Кальтер
Шрифт:
Очутившись снаружи, эйнхерии стали обстреливать все вероятные укрытия противника. Естественно, ни в кого не попали. После чего сами засели в тех же укрытиях, готовясь отстреливаться, если враг пойдет в атаку.
Вряд ли Черепок поверил, что убийца его брата явился сюда в одиночку, пусть даже это была правда (Медея, разумеется, не в счет). И теперь эйнхерии должны были удостовериться, что никто их не преследует и не окружает. Поэтому у Кальтера появилась небольшая фора, чтобы сменить позицию, хотя Веня был прав: следы на снегу не позволят долго петлять
Впрочем, играть с противником в охоту на зайцев с собой в роли зайца Куприянов не планировал.
Надо заметить, что его следов не было ни у первого выхода, ни у второго. Они с «серой» выбрались из подвала иначе - в трещину на потолке, - а затем удрали через окно на первом этаже. И сейчас настала пора вернуться в полуразрушенное здание, где остался всего один подъезд. Вот только лестница в нем вела лишь до пятого этажа (при уцелевших десяти), поскольку ее верхние пролеты обвалились при бомбежках.
Точнее, возвращаться в здание предстояло лишь Медее, а Безликий не собирался этого делать.
– Поднимайся наверх, - велел он ей, указав на подъездную дверь.
– Спрячься где-нибудь и не высовывайся, пока все не утихнет. Тут будет жарковато. Не ручаюсь, что мне удастся тебя защитить.
– Какое благородство!
– ответила Мастерица.
– А как же мои следы?
– Не думай о следах, - посоветовал Кальтер.
– Меня Черепок увидит раньше, чем их.
– Да уж, будь добр, постарайся, - проворчала «серая». Но оспаривать приказ не стала, и поспешила к зданию.
А Кальтер тем временем переполз в соседнюю воронку, откуда вход в подъезд и видимая через разбитые окна лестница просматривались лучше всего.
– Что, ублюдок, по-прежнему страшно?
– вскоре поинтересовался по коммуникатору Веня.
– Все, разговоры окончены! Теперь тебе конец! Ты уяснил?
На сей раз ответа он не получил. Затеянная Безликим игра вступила в решающую стадию, а это означало, что время болтовни истекло.
Настало время действовать, а серьезной работой Кальтер привык заниматься молча...
Эйнхерии и Черепок вновь появились в поле его зрения минут через десять. Они разделились на две группы и обогнули здание с обеих сторон, держась ближе к стенам и целясь во все, что казалось им подозрительным.
Куприянов продолжал скрываться в воронке. Он слился с ландшафтом и даже дышал в пригоршню снега - затем чтобы ненароком не выдать себя облачком пара. Чем дольше ему повезет сохранить конспирацию, тем лучше. Он ждал подходящий момент для новой атаки, и тот пока не настал.
Скоро враги обнаружили две цепочки следов. Одна вела от дома к автостоянке, вторая - от автостоянки к дому. Так как первый след почти задуло снегом, трудно было сказать, сколько человек там прошло (вдобавок Медея шла тогда по следам Кальтера). Насчет второго сомневаться не приходилось. Он был свежий и его оставила одна пара ног.
После короткого раздумья Веня принял соломоново решение - отправил на осмотр тропы двух эйнхериев. А сам вместе с остальными укрылся в подъезде,
Враги не стали толпиться у входа и рассредоточились на лестнице вплоть до третьего этажа. Медея удрала на пятый, и поскольку лестничные пролеты были засыпаны снегом, на них остались отпечатки ее подошв. Черепок это видел. И был готов скомандовать головорезам «Фас!» сразу, как только получит доклад от разведчиков.
...Который он так и не получил. Едва разведчики подошли к первой воронке и увидели, что след разделился, Кальтер раскрыл свое убежище. И прикончил этих двоих из засады также, как их собратьев у подвала - двумя короткими очередями, пока они ничего не сообразили. А затем навел «хеклер-кох» на здание и начал обстреливать окна и двери подъезда.
Эйнхерии в долгу не остались. Первые, самые точные выстрелы Куприянова уложили еще одного биоробота, но прочие разбежались по квартирам и открыли ответный огонь из окон.
Несмотря на то, что враги засели в здании и у них имелась пара ручных пулеметов, это не давало им особого преимущества. Позицию Безликого защищали вырванные из земли бетонные плиты и остовы сгоревших автомобилей. И даже стреляя с пятого этажа, Черепок не видел прячущуюся в воронке цель.
Когда на Кальтера обрушился свинцовый дождь, он не стал подставляться под пули. И вернулся к наблюдению за противником в просветы между обломками. А когда стрельба утихала - выпускал по окнам короткие очереди. Если он не ошибся в расчетах и Старик-с-Тростью ничего не прозевал, скоро их цель будет достигнута. Если же они где-то просчитались... что ж, придется считать детройтскую операцию наполовину проваленной. Или полностью, если поимка Черепка тоже не даст нужного результата.
Прошло еще минут десять прежде чем Веня снова напомнил о себе.
– Эй, ты, однорукий идиот!
– донеслось из коммуникатора, когда стрельба поутихла.
– Или мне лучше звать тебя Кальтером? Или Безликим? Или Константином Куприяновым? Полагаю, ты догадался, где я разузнал эту информацию?
– Да неужто нагуглил?
– предположил носитель всех перечисленных имен. Хотя в действительности его догадка была иной и почти наверняка верной.
Медея... Ее захват в плен был предрешен, и это наконец-то случилось.
– Брось придуриваться!
– огрызнулся Веня.
– Твоя сучка у меня. Угадай, что я с ней сделаю, если ты не выйдешь к нам... ну, скажем, через минуту?
– Могу себе представить, - ответил Безликий. На сей раз без шуток, а вполне серьезно.
– Только ты зря стараешься: плевать я хотел на эту девку. Делай с ней все, что пожелаешь - отныне она твоя.
В динамике коммуникатора послышалась возня, после чего тот заговорил уже по-другому.
– Будь ты проклят, Кальтер!
– прошипела «серая», которой Черепок великодушно предоставил слово. Голос Мастерицы звучал сдавленно - судя по всему, ее держали за горло.
– Грязный лжец! Ты ведь нарочно меня подставил, да?