозволительно здоровое для совсем небольшого дома. Разлетающиеся обломки попадают в посуду, поднимается звон и грохот.
– Он там!
– Не вижу!
– Стреляй!
Слава богу, большую часть ударов принял неприятель, так что я остался в состоянии стоять на ногах и даже уклоняться от выстрелов. Я выпрыгнул из пылевого облака, на карачках отскочил подальше и нырнул за один из столов. Ящики, набитые посудой делают укрытие более чем сносным.
Вражине, занявшей меня рукопашными боями, вполне могло хватить и Удара Палицей, но вслепую пущенные пули должны попасть в него, перечёркивая любые шансы.
А я так и не вернул пистолет. Без огнестрельного оружия много я против шестерых не потанцую. Они уже стучат каблуками по лестнице, несясь добивать меня – это слышно даже сквозь испуганные вопли постояльцев.
Я хреново вооружён, чёрный ход находится на другом конце большой кухни, а здесь у меня только маленькое окошко, брыкающееся на единственной щеколде под порывами ветра. Немного выглянув, я увидел дуло револьвера, тыкающего в меня через всю кухню. Отпрянув, я не дожидаюсь выстрела.
Неважные дела, Август…
И тут я натыкаюсь взглядом на пузатый мешок с мукой, стоящий прямо под окном. План не успел созреть, как я достал из ножен Серую Лисицу. Одним рискованным прыжком я добираюсь до окна, взваливаю на подоконник муку, вышибаю стекло и вспарываю мешок бронзовым лезвием. Ныряю обратно в укрытие под огнём сразу нескольких стволов.
А через мгновение меня с головы до ног накрывает густым мучным облаком. Бешенный вихрь врывается через маленькое окошко и подхватывает белый порошок, разгоняя его по кухне. Мешок достаточно вместительный, чтобы за считанные секунды встать завесой над кухней.