Комбриг
Шрифт:
— Когда закончится не знаю, повальные аресты в Киеве, почти весь ЦК партии арестован во главе с Хрущёвым. Кубло настоящее свили. Польские шпионы все. Ладно, вам этого знать не положено.
— Понятно. А по пропитанию? Я денег дам. На всех.
— Давайте, схожу. Завтра не моя группа здесь будет на вокзале, так что лучше вообще носа не высовывайте из вагона. Сидите как мышь.
— Мыши, там парень со мной.
— Тем более. Давайте деньги. — Брехт ему две сотни протянул.
— Хватит?
— Хватит. Я послезавтра с утра вас попроведую. А у паренька вашего,
— Паспорт. Нормально всё. В гости ко мне едет.
— В гости так в гости, но как вернусь, документы проверю, если что с меня ведь спросят.
Понятно, дружба, дружбой, а табачок врозь.
— Иван Яковлевич, вы ещё, если будут, газеты купите, хоть узнать, что в мире и стране творится.
— Хреново всё в стране. У вас, там, на Дальнем Востоке, опять японцы чуть не каждый день провокации устраивают. Хорошо, куплю газеты, если будут свежие. Идите в вагон. Мало ли. Стукну, три раза.
Блин, как в кино. Пароль: «У вас продаётся славянский шкаф». Отзыв: «Нет, продали, остался только французский спальный гарнитур «Людовик XIV»».
Событие шестьдесят четвёртое
Для того, чтобы привлечь внимание официанта, гражданин Иванов громко постучал пирожком по столу.
— Да, пирожки у хозяйки не очень.
— Зато булки — то, что надо…
Ванька ел и спал. Потом спал и ел. Потом …
Потом, наконец, наступило субботнее утро, и появился тёзка. Сержант был с чёрными кругами под глазами и осунувшийся, свёрнутый и чуть расплющенный нос даже заострился и сейчас крючок бабы Яги напоминал.
Принёс кулёк бумажный, из газеты скрученный, пирожков, ещё тёплых. Брехт растолкал Ваньку и, жуя капающий жиром пирог с яйцом и рисом, промычал:
— Че… го но… во… го?
— Всё, товарищ комбриг, закончилась операция. Так, что можете по городу ходить, милиция ещё дежурит в усиленном режиме, но в основном в местах, где бывают большие скопления народа и у правительственных зданий.
— Много народу арестовали? — За второй взялся, с картошкой оказался.
— Народу. Врагов. Шпионов польских и немецких. Почистили.
— Неужели и Хрущёва?
— И Хрущёва и ещё многих из ЦК. Только их сразу в Москву самолётом увезли, про них ничего не знаю. — В глазах запавших чекиста отразился пирожок, и он облизнулся.
— Иван Яковлевич, угощайтесь. Вот эти длинненькие с мясом. Так сок и капает. — Брехт кулёк к самому носу сержанта сунул. Тот вдохнул, вздохнул и, взяв пирожок с мясом, вздохнул ещё раз.
— Жена у меня отличные пироги делала. Пирожки не очень, подгорали вечно, затто пирог всегда отменный получался, с рыбой особенно.
— Делала?
— Померла родами. Доктор пьяный был, а роды тяжёлые.
— Сочувствую. — Брехт пирожки отодвинул от чекиста.
— Я тогда и пошёл в ОГПУ, чтобы с вредителями всякими бороться.
— Понятно, — Ванька подскочил и сразу два пирожка из кулька выудил, — А чем до этого занимались?
— А ерундой, всё работу по душе искал, тогда в артели работал, что радиоточки собирала.
Брехт посмотрел на небо. Нет, улыбающегося старичка с белой бородой
— Товарищ сержант Госбезопасности, вопрос есть на кучу денег.
— Какой вопрос? — уставился с непониманием. Да, опять выражение из будущего не прокатывает.
— Иван Яковлевич, я маршалу Блюхеру пообещал, что в из Киева привезу специалистов по … Ну, в общем у нас в Спасске-Дальнем есть артель по производству радиоламп «Маяк» не слышали?
— Как не слышал, слышал, конечно, страшный дефицит, за ними все гоняются, надёжные и качество сигнала отменное.
— Нда, не думал на эту тему. Так, вот хотим на базе этого «Маяка» наладить выпуск компактных и надёжных раций для танков и самолётов. Нужны специалисты. Можете чем помочь? Только срочно. Мне в ближайшие дни уезжать надо. Вагон вон, пустой стоит, ждёт специалистов.
Вальтер вынул из кулька предпоследний пирожок, хмыкнул и протянул Ваньке, но тот руками замахал, но потом взял и в вагоне скрылся. Сержант достал последний, скомкал газету и завращал головой, куда бы бросить. Брехт у него газету отобрал.
— Так, что со специалистами? Артельщики, где вы раньше работали не поедут, поддерживаете с ними связь?
— Сам бы поехал. Да не отпустят. Устал до чёртиков в ГБ этом … Морально. Да и физически. Даже с девушкой познакомиться некогда. Так и живу один. А что до людей … Условия-то какие?
— Условия цар… Хорошие условия. Дом с центральным отоплением. Горячая вода всегда в кухне и в ванной по трубам бежит. Участок приусадебный до тридцати сот… до трети десятины. Детский садик, школа десятилетка. Секции спортивные для детей и взрослых. Даже четыре футбольные команды есть.
— Прямо как про коммунизм рассказываете! А зарплата? — присвистнул сержант.
— Ну, точно больше чем в Киеве. Там дальневосточный коэффициент, плюс, премия сто процентов к окладу. Ещё квартальные премии. Да, там другой плюс есть, не сказал. В Спасске несколько корейских колхозов, так что продуктов полно и всё гораздо дешевле, чем в России.
— Где? — опять.
— У вас тут или в Москве. Сленг местный. Они то, что за Уралом на запад Россией зовут.
— Ну, точно как в сказке. Сам бы поехал. Не отпустят. А людей могу спросить. Недельку назад видел мужиков с артели. Какие-то у них проблемы, так поздоровались и разошлись, спешили. Зайду сегодня.
— Спасибо. Иван Яковлевич, что мне к начальству на станцию-то можно сходить? Вот тут предписание есть, предоставить мне ещё одну платформу. Технику секретную нужно с собой увезти. — Брехт бумагу строгую достал.