Королева
Шрифт:
— Короче, все фуфыри теперь строго под расписку и в дело или ищите огнемет. Скоро буду, маякну, когда меня из «старбакса» забирать. Отбой.
Когда пыль улеглась, я поднялся на один этаж и уперся в завал, из-под которого шевелилась рука зомби. Но здесь без вариантов, от пола до потолка, как минимум два пролета рухнуло. Надо разузнать, чем современные горняки породу подрывают и где хранят излишки. А то ведь нам сейчас нужнее…
Я нашел еще одну фасадную люльку, по-быстрому загрузил ее необходимым из списка Астрид — тем, что нашел и тем, что поменьше из обведенного кружочком
Предварительно заблокировал этаж, ловя вдалеке отдаленные крики чаек. Не знаю — тактическую паузу они взяли, разгребали ли завал или искали другие проходы, но минут двадцать без нападений я получил. Бегал, таскал коробки от склада к подъемнику, словно из супермаркета вернулся и за один заход хочу освободить багажник. Туда-сюда, перетаскивая вещи, каждый раз оставляя их в зоне видимости.
По разбитию окон уже начал считать себя мастером. Связка «кольт» — покоцанный топор — тяжелая разогнанная стальная тумбочка на колесах и проход готов. А дальше несколько десятков этажей шаманства с ручным приводом, чтобы опуститься на землю.
Через три часа мы были уже дома. Я поел, отмылся и теперь дремал, отмокая в большом жестяном тазу и любуясь упругим силуэтом Фламинго на фоне заката. Амазонкам очень не понравилось, что мы уехали без них. Чуть до драки не дошло по возвращении, когда Лу пытался им что-то объяснить и оправдаться. И вот теперь я сам, как та нянька, везде ходил с двумя телохранителями.
— Андрей, мы, кажется, нашли, — ко мне подошел Дедушка Лу, потрясывая в руке тонким файликом, — Есть реальная зацепка!
— Лу, я вот все равно не пойму, как вы, будучи защитниками алмаза, не знали, где он?
— Легенды гласят, что тайное знание не должно открыться, чтобы поддавшиеся зову не смогли его выкрасть, — Дедушка Лу развел руками, как бы говоря, что это очевидно, — Глобалы, скорее всего, случайно попали в гробницу.
— Грош цена твоим легендам, — я выбрался из воды и начал вытираться, разминая гудящие мышцы, — Про сам алмаз они хоть что-то говорят?
— Говорят! — Лу приободрился, — Алмаз блокирует зов Шекхед, не дает потерять контроль…
— Ооо! А это интересно, — я задумался, вспоминая свои обращения в полу-зомби полу-берсерка, — То есть воины камаджоры могут впадать в ярость, но при этом контролировать себя, так?
— Ну можно и так сказать. Мы больше про силу духа и чистоту разума, но суть ты уловил верно. Именно и поэтому нам нужно найти алмаз. Без него мы даже подойти к ней не сможем.
— Скорее всего, он у Дугласа, — я то говорил с Лу, то размышлял сам с собой, — Учитывая игральные карты, которые вы нашли рядом со мной и мои обрывочные воспоминания в бреду, алмаз стащил чертов наемник. И где его искать?
— Я изучил документы, которые ты привез. Не только по шахтам, но и досье. У него оказывается была вилла на острове Банс.
— Это где?
— Километров двадцать отсюда, небольшой, но мрачный островок в заливе Тагрин, — при слове мрачный, Дедушка Лу, сам как-то сжался и понизил голос.
— А что с ним не так?
— История у него плохая. Остров-тюрьма и он же рынок для привезенных рабов. Пять сотен лет назад англичане там замок построили и форт, есть катакомбы, — Лу осенил себя каким-то знамением, —
— Значит, проверим сначала остров, а потом уже шахту искать, но не на ночь глядя, — в животе заурчало и по общим сигналам организма надо было еще немного отлежаться, — А что с оружием? Ты говорил, есть контакты?
— Есть! — Дедушка Лу воодушевился, — Он странный немного…но завтра сам увидишь.
Глава 15
Услышав, что мы собираемся искать торговца, к нам сбежалось пол-лагеря с просьбой либо взять их с собой, либо вручить список необходимых покупок. А когда узнали, что мы едем не какому-то оружейному барыге, а, по сути, в супермаркет, сбежалась и вторая часть.
Пока Дедушка Лу отваживал добровольцев и собирал адекватные заказы, а я пообщался с Леонидычем и оказалось, что я довольно богат. Деньги, которые мы собирали для «глобалов» остались у мчсников. А когда я появился живой и почти невредимый, парни выделили мне мою долю. Так что в магазине считать копейки перед кассой и потеть, а вдруг не хватит, мне бы не пришлось.
Дедушка Лу настаивал на минимальном количестве участников. Мол, торговец шуганный, но при этом с норовом, толпа незнакомых людей может его спугнуть, особенно в наши времена. В итоге поехали вшестером.
За руль «пираньи» уже, как обычно, уселся Вадик. К нему в кабину пробилась Астрид, которая все же убедила Лу, что ей нужно ехать. Аргументируя тем, что из небоскреба мы привезли совсем не то, что нужно, и большую часть напутали. Дедушка Лу выступал в роли проводника, а я получился этаким ВИП-клиентом благодаря двум телохранительницам. Амазонки чуть ли не костьми под броню бросились, но одного меня не отпускали. Приятно даже, а то не помню, чтобы раньше кто-то за меня так впрягался.
Дедушка Лу повез нас на другую сторону полуострова, куда-то между Годеричем и Лаккой — знакомый район по поискам райского уголка профессора Гульдберга. Но тогда я гулял по побережью, а сейчас мы забрались в промзону на окраинах, вплотную подступающих к лесному массиву национального парка.
Припарковались в тенечке двухэтажного здания с окнами без стекол, просто толстые крест-накрест глиняные профили. За домом очередной пустырь, сильно напоминавший полосу препятствий перед ЖД-музеем. Лабиринт из колючей проволоки, самодельные ежи из сваренных и заостренных конструкций. «Пиранья» бы проехала, не заметив препятствий, а живой человек просто обошел бы, но у зомби с навигацией и маневрами было туго. Несколько штук вяло трепыхались, насаженные на колья.
Пустырь заканчивался большим дырявым ржавым ангаром, залатанным стальными листами разного цвета. Правило: я его слепила, из того, что было, похоже, интернациональное. Часть дырок заделали дорожными указателями, но выглядело все крепко. Видно было темный предбанник за воротами из сетки рабицы и несколько бойниц наверху. Охраны не было, только большая голова старой видеокамеры, такой же винтажной, как и все вокруг. Из глубины постройки доносилось тихое жужжание генератора и обрывки какой-то музыки. Что-то европейское, с юга-востока — может, греческое.