Король

Райз Тиффани

– Во время сеанса с клиентом, - начал Кинсли.
– что ты делаешь перед началом игры?

– Заставляю клиента или клиентов раздеться, - ответила Ирина.

– И для чего мы это делаем?

– Это мера безопасности. Чтобы убедиться, что наши клиенты не носят оружия.

– Очень хорошо, - ответил Кингли.
– Ты можешь обыскать меня, если хочешь.

– Я бы так и сделала, но тебе бы это слишком понравилось, - поддразнила Ирина.

Когда Блейз осталась обнаженной, если не считать чулок, он взял ее запястья в правую руку и поднял их, представив Ирине как рабыню для осмотра. Он был

выше Блейз на полфута, и ей пришлось вытянуться, чтобы устоять в позе.

– Прекрасно.
– Ирина положила ладонь на грудь Блейз. Госпожа нежно ласкала ее груди, осторожно, но только поначалу. Затем она ущипнула Блейз за правый сосок, ущипнула сильно, и Блейз ахнула.
– Разверни ее.

Кингсли повернул Блейз к себе лицом, чтобы Госпожа Ирина смогла изучить ее спину. По его приказу Блейз ни с кем не играла всю прошлую неделю. Он хотел, чтобы ее тело было чистым холстом для первой сессии Ирины.

– Очень мило, - отметила Ирина.
– Красивая кожа. Она будет выглядеть еще лучше, когда я закончу. Надень на нее манжеты.

Ирина протянула ему пару кожаных манжет. Кингсли опустил руки Блейз и надел на ее запястья и лодыжки манжеты.

– Какое правило для пар?
– спросил Кингсли Ирину и развернул Блейз к ней лицом.

– Супруги могут трогать друг друга сколько угодно, - ответила Ирина.
– Они могут заняться сексом во время сессии.

– А ты?

– Доминатрикс не занимаются сексом клиентами, - сказала с улыбкой Ирина.
– Проституция запрещена законом. С и М - нет.

– Bon, - ответил Кингсли.
– Но не стесняйся довести Блейз до оргазма, если хочешь. Если она заслужит его.

– Я заслужу его, monsieur, - заметила Блейз, и Кингсли жестко шлепнул ее по попке за то, что та заговорила без разрешения.

Ирина расположила Блейз на Х-образном кресте, лицом к дереву.

– Блейз, какое твое стоп-слово?
– спросил Кингсли.

– Касабланка.

Установив стоп-слово, Ирина сняла со стены флоггер из оленьей кожи. Хороший размер. Хороший вес. Хорошая ударность. Он будет болезненным как ад, как Блейз любит.

– Начинай медленно, - прошептал он ей напоминание.

Он наблюдал, как Ирина сделала успокаивающий вдох. Она встала в позицию, схватила флоггер за кончики хвоста и подняла его над головой. Кингсли кивнул ей. И затем Ирина улыбнулась широкой, глубокой, темной сексуальной улыбкой. Она могла казаться равнодушной, но он мог с уверенностью сказать, что девушка наслаждалась этой сценой так же сильно или даже больше, чем Блейз. Настоящий садист - он знал, как его распознать. Ирина опустила флоггер, и тот опустился по центру спины Блейз. Она подняла его и снова опустила, еще один удар по центру. В течение следующих нескольких минут она осыпала Блейз флоггером, ударяя им снова и снова, не слишком жестко, не слишком легко. Кожа Блейз из кремово-белой превратилась в ярко-красную. Она сменила кожу оленя на кожу угря – меньшего размера, более жесткий флоггер. Блейз ахнула и вздрогнула, когда на ее спине появились десятки крошечных рубцов. Маленький флоггер жалил более остро, и вскоре показалось, словно дюжина рук вцепилась в спину Блейз беспощадными когтями.

Пока Ирина перебирала четыре разных вида флоггеров, он наблюдал за ее работой. Она была уверенной в себе и ловкой. Слишком

легко было неправильно прицелиться и попасть связанному сабмиссиву по затылку. Но Ирина ни разу не промахнулась, и вскоре Блейз обмякла в своих узах, задыхаясь от боли и возбуждения, которое боль породила. Кингсли приказал остановиться. Он видел, что Блейз была близка к своему пределу.

– Тебе понравилась порка?
– прошептал он ей на ухо, скользя рукой по ее пылающей коже.

– Да, - ответила она с улыбкой. Ее лицо сияло от триумфа. Блейз всегда выглядела прекрасно после порки.

– Думаешь, ты заслужила оргазм?
– спросил он ее.

– Только если вы думаете так, monsieur.

– Это правильный ответ, - ответил он, и Блейз засияла. Когда она была в настроении подчиняться, ничто не делало ее счастливее, чем служить у ног доминирующего мужчины. В реальном мире, она в одиночку управляла спорной некоммерческой организацией, лоббировала интересы государства и федерального правительства и еженедельно появлялась на важных общественных мероприятиях, чтобы привлечь внимание к ее делам - сексуальной свободе и другим правам женщин. Но властная, компетентная, доминирующая Блейз исчезала в ту же секунду, как только она входила в игровую комнату. И были только «да, сэр», и «нет, сэр» и «как вам будет угодно, сэр». А теперь, что доставит ему удовольствие, так это порадовать ее, пока Ирина наблюдает и помогает.

– Я думаю, - сказал он, - что тебе нужно больше боли. Еще немного. Как считаешь?

– Думаю, вам лучше знать, monsieur.

– Но я также думаю, что ты нуждаешься в некотором удовольствии от своей боли. Что Вы думаете, Госпожа?
– спросил он.

– Я с удовольствием доставлю вам боль, - заверила Ирина, - если вы хотите доставить мне удовольствие.

– Блестящая идея.
– Он отвязал Блейз от креста и провел ее за запястье к кровати. Он уложил ее на спину, и она поморщилась, когда кожа прикоснулась к шелку.
– Я думаю о веревке? Как Вам идея, Госпожа?

– Хороший выбор, - ответила она. – Я вот о чем думаю.

Она протянула Кингсли вибратор. Он уже знал, что будет с ней делать.

– Сегодня она была очень хорошей, - заметил Кингсли.
– Верно?

– Если вы говорите, что я была хорошей, значит это правда, - ответила Блейз.

– Ты очень хороша в этом, chouchou, - ответил он и подмигнул.

Он поманил пальцем, приказывая Блейз встать. Она подчинилась и позволила ему отвести себя в центр комнаты. Он расположил ее под большим крепким металлическим крюком, свисавшим с потолка. Ирина принесла табуретку и кусок черной шелковой веревки. Она пропустила веревку через кольца на манжетах и закрепила руки Блейз над ее головой, привязывая ее запястья к крюку.

Теперь Блейз стояла связанная, руки ее были подняты над головой, и не было никакой возможности сбежать, пока он или Ирина не отвяжут ее. И они отвяжут ее. В конце концов.

Ирина встала перед Блейз и ловкими руками обвила еще один отрез веревки вокруг ее спины. В течение следующих десяти минут Ирина петляла и завязывала, петляла и завязывала, пока не сделала корсет из веревки, крепко связав грудь, торс и грудь Блейз.

Кингсли обернул руку вокруг бедер Блейз и легонько зажал клитор между большим и указательными пальцами.