Код Рублева
Шрифт:
– Ну как же. Тихомирова убили из-за рукописи – так вы считаете. Что такого крамольного мог написать профессор, чтобы заслужить лютую смерть?
– Мы считаем, что речь в рукописи шла о каком-то артефакте, – сказал отец Андрей.
– То есть – о какой-то вещи, – уточнил Солнцев. – И что же это за вещь, как вы думаете?
– На этот счет у нас нет абсолютно никаких предположений.
– Плохо. Ведь подсказки, оставленные Тихомировым, предельно ясны. Вам не кажется, что вы просмотрели очевидное?
– Что именно?
– Это вы мне скажите.
– У нас
– Зато у меня его полно. – Солнцев сплюнул на пол желтую слюну, размазал ее тапкой и сообщил: – Врачи запрещают мне курить. И в этом вопросе, в отличие от многих других, я их целиком и полностью поддерживаю. Никотин делает меня нервным. У меня начинают дрожать пальцы, я становлюсь неуправляемым. А неуправляемый человек опасен для общества. Кстати, пример профессора Тихомирова ясно это доказывает. Так что вы решили об этом… артефакте?
– Мы пришли к выводу, что предмет, о котором писал Тихомиров, хранился в Моисеевском монастыре, – сказала Марго.
– Тепло, – одобрительно кивнул Солнцев. – Вероятно, сестричка, ты скажешь мне, откуда он взялся?
– В 1054 году в Константинополь отправилась русская делегация, чтобы подтвердить приверженность православию. В благодарность Константинопольский патриарх подарил русским какую-то реликвию.
– Еще теплее, – снова кивнул Солнцев. – Продолжай, пожалуйста.
Марго пожала плечами.
– Мы думаем, что вокруг этой реликвии развернулась борьба. И борьба эта длится по сей день.
– Так-так. – Аспирант лукаво прищурил глаза. – Ну а при чем же здесь иконописец Рублев?
– Мы считаем, что на стенах Спасского собора в Андрониковом монастыре он изобразил историю русских волхвов, получающих от патриарха Керуллария дар.
– Как в комиксах?
– Что-то вроде того, – усмехнулась Марго.
Солнцев выплюнул изо рта табачинку и поморщился:
– Отвратительно. Жевать еще ничего, но глотать… – Он вытер рот ладонью, посмотрел на Марго из-под челки соломенных волос и сказал: – Если не возражаете, я вам тоже кое-что расскажу. Но сначала вопрос: вы что-нибудь знаете о деятельности масонских лож в России?
– Совсем мало, – ответил отец Андрей.
– А вы? – поинтересовался аспирант у Марго.
– Только то, что во всей современной московской архитектуре проглядывает масонская символика. Об этом писал один мой приятель-журналист. Он провел журналистское расследование и искренне уверен, что мэр Москвы и его ближайшие подручные – масоны.
– Ваш приятель довольно прозорлив. Видите ли, друзья мои, с давних пор в России существовала некая тайная организация… Я, разумеется, изложу вам суть дела грубо и весьма приблизительно, но таков уж формат нашей беседы. Итак, с давних пор в России существовала некая тайная организация. В разные времена она называлась по-разному. «Орден Люцифера», «Орден Света», ну и еще с дюжину разных названий. Есть предположение, что активными членами этого Ордена были многие цари из династии Романовых.
– Так это по их приказу со стен Спасского собора сбили фрески Рублева! – догадалась вдруг Марго.
Аспирант
– Не знаю, сестричка, но именно этой версии придерживался профессор Тихомиров. Будучи членами тайной организации, Романовы хотели переписать русскую историю в соответствии с принципами, провозглашенными в уставе организации. Они хотели скрыть факт посещения Византии русскими князьями-волхвами. И особенно – факт получения ими в дар от патриарха Керуллария некой таинственной реликвии. К слову сказать, многовековую охоту членов Ордена Света за этой реликвией нельзя назвать удачной. Уничтожив монахинь-хранительниц и сровняв с землей Моисеевский монастырь, предмет своих вожделений они так и не нашли.
– Так значит, реликвия и впрямь хранилась в Моисеевском монастыре?
– Это всего лишь гипотеза, сестричка, – ухмыляясь, ответил Солнцев. – Но, как каждая гипотеза, она имеет право на существование. Фрески Рублева – не единственные уничтоженные. Зубила и молотки стучали по всей стране. Не буду пересказывать вам всю историю Ордена Света, скажу лишь, что его членами были многие знаменитые люди. Вельможи, ученые, писатели, поэты… История Ордена знала падения и взлеты. Последний из таких взлетов произошел в 1917 году, и все вы о нем слышали. Тогда магистры Ордена считали свою победу окончательной и бесповоротной, но со временем оптимизма у них поубавилось.
– Чего добивался Орден? – спросила Марго.
– Ну, это же понятно. Свет разума! Технический прогресс, духовное и интеллектуальное развитие человечества! В общем, программа и устав Ордена близки к масонству. Они даже часто называли себя масонами, чем, конечно же, льстили масонству, которое в России было скорее декоративным, чем активным движением. Главным своим врагом Орден всегда считал религию, ну и церковников, само собой разумеется.
– Почему? – спросила Марго.
Аспирант ласково посмотрел на журналистку и мягко произнес, словно обращался не к взрослому человеку, а к ребенку:
– Ну, посуди сама, сестренка. Ведь именно церковники оболванивают людей, лишают их мечты о прекрасном, гармоничном государстве во главе с мудрым государем, заставляют их с тревогой смотреть в будущее, отвлекают от преобразовательной деятельности во благо прогресса и так далее. Зная это, можно понять, с какой ненавистью Орден относится к любому подтверждению божественной природы основателя христианства. Ордену несколько веков подряд противостояли люди, которые называли себя «хранителями».
– И они несколько веков хранили реликвию, полученную делегатами от патриарха Керуллария?
– Именно так.
– Так что это была за реликвия? – нетерпеливо спросила Марго, поглядывая на часы.
– Как? Вы до сих пор не догадались? – Аспирант смотрел на них удивленно и недоверчиво. – Вы когда-нибудь слышали о Туринской плащанице?
– Конечно, – кивнула Марго. – Это ткань, в которую завернули Христа после снятия его с креста. На ней остался отпечаток его тела, похожий на негатив фотопленки. Его лицо, фигура. Природа этого изображения до сих пор неизвестна.