Компромисс

***

Максим складывал учебные материалы в папку, когда услышал настойчивый цокот каблуков.

Ну, конечно. Верещагина. Куда же без нее. Он усмехнулся уголком рта. Ни одна пара в этой группе не заканчивалась без попытки соблазнения от этой нахальной девицы. Интересно, что придумала сегодня?

Фадеев уже даже ставки делал в своей голове. И в девяти случаев из десяти оказывался прав.

– Максим

Игоревич, у меня к вам важное дело, – Верещагина нахально уселась на стол, стоящий рядом с преподавательским столом.

Она закинула ногу на ногу, явно демонстрируя себя. Ох, как же скучно. И банально. Ведь не глупая, вроде бы, девчонка. Пусть и в вечном образе стервы. Но Максим знал, что за красивой оберткой спрятаны хорошие мозги. Жаль, что применяла их девушка не по делу.

– Снимать котят с дерева больше не стану, – решительно заявил Фадеев, застегивая молнию на кожаной папке. Она была жутко дорогой, из крокодила. Подарок, который Максим с любовью лелеял.

– Нет же, – Ольга поджала губы. – Я разговаривала с папой, – ох, уж этот папа, – он считает, что я сама не сдам. В общем, он поговорил с Вадимом Сергеевичем, и тот разрешил, чтобы я с вами позанималась.

– Чем? – Максим недоуменно приподнял бровь. Впрочем, дураком он тоже не был. Отец Верещагиной неплохо так спонсировал их вуз. И если его дочка захотела себе частного репетитора, то декан уж точно не смог бы устоять.

– Как чем? – Ольга опешила, а потом, видимо, вспомнила, ради чего все затевалось, и кокетливо стрельнула в Фадеева глазами. – Французским.

– Оля, – Максим подавил раздраженный вздох, – мой предмет у тебя не профильный. Знаешь ты его неплохо. Не переживай, все сдашь. Я в тебя верю.

– Как вы можете в меня верить, Максим Игоревич, если я сама в себя не верю? – возмутилась Верещагина. Ей Богу, смешная.

– Хорошо, – Максим понял, что отвертеться ему вряд ли удастся. Учитывая, что Ольга подстраховалась по всем фронтам. Даже декана взяла в союзники. – Но одно условие.

Он хотел преподать маленькой стервозе урок. И он прекрасно знал, кто ему в этом поможет.

– Какое? – с придыханием спросила Верещагина.

– Заниматься будем в выходные у меня дома, – припечатал Максим, заметив, как загорелись глаза студентки.

Вот только бедняга еще не знала, что ее ждало.

***

Как ни удивительно, но получив приглашение на индивидуальное занятие, Ольга успокоилась.

Она даже перестала каждую пару томно вздыхать и вываливать грудь из выреза блузки. За что ей большое, в общем-то, спасибо. Ибо Максима такой вид совершенно не прельщал, а вот остальных студентов мужского пола изрядно отвлекал.

И даже женского. Фадеев прекрасно видел, как на Ольгу косила взглядом староста группы, Лиза Хорошева.

Максим уж кем-кем, а гомофобом точно не был,

поэтому в какой-то мере Лизе даже сочувствовал. Впрочем, та была слишком тихой, чтобы как-то себя проявить. Ее проблемы. Захотела бы, смогла бы добиться. А Хорошева пока явно не особо хотела.

Время до выходных пролетело стремительно. Максим оглянуться не успел, как в субботу открыл глаза и уставился на часы, понимая, что до прихода Верещагиной оставалось меньше часа.

Он, путаясь в собственных ногах, поднялся с кровати и попытался нащупать тапочки босыми стопами. На самом деле, тапочки он терпеть не мог, но полы в квартире еще не утеплили. Приходилось спасаться хоть так.

Вообще-то они переехали сюда еще пару месяцев назад, но ремонт все никак не заканчивался. В какой-то мере Максим уже смирился с ним.

Перешагнув через мешок цемента, который никто не удосуживался убрать еще несколько недель, он зашел в ванную. Из зеркала на него смотрел заспанный и лохматый молодой мужчина под тридцать.

Жутко небритый.

Выдавив зубную пасту на щетку, Максим параллельно включил воду в душевой кабине и достал бритвенный станок. Он намеревался успеть абсолютно все.

После душа, Фадеев наконец почувствовал себя человеком. А с кухни доносился к тому же невероятный аромат свежесваренного кофе. Быстро надев прихваченные из спальни футболку и шорты, Максим, приглаживая влажные волосы, пошел на запах.

Леша, одетый в одни мягкие домашние штаны, босиком, как обычно, приплясывал у плиты, что-то готовя.

– Доброе утро, – Максим обнял его со спины и поцеловал в шею. – Давно встал?

– В семь, – усмехнулся Алексей, откидывая голову на грудь Максима. – Успел и с пробежки вернуться, и душ принять, и мясо на вечер замариновать.

– Что бы я без тебя делал, Орлов, – пробормотал Максим, оставляя несколько коротких поцелуев на чужом подбородке и скуле.

– Зачах давно и умер голодной смертью, – фыркнул Леша. – Давай за стол.

– Не знаю, успею ли, – проворчал Максим, нехотя отходя назад. – Верещагина скоро должна прийти.

– Ох, уж эта Верещагина, – Леша закатил глаза, раскладывая яичницу по тарелкам. – Уже оскомину на зубах набила, а я ее даже не видел.

– Собственно, поэтому я и позвал ее заниматься к нам, – ухмыльнулся Максим. – Чтобы поняла, что ловить ей нечего.

– Моя бы воля, я бы тебя приковал в спальне в кровати, да так бы и оставил, – недовольно заявил Алексей, выставляя тарелки на стол.

Максим с удовольствием вдохнул запах яичницы с беконом и помидорами. Нет, все-таки прав Лешка. Он бы точно пал смертью храбрых, если бы Орлов не согласился перебраться к нему.

Ну, и еще он бы просто сдох от своей безответной, как он думал когда-то любви. Но это уже другой вопрос.

Они как раз успели допить кофе, когда в дверь позвонили. Максим тоскливо вздохнул.