Клор
Шрифт:
— Волк или не Волк — это меня не касается, — я издал звук падающего ведра с болтами. — Что проку заботиться о бытовании бренном? Я спросил вас, дети мои, о покровителях не тела, но духа бесплотного, бессмертного, непреходящего.
Глаза главаря шарили по переулку, но в остальном он никак не выдавал беспокойства. А вот говорун малость подзавис. Так я выяснил, что функционирующий межушный ганглий есть не более чем у двух из тройки. Я решил помочь собеседникам и, широко разведя руки, спросил:
— Не желаете поговорить о Талосе имманентном, что проводит души сквозь континуум с сохранением непрерывности? В пятимерном пространстве
В отличие от Хо Орнага, гопники перемещаться на сверхсветовых скоростях не умели, поэтому я ещё с полминуты мог наслаждаться первобытным ритмом панически бегущих ног. «Переигрываешь», — сказал мой внутренний критик, и я понял, что так и остался стоять с раскинутыми руками. И да, в левой оказалось зажато полено. Я почувствовал укол уязвлённого эго. Неужели гопники так впечатлились не моим перформансом, а всего лишь бревном?
«Сейчас обидно было», — отозвался внутренний критик. Я замер. В переулке абсолютно точно был другой разумный. Я сконцентрировался на датчиках электроёмкости и эфирных потоков. Пустота. Никого вокруг. Только одно сердце отбивало секунды: моё. И тем не менее…
Я повнимательнее вгляделся в эфир. Ну да, разумеется. Тестовое задание, чтоб его. Под иллюзией полена — отлично сработанной на всех основных сенсорных потоках, кстати говоря — скрывался эфирный аккумулятор неприличной, по стандартам моей прошлой жизни, ёмкости. И внутри аккумулятора сидело некая ехидная демоническая пошлятина, успешно спародировавшая мой внутренний голос.
«Ну, привет», — сказала пошлятина. «Вообще-то, при встрече с сущностью из иного мира надлежит назвать её по имени, а не обзываться», — она попыталась изобразить негодование и обиду, но была при этом столь ничтожна и неубедительна, что вызвала во мне лишь отчётливое ощущение гадливости. «Ненавижу непотребство культистов», — дежурно подумал я. Во всяком случае, теперь бессмысленное задание заиграло новыми красками. Вот теперь это определённо по моему профилю.
Дано: демон, сидящий в аккумуляторе и читающий мои мысли. Найти: способ самообороны. Решение: создать вокруг полена замкнутый контур, блокирующий перемещение эфира между внутренним объёмом и внешним пространством. Я поморщился. Расчёт и поддержание контура без материальных якорей с плавающими координатами — удовольствие сильно ниже среднего. Если слишком долго таким заниматься, мозги закипят в самом буквальном смысле. С другой стороны, адекватных альтернатив не просматривается. Потратив пару минут на адаптацию к новому мыслительному фону, я продолжил путь.
Вокруг меня теснились, наползая друг на друга, дома от трёх до пяти этажей. Некоторые — цельная, без единого шва «бронза», другие — некогда молочный, а теперь желтовато-серый и порядком пообколовшийся известняк-ракушняк, третьи, скорее всего, раньше были сложены из бруса, а теперь представляли собой набор разнокалиберных заплат из всевозможного мусора. Вонь атомного взрыва в ассенизационном обозе при холерных бараках делала воздух практически осязаемым, заставляя пробиваться вперёд сквозь тягучий как свежая смолка, полупрозрачный кошмар со вкусом растворённого в спирту горчичного газа. Лишь изредка над головой мелькали крохотные осколочки небесного свода, запутавшиеся в хитросплетениях бельевых верёвок, крытых галерей, переходов и покосившихся крыш. Да и люди были под стать месту: троица хранителей
Наконец мой нос сообщил мне, что я покинул Биржу. Я перевёл дух и проверил самоощущение. Порядка семи часов остатка для возможности держать контур вокруг полена. Приемлемо, но с чарами на воздушный фильтр я, конечно, затупил. Я огляделся. Дома вокруг не шли ни в какое сравнение с китчем Пепельного проспекта, но были чисты и аккуратны. Пешеходов почти нет, транспорта тоже. Судя по всему, я вышел к самому началу Канцелярского тупика.
Спустя пять минут неспешным шагом, я стоял перед совершенно гладкой «бронзовой» дверью. Короткий осмотр выявил шнурок звонка. Я потянул за него пару раз. Дверь приоткрылась. В щели, приблизительно на уровне моего локтя, появился серый глаз.
— Так отвори же врата в разлом, за которым бушует пламень преисподней, — сказал я. В голове промелькнула шальная мысль: «А вдруг и впрямь откроет?»
Глава 4. Хромовое сердце
Перспектива: Хо Орнаг, небелковая форма белки
Да, я могу менять тела. Нет, это не доставляет мне особого удовольствия. За сегодняшнее утро я сменил уже четыре шкурки, половина из которых были невыносимо невыспавшимися, поэтому теперь моя голова больше всего похожа на алмаз, сброшенный на мостовую с дирижабля. Раскалывается, короче. И причина моей головной боли сидит прямо сейчас напротив меня и глушит кофий тройной экстракции с таким видом, будто это у него было нелитературное утро.
— Сехем… — вместо только что крутившейся на языке фразы я пытаюсь изобразить проекцию гиперкуба на пальцах. Скверный фантомный перенос.
— Орнаг, — паданец, очевидно, сублимирует собственное раздражение, пытаясь выбесить меня. Не на того напал, неудобь сказуемая.
Две чашки кофия спустя мне наконец удаётся направить все мысли в более-менее одно русло.
— Так, Тит Кузьмич, давай-ка мы сначала проясним ситуацию, а уже потом спалим в непотребство этот богами оставленный город вместе с парой престарелых филистеров.
Паданец медленно кивает. Предсказуемо.
— Про твой путь я знаю всё, — продолжаю я, — кроме, разве что, того, кто такой этот твой Талос.
— О, так ты хочешь поговорить о Талосе имманентном? — в глазах Тита Кузьмича загорается нехороший, лихорадошный такой огонёк.
— Нет, нет, во имя Великого Хана, нет! Мне ещё дорог рассудок. Бедолаги Степного Волка были достатошно выразительны. Поясни только то, что было после твоего входа в дверь Ложи.
Сехем откидывается в кресле, его взгляд теряет фокус, а пальцы начинают отстукивать какой-то рваный ритм по щеке.
— Ну, комбатант Хо, как бы тебе это сказать-то… Я сам не вполне уверен в том, как следует интерпретировать мои наблюдения, поэтому в рассказе буду придерживаться только фактов, включая мои моментальные оценки и исключая постанализ…
Перспектива: агент Ликвидатор, локальный идентификатор «Pa-233»
Дверь открылась, явив моему взору длинный прямой коридор и коротко остриженную девчушку-подростка в чёрно-зелёном балахоне.
— У меня посылка для Ложи Рассвета Трижды Премудрого, — сказал я. Ноль реакции. — Полено. Для вязания.