Клон 8012

Dar Anne

– Куда желаете уехать? – тяжело вздохнув через подавленный зевок, совсем незаинтересованным тоном вдруг задала вопрос женщина, обращаясь явно ко мне при помощи специального устройства, значительно усиливающего её слабый голос.

– Стокгольм, – стараясь говорить уверенным тоном, назвала пункт назначения я.

– Ближайший автобус до Стокгольма будет только в пять часов утра, плюс одиннадцать с половиной часов придётся провести в пути. Быстрее будет добраться до столицы на скоростном поезде – всего за четыре часа. Старт с железнодорожного вокзала как раз через три часа.

– Мне нужен билет на автобус до Стокгольма, – хладнокровно отчеканила я, решив настаивать на своём, потому что карты до какого-то непонятного железнодорожного вокзала

в моей голове не имелось: весь мой маршрут был разложен в моей голове вплоть до миниатюрных мелочей – отклониться от одной из этих мелочей было бы равноценно неоправданному риску и даже краху.

– Любой каприз за ваши деньги, – женщина выдвинула под окно выемку, в которую я, как я поняла, должна была опустить деньги. Я положила бумажку, на которой была написана цифра пятьсот. Стоило женщине увидеть её, как она сразу же поморщила носом: – А меньше не найдётся?

Я вспомнила о плоских кругляшках – монетах, – лежащих на дне внешнего кармана моего рюкзака, но в ответ только отрицательно покачала головой. По-моему, меньшее количество необдуманных реакций на опасность выдает большее количество положительных результатов. Как я и думала, женщине не осталось ничего, кроме как согласиться на мои условия. В итоге она положила в выемку очень много денег вместо одной отданной мной бумажки и еще досыпала массу монет, после чего сверху добавила самое ценное – билет на автобус до Стокгольма. Забрав всё это, я не забыла сказать слово благодарности – этикет превыше всего! – и, отойдя подальше от кассы, начала считать цифры на кругляшках и бумажках. Получилось, что денег у меня в руках стало больше, но их общая цифра заметно уменьшилась. Хм… Что важнее: количество бумажек или сумма цифр, написанных на них? Должно быть, сумма цифр важнее. То есть бумаги стало больше, а денег меньше. Идиотизм.

Я посмотрела на свои наручные часы: 00:35. До старта автобуса еще 4 часа и 25 минут. Никогда прежде я не бодрствовала по ночам. Что ж, это определённо точно интересно.

Обернувшись, я увидела, как из здания автовокзала вышел молодой оригинал с большой и явно нелегкой, картонной коробкой в руках. Простоять больше четырех часов на промозглой улице, конечно, безопаснее, но я ведь не из тех, кто выбирает безопасность. Раз мне необходимо изучать этот замысловатый мир, значит, мне нужно с головой нырять во всё неизведанное, а значит, рискованное, и значит, опасное. Итак, посмотрим, что найдется внутри этого загадочного здания, необдуманно выкрашенного в ярко-зеленый цвет.

Дверь в здание оказалась незапертой. Внутри обнаружился один сплошной просторный зал с большим количеством пустующих пластмассовых кресел, высокими цветами в керамических вазонах и странными аппаратами у стен. Оригиналов было совсем немного: два несовершеннолетних парня, одна женщина и заснувший в угловом кресле мужчина.

Я не заметила, что замерла у самого прохода, а тем временем парни подошли к непонятному аппарату, стоящему по мою левую руку, и начали по очереди вбрасывать в него металлические кругляшки – монеты. Более старший спросил младшего:

– Тебе только попить? Или еще сэндвичи возьмём?

Мальчишка ухмыльнулся:

– Давай лучше чипсы.

Я смело подошла понаблюдать. Скользнув по мне взглядом, старший парень, на вид мой ровесник, вдруг порозовел, после чего резко отвёл глаза и нажал цифру семь. В этот же момент предмет, подписанный цифрой семь, упал вниз аппарата. Младший мальчишка добросил еще монет в аппарат, после чего старший нажал цифру двенадцать – бутылка с зеленоватой жидкостью, подписанная цифрой двенадцать, тут же упала на дно аппарата. Младший просунул руку в отверстие внизу аппарата и достал из него всё упавшее. Что ж, выглядит совсем не сложно…

Стоило парням отойти в сторону, как я решилась повторить их манёвры. Взяв в руки десять монет, я по очереди засунула их в специальное

отверстие, после чего нажала цифру двенадцать – бутылка с зеленоватой жидкостью сразу же упала вниз аппарата. Я нажала семерку – и снова успешное падение. Двойка сбросила мне что-то похожее на хлеб. Единица не ответила. Я попробовала еще раз – снова нет ответа. Тогда я забросила в аппарат еще немного монет, и он снова начал откликаться на мои запросы: предметы с непонятными названиями “вафли”, “печенье”, “жевательные резинки” свалились вниз. Я израсходовала все свои монеты, в результате чего из точно полезного раздобыла пять хлебов с начинкой, называемые сэндвичами, и две бутылки жидкости – всё остальное было непонятного значения, однако так как я была голодна не только на пищу, но и на знания, я желала изучить все эти резинки, вафли и что-то еще очень яркое, выглядящее откровенно странно, а потому не пожалела о том, что израсходовала все имевшиеся у меня монеты.

Заняв пластмассовое кресло в дальнем углу зала, я вскрыла первый сэндвич и понюхала его. Пах он не просто съедобно, но даже ароматно. Я с опаской откусила первый кусок и, уже поняв, что это съедобно, поспешно съела два из пяти сэндвичей. Зеленоватая жидкость оказалась сладкой, как и вафли с конфетами… По итогу все вкусы, за исключением воды, стали для меня настоящим открытием – ничем подобным нас в Миррор не кормили. Мы питались исключительно полезной пищей, но редко эта пища была хотя бы вкусной и уж точно никогда не бывала столь сладкой. Надо же, какое контрастное питание у оригиналов. Удивительно. И почему они клонов так не кормят? Специально мучают нас безвкусными кашами и малосольными супами? Мало нам пожизненных мук предписали, так и мало-мальских удовольствий лишили, сволочи.

Немного утолив свой голод и спрятав в рюкзак остатки пищи, я еще раз пересчитала все имеющиеся у меня деньги: сумма цифр получилась большой, но всё равно недостаточной для покупки билета на корабль, отплывающий из Стокгольма в Лондон уже завтра утром. И еще у меня нет паспорта. Значит, у меня в распоряжении немногим больше суток, чтобы решить эти вопросы. Если не справлюсь с этим – весь мой план, установленный на период после закрытия всех пунктов в Стокгольме, придется спешно корректировать, что может получиться очень накладным, а значит, крайне нежелательно допустить такое развитие событий. И дело не только в моих лондонских целях – мне срочно необходимо увезти своё собственное тело как можно дальше от Миррор, а значит, мне нужно как можно скорее покинуть территорию Швеции. Решено: расшибусь в лепешку, но завтра утром я буду на корабле, который сможет пересечь большое море и доставить меня на британскую землю. Однако прежде мне необходимо зачистить шведские цели. С деньгами или без них, с оружием или без него – с этими пунктами я точно справлюсь. Потому что, совершив побег из Миррор, я не потеряла смысл своего существования – я его заменила. Пусть лишь на некоторое время, пусть мои цели рано или поздно закончатся – мне плевать на будущее, потому что его у меня никогда не было и, возможно, на самом деле никогда не появится. Я вся – настоящее. Без прошлого, без будущего. Так что когда все мои цели будут мной достигнуты, перечеркнуты и забыты, лишь тогда я и подумаю о том, что дальше… Может быть, ответом окажется “ничего”. Посмотрим.

Глава 17

Наблюдая за оригиналами, я узнала, что одна из дверей в этом зале предназначена для женского туалета. Откровенно говоря, это открытие мне помогло: я не облегчала свой мочевой пузырь с утра, так что эта комната обнаружилась вовремя – еще час, и я бы задумалась о прятках в кустах.

Когда наручные часы показали 04:35, я, опасаясь пропустить жизненно важный для меня автобус, вышла на улицу. Снаружи оказалось промозгло, сыро и совсем неуютно, и к тому же все места прибытия автобусов пустовали, и это заставляло меня переживать: точно ли я всё сделала правильно – точно ли купила билет именно на автобус – точно ли приедет за мной автобус – точно-точно-точно?..