Коллблэк

Забелин Максим

Однажды случилась трагедия. Викки собралась на своем каяке покорить одну из самых опасных стремнин Аляски – Тикел. Причем, зная, что ее будут отговаривать, она направилась туда, никому ничего не сказав.

Ее нашли только через несколько дней, когда тело вынесло в место впадения в Медную реку. Ни лодки, ни весел. Человек не мог выжить в таком потоке. И она была мертва, по крайней мере, так думала нашедшая ее пара рафтеров – муж с женой, пенсионеры. Они вызвали спасателей, но когда те добрались до места вызова, на берегу был только брошенный лагерь. Ни этих милых пенсионеров, ни Виктории.

Спустя месяц в Палмере появились трое: Викки и молодая пара. Чудесное появление молодой женщины, которую все считали погибшей. Счастье на лицах родителей, друзей…

Город был невероятно рад возвращению мисс Скиннер. Но ни она, ни ее новые друзья словом не обмолвились о произошедшем. Никто не удосужился проверить, где она все это время была, и откуда взялись эти ее странные новые знакомые.

Парочка сняла дом на окраине города и практически не выходила на улицу. Впрочем, Викки продолжала вести обычный образ жизни. Она ходила в контору, занималась юридической практикой, при этом полностью изменила свой стиль – быстро отпустила длинные волосы, стала хорошо, со вкусом, одеваться, в одночасье превратившись в сногсшибательную красотку, за которой тут же начали ухлестывать кавалеры.

Однако вскоре город потрясла череда странных событий. Словно началась неведомая эпидемия. Кто-то бесследно исчезал, кто-то терял близких, иногда на карантин уходили целыми семьями. К тому времени Палмер окутала паника. Люди хотели понять, почему власти не занимаются этим, многие собирались уехать, некоторые пытались протестовать, но вскоре и эти эмоции сошли на «нет». Стало складываться впечатление, что так и надо, что всех все устраивает.

Так и было. Ведь теперь в Палмере были новые жители. Красивые, подтянутые, молодые парни и девушки. Непонятно, откуда они взялись, но они по-хозяйски обосновались в городе. Установили свои порядки и правила. Пропал детский смех, стало тихо и темно. Официально в целях экономии, власти перестали по вечерам зажигать освещение улиц, оставляя только огни федеральной трассы. Машины передвигались все реже, в домах воцарился мрак. А все потому, что новым существам тепло и свет были не нужны. Они спокойно переносили его, но не любили, это факт.

Еще в самом начале, Уильям Бреннар одним из первых понял, что творится нечто странное, но все тогда только смеялись над его чудаковатыми предположениями. Однако именно он сопоставил заметки о находке тела девушки на Медной реке и пропажу рафтеров-любителей. Ему удалось восстановить описание, которое пилоту вертолета дали пенсионеры, когда вызывали транспорт. Судя по всему, это была именно Викки. Билл нашел фотографии пропавшей пары и безошибочно узнал в них тех самых приятелей Викки, которые появились в городе, только сейчас они были… молоды, как и все новые жители Палмера!

– Каким-то образом сыну удалось найти средство, – миссис Бреннар на секунду замерла и прислушалась, – Так вот. Он называл это вакциной. Где-то пару месяцев назад он пришел ко мне и попросил об одном – разрешить ввести мне препарат. Я согласилась. Потому что к тому моменту они уже забрали Сэнди, мою девочку… Она не сделала им ничего дурного, моя малышка…

Я приобнял тетю Дженни, понимая, насколько тяжело ей пришлось.

– Они не трогают вас, потому что вы вакцинированы?

– Да. После того, как Билл сделал это… Спустя, может, пару дней, они пришли за мной. Я готовила ужин. В двери появился, по-моему, Грег, сосед. Я его сразу не узнала, он был молод, скинул лет сорок. И когда это существо вошло в дверь и направилось ко мне, я почувствовала, что на меня надвигается нечто страшное. Словно ледяная пелена накрывала меня, я почти потеряла сознание, а когда очнулась, увидела, как он корчится на полу. У него из носа рта и ушей шла пена, его выгибало, словно внутри извивалась сотня ужей. Едва миновало полминуты, как он испустил дух. На крики сбежались остальные. Те, кто были в округе. Они столпились в моей кухне и смотрели на меня так, словно я была ведьма. Но трогать не решились. Трусливые животные! Стоило мне шагнуть к ним, как они с визгом повыскакивали на улицу. А этот Грег вскоре буквально истлел у меня на глазах.

– Его убила вакцина?

Она взяла шприц у меня и повертела его в руках.

– Думаю,

да. Я позвонила Билли, и рассказала о том, что случилась. Он обещал приехать, но… так и не появился. Я знаю, что они пытали его. Но, ничего не добившись, бросили в реку. Они хотели узнать что-то у меня, но я ответила, что не скажу ни слова. То, что создал Билл, убивает их. И именно это они ищут.

– Так, – сказал я, – Едем со мной, миссис Бреннар. Машина недалеко, пойдем прямо сейчас?

Она не успела ответить. В нашем полушепоте мы так привыкли к тишине, что музыка вызова на моем телефоне прозвучала, как набат! Звонила Хелен. Я неуклюже попытался сбросить звонок, однако было поздно. Тетя Дженни испуганно спрятала шприц за спину, я едва успел только повернуться, как послышались стремительные шаги, и дверь в комнату распахнулась. В неярком свете клонящегося к закату дня я увидел невероятно красивую девицу с тонкими чертами лица и аккуратно уложенными волосами. На ней был темный брючный костюм с вызывающим декольте.

– Кто это?! – спросила она, взглядом указывая на меня.

– Сэнди, детка, – пролепетала миссис Бреннар.

– Сэнди?! – изумился я. Насколько я помнил, девочка была больна с детства каким-то заболеванием костей и ходила с тросточкой, наклонив голову набок. Сейчас же передо мной стояла просто какая-то чертова королева красоты! Еще одна «Мисс Аляска», не меньше!

Между тем она подняла руку и стала приближаться. Я даже не заметил, как она оказалась рядом со мной. Вокруг померк свет. Словно я проваливался в ватную пелену. И тут же почувствовал укол в районе лопатки с той стороны, где находилась тетя Дженни, и ее крик:

– Нет! Он тоже вакцинирован!!!

И потерял сознание.

Когда я пришел в себя, то никак не мог понять, где нахожусь и что этому предшествовало. Сперва я даже не чувствовал своего тела. Попытавшись пошевелить рукой, я понял, что мои конечности затекли и туго затянуты веревками. Я осознал, что связан и сижу на стуле в каком-то холодном, темном месте. Вероятно, это был подвал или ангар. Каждое мое движение и стон гулким эхом отдавались в далеких стенах. Ко мне постепенно начинала возвращаться память. Крик тети Дженни. Надвигающаяся пелена. Сэнди. Это все. Значит, теперь я пленник. Вглядываясь в полумрак перед собой, я увидел вдалеке неясные очертания высоких длинных полотен, от которых исходило смутное свечение. Полотна уходили высоко вверх, так что мое предположение о подвале было наверняка ошибочным.

И тут раздались шаги. Раскатистый звук каблуков по полу приближался ко мне. Их обладательница остановилась передо мной в паре метров, как мне казалось. Я даже видел перед собой силуэт.

– Добро пожаловать, Эндрю! – узнал я голос Викки, – Включите свет, пусть наш гость убедится, что он в безопасности.

Откуда-то из-под потолка возникло свечение, и вскоре из темноты проступили очертания. Это была церковь. Я сидел у алтаря на стуле, передо мной, у ступеней, стояла Викки в длинном, теперь уже красном платье, а за ней – недвижимы, словно манекены – жители города. Их было не меньше сотни, весь зал был полон. Лица собравшихся не выражали никаких эмоций, среди них я узнал и своих школьных друзей, и тех, кто когда-то были нашими соседями. Но были здесь и незнакомые мне персоны. Их объединяло то, что все они были молоды. Каждый, кого я видел, казался образцом безупречности. Мужчины сильны и мужественны, женщины невероятно привлекательны. Такая себе картинка идеального мира для нацистов. Высшая раса.

– Дорогой, Эндрю, – обратилась ко мне Викки, – как ты помнишь, я повелела тебе уехать в аэропорт… Но ты выбрал другой путь. Впрочем, это так предсказуемо.

Она поднялась ко мне по ступеням и повернулась к залу.

– Жители Палмера, я призываю вас в свидетели, что это будет честный суд над теплокровным, который нарушил правила нашего города!

Ответом ей одобрительный ропот.

– Честный суд? – усмехнулся я, – Для начала развяжи меня, Викки.

– К сожалению, – она вполоборота повернулась ко мне, – это невозможно. Таковы правила.