Коралайн
Шрифт:
Она допила чай.
– Хочешь, я погадаю по листьям? – предложила ей мисс Свинк.
– Простите? – не поняла Коралайн.
– По чайным листьям, дорогая. Я погадаю на твое будущее.
Коралайн передала чашку мисс Свинк. Та близоруко вгляделась в черные чаинки на дне и поджала губы.
– Знаешь, Кэролайн, – сказала она немного погодя. – Ты в страшной опасности.
Мисс Форсибл фыркнула и отложила вязание.
– Не глупи, Эйприл! Прекрати стращать ребенка. Ты плохо
Коралайн отдала чашку мисс Форсибл. Мисс Форсибл внимательно вгляделась в чаинки, покачала головой и посмотрела еще раз.
– Бог мой! – сказала она. – Ты была права, Эйприл. Она в опасности.
– Вот видишь, Мириам! – торжествуя, воскликнула мисс Свинк. – Мои глаза, как всегда, верны мне.
– Так в какой я опасности? – поинтересовалась Коралайн.
Мисс Свинк и мисс Форсибл безучастно уставились на нее.
– Чего не знаю, того не знаю, – сказала мисс Свинк. – Чайные листья не сообщают детали. То есть не совсем. Они могут рассказать общее, но не жди подробностей.
– Что же мне тогда делать? – спросила слегка встревоженная Коралайн.
– Не одевать в гардеробной зеленого, – предложила мисс Свинк.
– Или болтать о шотландском театре, – добавила мисс Форсибл.
Коралайн подивилась, почему из знакомых ей взрослых так мало кто рассуждает здраво. Иногда ей приходилось задаваться вопросом, понимают ли они, с кем разговаривают.
– И будь очень, очень осторожна, – предупредила мисс Свинк. Она поднялась с кресла и подошла к камину. На каминной полке стоял небольшой кувшинчик; мисс Свинк сняла с него крышку и принялась вынимать разнообразные вещи. В кувшинчике отыскалась крошечная фарфоровая утка, наперсток, странного вида медная монета, две скрепки и камешек с дыркой.
Дама отдала Коралайн дырявый камень.
– А зачем он? – спросила Коралайн. Дырка зияла как раз посередине. Коралайн подняла камень и посмотрела сквозь отверстие на окно.
– Он может помочь, – объяснила мисс Свинк. – Иногда они помогают от нехороших вещей.
Коралайн одела куртку, попрощалась с обеими соседками, с их собаками и вышла на улицу.
Туман окутал дом непроницаемой пеленой. Коралайн медленно брела к лестнице, ведущей в ее квартиру, и вдруг у подножия остановилась и осмотрелась.
В дымке мир стал совсем призрачным.
«В опасности?» – подумала Коралайн. Это звучало захватывающе и не казалось чем-то плохим. Не совсем плохим.
Коралайн поднялась по ступеням, крепко сжав в кулаке свой новый камешек.
Следующий день выдался солнечным, и мама взяла Коралайн в ближайший крупный город купить школьную одежду. Папу они оставили на станции: он собирался на один
Коралайн помахала ему на прощание, и они с мамой отправились в универмаг за обновками.
Коралайн страшно понравились ярко-зеленые перчатки. Мама отказалась их взять, зато купила белые носки, темно-синие брюки, четыре серые блузки и темно-серую юбку.
– Но мам, в школе все носят серые блузки и всё такое! А вот зеленых перчаток ни у кого нет, я буду одна такая!
Мама не слушала – она обсуждала с продавцом, какой пуловер купить Коралайн. Оба сошлись на том, что лучше всего купить жутко просторный и мешковатый, в надежде, что в один прекрасный день она до него дорастет.
Коралайн оставила их и ушла к витрине с «веллингтоновскими» ботинками в форме лягушек, уток и кроликов.
Потом она вернулась.
– Коралайн? Вот ты где! Где тебя носило?
– Меня похитили инопланетяне, – ответила Коралайн. – Они пришли из открытого космоса с лучевыми пистолетами, но я их обманула, потому что надела парик и смеялась с иностранным акцентом, и поэтому мне удалось сбежать.
– Конечно, солнышко. А теперь, думаю, пора приступать к заколкам, верно?
– Нет.
– Ну, скажем, полдюжины, чтобы закалывать волосы набок, – предложила мама.
Коралайн промолчала.
В машине, когда ехали домой, она спросила:
– А что в той пустой квартире?
– Не знаю. Думаю, ничего. Наверное, как и в нашей было, пока мы в нее не переехали. Голые комнаты.
– А как ты думаешь, туда можно попасть из нашей квартиры?
– Невозможно, если, конечно, ты не умеешь ходить сквозь кирпичные стены.
– А-а.
Домой они вернулись к обеду. Несмотря на солнечную погоду, день выдался холодным. Мама заглянула в холодильник и нашла там сиротливый помидор и кусок сыра с зеленой плесенью. В хлебнице осталась одна корочка.
– Смотаюсь-ка я в магазин – куплю нам рыбных палочек или еще чего-нибудь, – сказала мама. – Идешь со мной?
– Нет, – отказалась Коралайн.
– Не скучай, – попрощалась мама и вышла. Затем вернулась, взяла забытые ключи от машины и снова ушла.
Коралайн изнывала от скуки.
Она полистала книгу, которую читала мать – о людях какой-то далекой-предалекой страны; каждый день эти люди брали кусочки белого шелка и разрисовывали их воском, а затем опускали в краску. Потом снова разрисовывали воском и красили опять. Затем выплавляли воск в горячей воде, и когда материя становилась великолепной, сжигали в огне дотла.
Коралайн эта возня показалась совершенно бессмысленной; ей оставалось надеяться, что тем людям нравилось их занятие.