Конноры и Хранители

Авраменко Олег Евгеньевич

— Но госпожа Уолш, похоже, уверена, что Кейт сотрудничает с нами, — заметил Стэн.

Стоичков хмыкнул:

— М-да, это слабое место в моих рассуждениях. — Он посмотрел на Марику: — В письме что-нибудь сказано об этом?

Она замялась:

— Ну… сказано. Госпоже Уолш точно известно, что Кейт уже нашёл путь в наш мир. Также это известно ещё одному человеку со смешным именем Смирнов — как водка.

— Это русская фамилия, — заметила Алиса. — От неё возникло название водки. Ничего смешного в самом имени Смирнов нет.

— Тебе виднее, — сказала Марика. — Так вот. Только госпожа Уолш и господин Смирнов знают, что Кейт сумел

выследить меня. Но как они узнали об этом, в письме не говорится. Лишь одно ясно: они не собираются делиться своими догадками с остальными Хранителями, у них есть на то веские причины. Госпожа Уолш полагает… даже не полагает, а убеждена, что Кейт открылся мне и попросил для себя и Джейн убежище. И я его предоставила.

— Зачем им могло понадобиться убежище? — недоуменно произнесла Алиса. — Неужели мать тоже считает их предателями?

Марика отрицательно покачала головой:

— Нет, это совсем другое… И вот тут-то начинается личное, которое, по моему мнению, нас совсем не касается. Ведь мы, кажется, договорились, что я сама буду решать, что важно для нас, а что нет, и где мне следует остановиться.

— Мы уважаем ваше решение, — мягко сказал Стоичков. — И не оспариваем его. Думаю, мы узнали всё, что нам нужно. Однако, кроме нас, есть ещё девять членов Совета. Я не хотел бы пересказывать им содержание письма Кейта по памяти. Если вам не трудно, Марика, сделайте его перевод.

— Сейчас? — с готовностью спросила она.

— Нет, девонька моя, не торопитесь. Письмо мне понадобится лишь к утру, тогда я и ознакомлю остальных братьев и сестёр с его содержанием. — Он повернулся к Стэну и Флавиану: — Я отменю сегодняшнее собрание Совета. Я считаю, что в свете новых фактов нам следует обождать с решением, пока мы не поговорим с Кейтом.

— Да, — кивнул Стэн. — Я полностью согласен с тобой. Сейчас не стоит пороть горячку. Судя по всему, ситуация не настолько критическая, как нам казалось, и за четыре-пять здешних дней вряд ли что-то изменится. Пусть Марика с Алисой будут готовы к отъезду в любой момент, но сперва нам нужно найти Кейта и поговорить с ним. Он может стать для нас ценным союзником.

— Вопрос только в том, какую плату он потребует за сотрудничество, — хмуро промолвил Флавиан, глядя исподлобья на Марику. — Сомневаюсь, что он будет помогать нам бескорыстно. В этом деле у него есть свой интерес.

Марика покраснела и смущённо опустила глаза.

А Стоичков сказал:

— Между прочим, Флавиан, ты должен быть благодарен судьбе, что в этом деле у Кейта оказался свой интерес. Иначе бы он действовал в интересах Хранителей, а мы пребывали в неведении, пока не стало бы слишком поздно. Насколько я понимаю, только из-за этого интереса Кейт скрыл от своих собратьев путь в наш мир и предупредил об опасности Марику.

— Так что же получается? — с этими словами Флавиан вопросительно посмотрел на Стэна. — Мы должны уступить ему?

Стэн промолчал. Он не знал, что ответить.

Тогда Флавиан поднялся с кресла. У него было такое по-детски обиженное выражение лица, что, казалось, он вот-вот захнычет.

— Ладно, я ухожу. Кто откроет портал?

Это сделала Алиса. Ни с кем не попрощавшись, Флавиан вступил под сияющую арку и исчез. Спустя пару секунд портал погас. Алиса осталась стоять возле шкафа.

— Ты совершил ошибку, Стэнислав, — произнёс

Стоичков, нарушая затянувшееся молчание. — Я не хотел бы вмешиваться в ваши семейные дела, но мне всё же казалось, что в этих неопределённых обстоятельствах у тебя должно хватить здравомыслия и осторожности не давать Флавиану никаких определённых обещаний.

— Это я согласилась, — сказала Марика, по-прежнему глядя в пол.

— Вы поступили так по настоянию брата.

— По его просьбе.

— Не важно — по просьбе или по настоянию. Важно то, что вы оба поступили опрометчиво, не подумав, не взвесив всех последствий.

— Я всё взвесил, всё обдумал, — возразил Стэн, впрочем, без особой уверенности. — Этот брак политически выгоден.

— Не спорю, — сказал Стоичков. — Однако согласись, что брак Марики с наследником одного из крупных княжеств, например, того же Инсгварского, принёс бы гораздо больше пользы для нашего рода. Тем не менее мы, я имею в виду Совет, не настаивали на этом, потому как считали, что брачный союз с Ибрией тоже неплохо. Вдобавок, это позволяло совместить приятное с полезным — брак по взаимной любви с браком по расчёту; в жизни князей такое нечасто случается. — Он немного помолчал, переводя задумчивый взгляд со Стэна на Марику и обратно. — Но сейчас обстоятельства изменились. Сейчас для нас самое главное — борьба с Хранителями. И всё, что поможет склонить чашу весов в нашу пользу, является политической выгодой наивысшего приоритета. Ты понимаешь, к чему я веду, Стэнислав?

Стэн кивнул. Подозрения, что он поторопился со словом, данным Флавиану, возникли у него одновременно с подозрениями, что Кейт не просто слуга Хранителей, а сам Хранитель. А после знакомства с письмом, эти подозрения переросли в уверенность, и Стэн пожалел, что так поспешно уговорил Марику дать согласие на брак с Флавианом. Флавиан же, в свою очередь, понял, какую цену придётся заплатить, чтобы заручиться поддержкой столь ценного союзника. Также он понял, что будет вынужден подчиниться обстоятельствам и уступить. Поэтому он так разозлился — от осознания собственного бессилия…

— Я не буду спрашивать Марику, как она относится к Кейту, — продолжал Анте Стоичков. — Я уже стар и достаточно повидал жизнь, чтобы разбираться в чувствах молодых людей — особенно, если они не очень умело скрывают их. Я уверен, что нам не придётся заставлять, убеждать или уговаривать её в необходимости…

— Господин Стоичков, — перебила его Марика, наконец подняв взгляд; её щёки пылали ярким румянцем. — Давайте вернёмся к этому вопросу, когда найдём Кейта и Джейн. Я… я честно скажу, что меня не придётся ни заставлять, ни уговаривать, но… Видите ли, может так получиться, что разговоры о нашем браке будут… ну, скажем, неуместными.

— Почему же? — поинтересовалась Алиса. Она отошла от шкафа и села в кресло, которое прежде занимал Флавиан. Оно находилось рядом с креслом Стэна. — Если ты сомневаешься в глубине чувств Кейта, то могу успокоить тебя. Он без памяти…

— Прекрати, Алиса! — простонала Марика. — Ни слова больше.

Реакция сестры озадачила и взволновала Стэна. В её голосе звучала мука, и он почти физически ощутил боль, которую она испытывала. Временами между ними возникала очень тесная связь на эмоциональном уровне, и в такие мгновения Стэн улавливал отголоски её чувств. Сейчас Марику терзали мучительные сомнения, она боялась потерять Кейта именно тогда, когда выяснилось, что они могут быть вместе…