Киев
Шрифт:
– Например – сжечь нас, как проклятых еретиков, – ядовито заметил Ведун. – Чем не решение?
– С чего такие мрачные мысли? – неприятно удивился Книжник.
– А хорошо ли ты знаешь историю, мальчик? – отозвался Ведун.
– Думаю, что не хуже некоторых, – огрызнулся семинарист. – Или я зря в Семинарии штаны просиживал?
– А что не так с историей? – спросил Зигфрид.
– Город этот не слишком-то дружен был с Кремлем накануне Последней Войны. Не любят здесь кремлевских. Я слышал, их и раньше обвиняли во всех смертных грехах. А как Последняя Война началась – так кремлевских сразу виноватыми и назначили. Мне-то все равно, а вам, из Москвы пришедшим, есть о чем подумать, прежде
– Не может быть! – поразился Книжник. Вопросительно поглядел на Назара. – Действительно, так все и есть?
Тот ответил не сразу. Изменившись в лице, он разглядывал собеседников так, будто у тех внезапно повырастали рога и копыта.
– Не стоит вам никому говорить, что вы кремлевские, – сдавленно произнес Назар.
– Выходит, Ведун прав? – произнес Зигфрид. – С нас здесь что, шкуру спустят только за то, что мы из Москвы прибыли?
Назар не ответил. Было видно, что внутри него борются какие-то противоречивые чувства. В этот момент Книжник в очередной раз понял, что слишком мало знает о мире и людях в нем. Раньше ему казалось, что все знания изложены в древних книгах, которые он с усердием изучал в кремлевской Семинарии. Но жизнь не уставала преподносить все новые и новые сюрпризы. И вот, оказывается, в древнем, хорошо известном, почти родном, городе, который книги именуют «матерью городов русских», им может грозить опасность. И исходит-то она не от иноземных захватчиков, не от злобных мутантов и свихнувшихся больных маньяков, нет! А от тех, кто имеет с ними общие корни и говорит на том же языке – пусть и немного искаженном, но вполне понятном.
– Я обещаю – вам не причинят зла, – сказал, наконец, Назар. – Я поручусь за вас перед настоятелями Лавры.
– Да, да, очень мило, – безо всякого благодушия отозвался Зигфрид. Он по очереди осматривал револьверы, извлеченные из набедренных кобур, и даже не смотрел на гостя. – Что нам толку в твоих поручениях? Может, и Волна не так страшна, как «гостеприимство» твоей Крепости?
– Вам не уцелеть без моей помощи, – уже более решительно сказал Назар. – Вы просто не понимаете, что ждет вас в самом ближайшем будущем, что ждет город! А в Крепости у вас появляется шанс переждать бедствие. Но решать надо прямо сейчас – времени почти не осталось. Когда Волна накроет нас с головой, будет уже поздно.
– В таких ситуациях я бы предпочел полагаться на свои силы, – произнес Зигфрид. Оглядел остальных. – Кто еще так считает?
Ответом на его вопрос стал протяжный стон Егорки. Семинарист поглядел на маленькое тело: ну, ребенок ребенком – ничто в нем не выдавало замаскировавшегося хищного зверя. «Вот куда мы с ним, с таким? – подумалось Книжнику. – Будет нас как якорь к земле тянуть. А бросить его – подло». Нет, бродить по чужим руинам и ждать своей участи, как загнанные звери, – это не выход.
– А я Назару верю, – тихо сказал Книжник. – Неужто мы не люди, договориться не сможем? Мы с Назаром-то вроде понимаем друг друга. А в Лавре, как он говорит, мудрые люди живут. Как думаешь, Ведун?
На этот раз темный странник ничего не сказал. Взгляд его оставался неподвижным и мрачным, устремленным в какие-то никому не известные дали.
– Молчание – знак согласия, – за него ответил Зигфрид. – Ну а раз вы «за» – то и я не против, – он вдруг рассмеялся. – Даже интересно: прикончат нас или наградят в этой Лавре? Жаль, об заклад биться не с кем.
Уходили быстро, не взяв с собой ничего лишнего, – прихватили лишь оружие да припасов на пару дней. Назар нетерпеливо подгонял новых спутников: Волна, по его словам, надвигалась все ближе, а он по пути надеялся навестить своих близких, что жили на этой стороне Днепра, именуемой
«Дракона» было страшно бросать без присмотра – его легко могли обнаружить и захватить вездесущие отряды Саранчи. Надежда была на активную маскировку: какое-то время бронепоезд мог находиться в режиме невидимости. Правда, хитроумные технологии «стелс» требовали немалых энергозатрат, а барахлящий реактор грозил в любой момент пойти вразнос. Однако выбора не было – сдвинуть с места вышедшую из строя махину и загнать ее в укрытие на какую-нибудь боковую ветку было невозможно. Потому Тридцать Третий просто врубил «невидимку», и Дракон медленно, неуверенно мерцая, слился с местностью.
Впрочем, через несколько секунд снова мигнул – и снова скрылся. От этого зрелища немного рябило в глазах, казалось, наблюдателя преследует странная галлюцинация. Так повторилось еще пару раз.
– Что-то хреновая маскировка получилась, – заметил Зигфрид.
– Ну уж какая есть, – проворчал Тридцать Третий. – Я все, что мог, сделал. Там целые блоки перебирать надо, а у меня ни инструментов, ни деталей.
– Ничего, отцы-настоятели помогут! – бодро пообещал Назар.
– Ну да, усердной молитвой, – немного цинично заметил вест.
Плотной вереницей они продвигались вслед за Назаром. Тот шел прямой, беззаботной походкой, не глядя по сторонам и закинув увесистое оружие за спину, и, похоже совсем не боялся внезапного нападения. Сначала Книжник решил, что места здесь не настолько опасные, как на разбитых московских улицах, – вот парень и не напрягается. Позже стало понятно, что опасностей здесь хватало с головой, да только у выходцев из Киево-Печерской Лавры не принято было кланяться всем угрозам. Бояться им дозволительно было лишь Бога, на него же и уповать в повседневной суете. Странно, что при таких вводных послушники не гибли пачками, – видать, было какое-то рациональное зерно в учении отцов-настоятелей. А может, выручала хорошая реакция да мощный шестиствольный штуцер.
В отличие от новоявленного проводника, Книжник двигался настороженно и не выпускал из рук взведенного арбалета. «Маузер» перекочевал до поры до времени за пояс – штатной деревянной кобуры не отыскалось.
Следом шел Зигфрид, за ним – вечно невозмутимый Ведун. Замыкал маленькую колонну Тридцать Третий с Егоркой на руках. Мимикрон все еще не пришел в себя, но Ведун небрежно бросил: «Жить будет».
Назар в двух словах описал предстоящий маршрут, пояснив, что по пути навестит своих родных, что живут неподалеку, в Железной Слободе.
– Хочу их с собой, в Крепость, забрать, – пояснил он. – А то решили, что сами без проблем Волну переждут, а я за них от страха трястись должен.
– Выходит, и без Крепости можно эту Волну пережить? – спросил Книжник.
– Это если у тебя собственная крепость есть. Они ж на Хуторе живут, там место особенное, уже не раз при этой напасти там отсиживались. Только и Волна идет не простая – тут и Хутор накрыть может.
Слова Назара несколько заинтриговали Книжника, но вытягивать подробности он не стал – и без того дорога утомляла. Путь был замысловат и извилист, их проводник словно нарочно избегал прямой дороги. Приходилось преодолевать древние завалы, груды ржавого автомобильного железа, отвратительные шевелящиеся заросли. Местами нужно было забираться в разбитые окна мертвых зданий, чтобы потом вылезти с противоположной стороны, а то и спрыгнуть со второго этажа – хотя, на первый взгляд, можно было просто обойти злосчастное здание Это было похоже на сплошную полосу препятствий, какие проходят на своих тренировках кремлевские ратники.