Красавица

Аристова Валерия

Совершенно сбитый с толку нереальностью происходящего, он стоял посреди каюты, ни в силах сделать ни единого движения или промолвить хоть слово.

Женщина откинула вуаль, и на него смотрели два веселых сапфировых глаза. Испанцы на Доминикане не были удивлены сильнее, обнаружив у себя в Санто-Доминго флот де Мера, чем Ролан де Сен-Клер, увидев перед собой свою Красавицу за тысячи лье от того места, где ей полагалось быть.

— Ради этого выражения лица стоило переплыть океан, — рассмеялась

Диана, делая шаг к нему на встречу.

Внезапно он обрел дар речи, но слова его не были словами приветствия:

— Что вы тут делаете? — спросил он грубо, — Черт побери, где ваш муж?

Он шагнул к ней и замер, боясь, что коснется ее, и она исчезнет, как сон.

— Где мой муж? — Диана пожала плечами, — я не знаю.

— Вы здесь одна?

Она снова рассмеялась, наслаждаясь его удивлением.

— Можно сказать и так, — глаза ее вдруг потемнели и она отвернулась, — лучше вы, чем ревнивец.

Она замолчала, потом протянула ему руку.

— Отличный комплимент, — поморщился он, но руку ее сжал и поднес к губам.

— Ну, уж какой есть.

— Савуар знает, что вы поехали ко мне?

Диана в недоумении подняла брови:

— Мне кажется, шок был слишком силен, и Ролан де Сен-Клер лишился разума. Конечно же нет. Зачем бы мне было оповещать его о своем месте пребывания, если я не желаю видеть его?

Он внимательно посмотрел на нее.

— Что случилось, Диана?

Он все еще держал ее за руку. Диана вдруг резко вырвала руку и пошла к двери.

— Мне не стоило приезжать, — сказала она, оборачиваясь, — мне не стоило подниматься на ваш корабль.

Он бросился за ней.

— Вы не хотите рассказать мне, что произошло?

— Я убедилась, что вы были правы и что мне не стоит выхоодить замуж за Анри де Савуара, — выпалила она, — но я не хотела бы это обсуждать!

— Хорошо, — он поймал ее за руки и потянул обратно в каюту, испытав невероятный восторг просто от того, что руки ее оказались в его руках. Он усадил ее в мягкое кресло, — так вы... не замужем?

— Нет, — сказала она.

— Но почему? — почти прошптал он, не веря собственному счастью.

— Вы обещали не спрашивать.

— Но я все же спрошу.

Диана попыталась встать, но Ролан стоял за спинкой кресла и удержал ее за плечи. Она откинула голову.

— Не захотела.

Он

вспыхнул. В глахах помутилось, он прижал к лицу ее руку, боясь, что все это сон, и она исчезнет, как только наступит рассвет.

Не важно, что произошло в Париже. Он еще узнает об этом. Весь его мир заиграл красками в тот миг, когда Диана откинула вуаль и посмотрела на него своими прекрасными глазами, в которых прыгали бесенята. Теперь мир Карибского моря снова обрел свою душу. Он обошел вокруг кресла и опустился на колени у ее ног.

— Диана, я очень рад вас видеть, — сказал он, — должен признать, что соскучился по нашим перепалкам.

Она протянула ему руку, почувствовала, насколько же счастлива видеть его. Он часто бывает невыносим, язвителен и зол, иногда она его боится. Но она была счастлива просто смотреть на него, видеть улыбку на его лице. Ей было достаточно этого. Просто быть рядом....

...

Ролан де Сен-Клер давно не верил в чудеса. Но явление Дианы на его корабле полностью перевернуло его мир. Если до этого он прибывал в достаточно мрачном настроении, то с тех пор, как она вошла в дверь его каюты, засияв в свете солнца и осветив собою все вокруг, он испытывал нечто вроде религиозного экстаза. Он не мог поверить в то, что она на самом деле где-то рядом. Стоя ночью у борта “Принцессы”, он смотрел на огни губернаторского дома, зная, что его Диана сейчас крепко спит в одной из комнат. А вокруг сияли звезды.

Забыв все дела, Ролан весь следующий день посвятил Диане. Он сопровождал ее на обед к губернатору, где по его сияющему виду все три девицы быстро поняли, что им придется забыть о счастье стать женой адмирала. За один день он изменился почти до неузнаваемости. И хотя его поведение было идеальным, но привычно язвительный и мрачный, он неожиданно для всех оказался весьма забавным и снисходительным собеседником. Зная его уже несколько лет, девушки всегда видели его другим человеком, и только сейчас, когда он вошел, сопровождая Диану дАжени, они узнали его вторую сторону.

Воодушевление? Экстаз? Как называлось то чувство, которое заставляло сиять его лицо? Все три сестры не сомневались: адмирал пал жертвой чар красавицы Дианы. Когда же он сообщил, что будет иметь честь сопровождать мадам дАжени на Кубу, им стало очевидно, что последние шансы заполучить его в мужья растворились в ее синих глазах.

Диана была сдержанна и слишком спокойна. Она все больше молчала, лицо ее было сосредоточено, и она старалась на Ролана не смотреть, даже если он обращался конкретно к ней. Задумчивая и тихая, она не участвовала в общей беседе, хотя при необходимости отвечала впопад.

— Я очень счастлива, что вернулась сюда, — наконец сказала она, когда губернатор встал из за стола и проводил дам в парк, — наверное, мне не надо было уезжать.

Зажгли фонарики, и Ролан мог смотреть на блики света, которые отражались на лице его Дианы. Его раздражали люди, которые мешали остаться с ней наедине. Но Диана не желала уходить от своих подруг, а ее желания были для него законом. Позже он вынужден был покинуть ее, но счастье переполняло его сердце даже теперь, когда он просто смотрел на дом, где она спит.