Избыток целей
Шрифт:
– Татарин сосёт.
(С завода уже выжили шесть конкурирующих фирм, остались две – «Базис-Стэп», принадлежащая «татарину» – Фариду Зарипову, которая кроме свинца и аккумуляторных батарей занималась строительными работами, и «ИсТок», учрежденная сыном главного инженера. Кроме них, существовала карманная структура гендиректора аккумулятроного завода Электро-Балт – ЗАО «Торговый дом Электро-Балт», состоящая из полутора человек – Николая Руденко плюс бухгалтер, его офис находился в соседнем кабинете с Экссоном. Если бы гендиректор аккумуляторного завода нашел вместо Руденко более расторопных людей, то необходимость в Экссоне отпала бы. Но «Торговый дом Электро-Балт» обслуживал
Разобравшись с Андреем, Владимир обратился к Игорю и Алексею:
– Что там с отгрузками.
Игорь Викторович отложил автомобильный журнал:
– Моряки прислали заявки – ЭОАССПТР и «Упрглавсевморпуть».
Скривишееся лицо Владимира ещё больше скривилось:
– Что за нахуй, хули ты бормочешь?
Игорь Викторович, медленно читая по слогам:
– Экспедиционный отряд аварийно-спасательных, судоподъемных и подводно-технических работ…
Владимир, перебивая:
– Хули ты несешь, назови цифру!
Алексей продиктовал, какая требуется продукция, приходные и расходные цены, транспортные расходы и комиссионные ответственным людям, и Владимир записал эти данные в блокнот. После чего обратился к Андрею:
– Покажи наших дебиторов.
Андрей распечатал список клиентов, которым отгрузили товар, и которые еще не расплатились. Изучив документ, Владимир поинтересовался зловеще:
– Это окончательная версия?
Андрей застучал по клавишам, выискивая в компьютере информацию о должниках, которые, возможно, не попали в список. Прошлый раз при аналогичной проверке Владимир придрался, что в таблицу не попала пустяковая цифра 1500 рублей – долг за услуги доставки, а когда ему сказали, что эти сведения учитываются в другом месте, отдельно от товарных взаиморасчетов, то потребовал, чтобы все долги сводились в одну таблицу.
Не найдя, ничего, Андрей кивнул – мол, это все. Владимир швырнул Андрею листок обратно:
– Я наказываю тебя на сумму сделки, которая тут у тебя не указана.
– Чего?!
– Ты меня спрашиваешь «чего»?! – взревел Владимир, и, вскочив, зашагал по кабинету. – Это я у тебя должен поинтересоваться – какого хуя ты тут делаешь?
Заводясь все больше и больше, он обвинял Андрея в долбоебизме, неспособности вести учет, и стремлении развалить компанию.
– Ты постоянно нас лохаешь, мы въебываем, а тебе всё похуй!
Он распрягался, и из всего произнесенного стало ясно, что в таблицу не внесена вчерашняя отгрузка на московскую фирму «Мериндо». И у Вероники, и у Алексея с Игорем имелись данные об этой отгрузке, а у Андрея почему-то нет.
(то был весенний блистательный день, в прозрачном воздухе стояла дрожащая прохлада, и Андрей вдруг с наслаждением подумал, что можно забыть обо всей этой навязчивой трагедии – и обо всех других, и вспомнить о иных вещах, которые были далеки от него и прекрасны,
Так, напустив на себя преувеличенно понурый вид, размышлял Андрей. Прервав монолог, Владимир набрал Артура, который в тот момент отдыхал на море:
– Всё, я отказываюсь от такой работы. Нахуй мы замутили этот бизнес, если у татарина я мог себя чувствовать нормально, зная, что он не проебёт дело, тогда как эти волоебы…
Пройдясь по «волоебам», Владимир приказал Артуру скорее возвращаться и решать вопрос, что дальше делать. Вероника закопалась головой в бумаги и пребывала в состоянии, близком к тремору. Прослушивание вокальных партий Владимира было по-настоящему болезненным процессом.
В этот раз у него был до того апоплексический цвет лица, что возникали опасения за исход беседы.
– Но мне никто ничего не сказал про «Мериндо», без меня отгрузили! – глядя в упор на Игоря Викторовича, сказал Андрей, дождавшись, когда Владимир прокричится.
– А ты кто – гендиректор или так поссать вышел? – парировал тот и приступил к разбирательству.
Полчаса пыток, и Вероника со слезами на глазах призналась, что в обед Игорь Викторович, который брезговал заводской столовой, приказал выписать накладную на Мериндо (пришла фура), после чего пошел на склад и произвел отгрузку. Андрей с Алексеем вернулись с обеда, и всё, что отложилось в их памяти о заводской жизни за последние полчаса, были воспоминания о съеденном гуляше. И если информация об отгрузке каким-то образом дошла до Алексея, то Андрей оказался вне событий.
Уже не разбирая, кому и что говорит, Владимир метался по кабинету с помутившимся взором, склоняя по всем падежам всех присутствовавших, причем самые отборные матюги достались Веронике. Она уже рыдала вовсю, но он лишь скривился:
– Чево ты мне хочешь показать своми ёбанными слезками? Думаешь меня это ебёт?
Шумно отодвинув стул, она выбежала из кабинета.
– Истеричка, – бесстрастно прокомментировал Владимир, – работать нихуя не может, одна истерика и слезы.
Внезапно он развеселился, и почти радостным тоном потребовал, чтобы ни один документ не выходил во внешний мир без подписи Андрея Разгона, гендиректора Экссона, будь то расходная накладная или заявка на доставку питьевой воды в офис. И, взяв свой блокнот, удалился.
– Ну и что будем делать? – сказал Алексей, когда дверь за Владимиром закрылась.
Игорь Викторович взял автомобильный журнал и подошел к Андрею:
– Смотри сюда: Pajero Sport, бензиновый, серебристого цвета, из Германии, $27,000…
(он выбирал себе машину с таким расчетом, что Андрей через год-полтора ее перекупит, поэтому советовался что взять. Андрею нравился Pajero Sport, и Игорь Викторович вот уже вторую неделю искал оптимальные варианты).
Не дождавшись ответа, Алексей стал звонить брату, чтобы обсудить инцидент. Артур всё свёл к шутке. Попросив передать трубку Игорю, сказал:
– Что, доктор-взяточник, брезгуешь ходить в столовку для нормальных простых парней?! Зря. Там всегда можно перекинуться словцом с соседом, жующим бифштекс. Его рожа может быть перепачкана маслом, но такой парень будет для нас важнее самого президента. Насчет Паджеро – успокойся и забей. Новые машины бездушны. Посмотри на их капоты. Они все мега аэродинамичны, поэтому на нем телку не выебешь – сползет на землю. А взять старый мустанг – одним своим видом он только и зовет себе на капот… Или в салон. В багажник не зовет, но туда и не надо.