Колдун
Шрифт:
В шесть часов на балкон вышел Горан Вирицкий, кивнул головой народу. Вопли смолкли - Горана Вирица любила.
Архимаг обошел балкон по периметру и махнул в окно.
Редрин Филин вышел к народу в простой кожаной куртке с расстегнутым воротом. Глазастые тут же приметили осунувшееся лицо государя и чуть растрепанные волосы, оценив - заботится, переживает, не спит, не ест!
Горан Вирицкий обратил внимание, что Редрин стал еще больше похож на Майорина, в голову закралась мысль, что государь стал похож на него не случайно.
– Мой народ!
– провозгласил государь, хорошо поставленный голос, лишь немного усиленный магией, прокатился по дворцовой
– Времена ныне непростые! Маги нарушили закон, переступили черту. Вы боитесь за своих детей, за свое будущее и я вас понимаю.
В толпе крикнули. Редрин приподнял ладонь, утихомиривая площадь:
– Я вижу ваше недовольство, некоторые для убедительности решили выразить его как можно более ясно.
– Среди неграмотных хихикнули, грамотные машинально приподняли свои плакаты выше. Редрин глянул на пергамент, прикрепленный к широким перилам. На пергаменте были обозначены ключевые моменты речи. На совете, при поднятии темы: "настроения народа", второй советник озвучил три основных течения: против магии вообще, против цитадели и самая небольшая, зато хорошо продуманная магами: против старой школы.
Цитадельские агитаторы в тайне ходили по городам и в красках описывали чудесную жизнь в ближайшем будущем.
Против магии вообще активно выступали храмы, но толку от этих высказываний не было - даже если избавить Велманию от обладателей дара сейчас, через год родятся новые. Вдобавок ко всему - магия - сила, в том числе сила военная. И рано или поздно эта сила пригодится, даже в бездействии армия является доводом.
Нарушив закон, маги потеряли свой вес в Совете, а их боевую подготовку сейчас предстояло испытать инессцам.
Глуп тот государь, что забывает о желаниях народа. Умен тот, кто умеет ими пользоваться. Жаль только, что всем мил не будешь.
– Вы знаете, что ситуация на востоке обострилась. Если конфликт не будет решен локально, опасность гражданской войны нависнет над Велманией.
– Сказал ему Ивар, в этот раз первый советник подготовился. Геральдические псы у него на груди скалили зубы.
– С другой стороны я не вижу никакой надобности атаковать Цитадель. Это глупый и необдуманный шаг. И кровожадный.
– И что же ты предлагаешь, Ивар?
– насуплено поинтересовался Горан, обладатель псов на гербе резал по живому.
– Напомню, что когда-то подобный конфликт был решен бескровно - ваш прадед...
– Бескровно - это триста лет противостояния?
– Горан сжал подлокотники, под пальцами потемнело дерево.
– Напомню тебе, что магов и колдунов мир не брал.
– Но они перестали втягивать в это дело людей. А вот сейчас снова начали. Я считаю, стоит ограничить права Инессы, а Цитадель призвать к ответу. Пусть выдадут нам Агния Фарта, его казнят. Ужесточить контроль за ними, установить пост посла и консула, как в иностранном государстве, следить за каждым шагом магов.
– Ты совсем не знаешь, что такое Цитадель, Ивар?
– Перебил его Редрин.
– Горан, покажи. Вот эта карта нарисована магом, перешедшим на сторону Инессы. По доброй воле, между прочим. Этот маг Ивен Аарский, бастрад Карта Аарского. Не самый далекий от происходящего маг. Горан, ты уснул?
Архимаг закончил пасс, карта появилась на пустой стене, намеренно освобожденной от гобелена, изображающего
– Вот неловкость. И в какую именно Цитадель ты посадишь посла и консула: в Лусор, в Вистус или в саму Школу? Страшно стало, Ивар?
– Но-но, Горан. Не горячись.
– Успокоил его Раддарт.
– Но да, у нас под носом образовалась не просто школа новой магии. А настоящее маленькое государство, живущее по своим законам. И эти законы противоречат законам Велмании.
– Так уж и противоречат?
– воскликнул Ивар.
– Они нам угрожают. Мы даже не знаем, кому продает Цитадель свои исследования, а они продают. Иначе откуда деньги на такую прорву наемников!
– ругался Горан.
– Хватит.
– Прервал спор Редрин.
– Хватит. Так мы ничего не решим. Горан, продолжи доклад.
– Сегодня Владычица Инессы Ильма, озвучила заявление, что нарушение закона "о естественности природных процессов" посредством магии и волшебства, конкретно: создание человеческих химер, было провокацией. Подобные исследования действительно имели место. Но никакой армии химер не существует, это была лишь провокация Инессы на решительные меры. Меры были приняты. Те, кого мы считали оппозицией, давно и прочно заняли руководящие посты, а их противники сами превратились в оппозиционеров, скрываясь от новой власти. У нас перед носом в Цитадели произошел переворот, который мы не заметили.
– И кто злодей?
– фыркнул Ивар.
– Никто. Маги вынудили колдунов на решительные действия, теперь они подготовят ловушку, и одним ударом ослабят Инессу с выгодной для них позиции. После чего монополия на магию в Велмании, Сауринии и Хордриме будет принадлежать Хенрику Аарскому.
– Ты Горан пропустил тот промежуток, где Инессу еще надо взять и избавиться от колдунов во всех городах страны.
– Этого не понадобится. Мы прекрасно понимаем, что потеряв основные силы, Ильме придется сдать полномочия, чтобы сберечь тех, кто останется в живых. Это женщины и дети, большей частью. А мы потеряем защиту Инессы, и признаем Цитадель легитимной школой магии. Единственной. Ты забываешь, Ивар, что магические войны отличаются от обычных. В первую очередь количеством участников - магов и колдунов не так много. Сотня с одной стороны, сотня с другой.
– А наемники, господин архимаг? Запамятовали?
– Наемники - это прием для растраты резерва. Если колдуны поистратятся, взять их потом можно будет очень быстро, может быть даже заставить сдаться. Хотя не думаю, что Хенрик позволит. В его интересах избавиться от инессцев.
– Выходит, что Инесса проиграет со стопроцентной гарантией?
– Не обязательно.
– Редрин кивнул на карту.
– Если мы ей поможем, а об этом не узнают в Цитадели. Но перед этим... Горан?