Корабль беглецов
Шрифт:
Юби считал, что Марко сумасшедший, вроде Паско, только не такой неорганизованный.
Но, так или иначе, выбора у молодого человека не было. Он весь день бродил по окраинам базы Эйнджел, пытаясь найти покупателей на груз «Беглеца».
«Повидайся с Марко, — везде говорили ему. — Марко единственный, у кого остались контракты на поставку горнодобывающего оборудования после банкротства „Лонг Рич“. Марко имеет дело с „ПДК“. Он выполняет поставки для Компании на шахты Тренчераса. Марко сейчас в баре с нулевой гравитацией в центре базы. Называется „Байя“. У него какие-то дела с мутантами».
«Ладно, —
«Лонг Рич» была охвачена процессом разрушения, запутавшись в кредиторах, налогах, обязательствах корпоративной ответственности, неоконченных контрактах, притязаниях на собственность. Половина директоров исчезла в неизвестном направлении, так что Флоту пришлось высылать спасательную экспедицию в помощь голодающим жителям одного из новых поселений компании. Одно было ясно — денег никто не получит.
На рынке Анжелики не было покупателей. Кроме рухнувшей «Лонг Рич», только «Биагра Экзетер» осуществляла операции в системе Анжелики, но она планировала свою политику на годы вперед, являясь независимой компанией и держа под контролем уровень цен, и не была заинтересована в отдельных контрактах, даже очень прибыльных.
Юби пока не предъявлял иск Дигу Энджелу, поскольку это означало бы публично объявить о своих трудностях, и все на базе узнали бы, что «Беглец» в беде и может быть конфискован за долги. Поэтому Мария отправилась немного подзаработать в казино, а Юби двинулся в сторону центра.
Он не хотел иметь никаких дел с Марко. Юби предпочел бы такого же, как он, пилота, которому доверял бы и испытывал симпатию. Или какого-нибудь парня из Внешнего Города, жаждущего отхватить куш, даже в нарушение неписаных законов конкуренции. Он не верил Марко, который, с одной стороны, как пилот корабля, понимал трудности Юби, а с другой — мог спокойно воспользоваться ими, подобно жителю Внешнего Города.
Но обратиться пришлось именно к Марко. «Де Соарес Экспрессуэйз ЛТД» владела пятью звездолетами и, возможно, обладала достаточным капиталом для совершения подобных сделок. В крайнем случае, они могли обратиться к «ПДК». По пути к «Байе» Юби проглотил несколько капсул «Восьмого Красного» — усилителя нервной проводимости. На всякий случай, не очень веря в его эффективность. Он всегда считал, что если у кого-то кишка тонка, то не поможет никакая химия.
— Возможно, мы окажемся полезны друг другу, — сказал Юби, пристегивая себя к стулу напротив старика. — Я бы хотел поговорить.
Марко наклонил голову. Бледно-розовые блики пробегали по его белым волосам.
— Слушаю тебя, Юби Рой.
Позади него гитарист-мутант, одной парой рук держащийся за поручни, а другой парой игравший на инструменте, с такой силой брал каждую ноту, как будто она несла персональную ответственность за его неудавшуюся жизнь. Мелодия напоминала марш, вопрос состоял в том, куда приведет этот странный ряд аккордов.
Юби посмотрел прямо в желтые глаза Марко.
— У вас контракт с «Семью Системами», — сказал он. — А у меня есть кое-что из оборудования Дига Энджела. Я хотел бы погасить часть его долгов. Могу уступить вам этот груз для перепродажи.
Старик фыркнул. Юби увидел, как на верхней губе Марко блеснула зеленая
Марко посмотрел на Юби.
— А почему бы тебе самому не продать их «Семи Системам»?
— Я собираюсь подписать контракт на доставку медикаментов с Чайна Лайт на Сальвадор и Асценсьон. На Чайна Лайт не нужно горнорудное оборудование. Я не намерен платить за хранение или отказываться от контракта, чтобы доставить груз на Чайна Лайт, когда я могу продать его вам.
Все это было ложью, хотя Юби надеялся, что Марко не знает наверняка. Правда заключалась в том, что он получил ссуду от «Отто-Банка» в результате того, что Мария сумела проникнуть в их компьютерную сеть. Ссуду нужно возвращать меньше чем через неделю, и единственным способом избежать этого было повторное проникновение в компьютер банка, а это удваивало вероятность того, что подлог будет обнаружен.
Если Юби не сможет продать груз, то будет не в состоянии оплатить налоги и ремонт здесь, на базе Эйнджел. Правительство Сообщества проводило политику постоянного повышения цен.
Юби холодно взглянул в морщинистое лицо Марко и сделал свой самый сильный ход.
— Кроме того, — сказал он, — я слышал, что у вас контракт с «ПДК» и «Семью Системами». Я не знаю ваших взаимоотношений с ними, но «ПДК» может пересмотреть соглашение, если я продам им оборудование напрямую и они поймут, что могут найти здесь другого поставщика.
Музыка оборвалась громким треском ударных и гитарными арпеджио. Мутанты в восторге зааплодировали всеми своими конечностями.
Выражение лица Марко не изменилось, но он опустил руку, достал флакон с нейростимулятором и втянул его каждой ноздрей. Это означало, что он усиленно размышляет.
Сохраняя бесстрастное выражение лица, Юби внутренне улыбался.
Фильм назывался «Возрождение» и был снят на планете, где люди говорили на китайском языке, но снабжен субтитрами на меланге и новыми иероглифами для тех, кто говорил на других азиатских наречиях.
Юби был доволен, что не мог слышать речь персонажей. Фильм широко рекламировали, и история, рассказанная в нем, якобы основывалась на реальных фактах. В ней говорилось о пилотах межзвездных кораблей, которые из-за своей безответственности и легкомыслия потеряли все, и о том, как несколько самых удачливых из них смогли справиться с трудностями и получить выгодную работу с помощью жителей одной из планет.
В фильме не объяснялось, каким образом главные герои лишились средств к существованию. Ничего не говорилось и о том, что обитатели большинства планет проголосовали за правительства, поддержавшие политику Сообщества, которая и привела к разрушению жизненного уклада свободных торговцев.
Тот, кто снимал фильм, вероятно, никогда в жизни не встречался с пилотом-подпространственником и вообще не покидал своей планеты. Жизнь экипажей звездолетов рисовалась в искаженном виде, наполненная наркотическим безумием и жестокостью, хотя среди всего этого упадка и попалось несколько молодых людей с чистой душой, стремящихся к лучшей жизни.