Красный бархат
Шрифт:
Мужчина не выдерживает и притягивает меня к себе.
— Ничего серьёзного, птичка, просто у уже давно пустующего этажа здесь появился арендатор.
— И? Он плюнул тебе под ноги или сбросил мешок с мусором на твою машину?
— Это Глеб.
Верните обратно мои пирожки, если ещё не успели опустошить пакет. Я начиню их крысиным ядом и предложу Серебрянскому.
Глава тридцать шестая. Кира
За меня никогда не дрались. Я сама —
Колотила их тогда как в последний раз.
Родителей даже в школу вызывали. Мать дома, конечно, пожурила и наказала больше так не делать, пока я фыркала на фразу «ты же девочка», а вот отец из-за её спины показывал большие пальцы.
Руслан только улыбался, когда я пыталась его ругать за такую несдержанность. Мужчина прекрасно понимал, что в душе мне очень приятно. Особенно тепло на душе стало, когда я услышала о состоянии Глеба. По словам Руса досталось его оппоненту знатно, а от меня требовался лишь поцелуй для моего верного рыцаря.
— Спасибо тебе, — шепнула в губы и мягко прижалась своими, перебирая пальцами пряди волос на затылке мужчины.
— Птичка, за такое не благодарят, — ладонь Руса приятно поглаживала талию через слой ткани, а я уже готова была заурчать кошкой от такого простого касания.
— Я не привыкла.
За меня заступался отец и брат. Тоша вообще как-то серьезно разговаривал с одним товарищем в университете, которого мама с папой не научили слышать отказы. Он был безобидным, но крайне неприятным: караулил меня везде, написывал сообщения с кучей сердечек с разных страниц, которые я сразу заносила в черный список, доставал моих подруг расспросами о вкусах своей возлюбленной — мне часто жаловались.
В какой-то момент невозможно стало продолжать терпеть такой объем назойливого внимания, я попросила брата припугнуть этого товарища, для начала на словах. Отстал моментально. Собственное здоровье оказалось важнее нежных чувств.
Руслан же пробудил во мне что-то животное. На уровне инстинктов хотелось льнуть к сильному мужчине, так что даже приятная горячая волна пронеслась по телу. От мужчины это не укрылось, Рус прижал меня плотнее к своему телу и опалил шею своим дыханием, зацепив мочку зубами, прижавшись к нежной коже возле неё.
— Здесь есть укромные места? Мне недостаточно одного поцелуя, — мужчина продолжил напирать, опуская руки с талии на ягодицы, сжимая пальцы, пока я соображала, в какой тёмный угол можно его затащить.
Моё тело тянулось к его рукам и было совершенно плевать, что мы здесь не одни. Я постараюсь быть очень тихой.
— На противоположном конце есть небольшое подсобное помещение, там уже установлена дверь, — выдохнула в губы, игриво прикусывая нижнюю.
Тут же отстранилась и выкрутилась из мужских объятий, скидывая руки Руслана. Мы были спрятаны от лишних глаз, но все равно ощущение публичного места обостряло желание. Медленно подняла край тонкой толстовки, дразня
— Маленькая стерва, — улыбка на губах превратилась в хищную, а сам мужчина напрягся, резко дёрнув меня на себя. — Показывай немедленно свою комнату, иначе я разложу тебя прямо здесь.
Я просто не в силах была ослушаться.
Когда дверь за нами захлопнулась, а до ушей донёсся резкий звук щелчка блокировки замка, я оказалась прижата лицом к стене, а Руслан уже запустил руку под толстовку и сжал ладонью грудь, грубо вжимаясь твёрдым членом — я чувствовала это даже сквозь одежду — в ягодицы.
Губы легли на шею, а руки жадно шарили по моему телу, стаскивая мягкие спортивные джоггеры. Мужчина тут же отвесил болезненный шлепок, зажав мне рот ладонью, заглушая протяжный стон от обжигающего удара.
— Ни звука. Будь хорошей девочкой.
Руслан заставил меня прижать ладони к стене на уровне лица, спустил бельё под ягодицы и расправился со своей молнией, заполняя меня одним грубым жёстким толчком до предела.
Я не могу ни вдохнуть, ни выдохнуть, когда мужчина сразу срывается на быстрые рывки — кусаю губы и прижимаю язык к пульсирующим следам на них. Движения смазываются с монотонности, Руслан сбивается, пытаясь толкнуться глубже, надавливая ладонью на поясницу, сильнее прогибая меня.
Не могу перестать царапать стену, когда член вбивается в меня с такой силой, что я лишь хватаю губами воздух, отдавшись во власть этого ненасытного мужчины.
Пошлые звуки его бьющихся бёдер о мои заполняют маленькое помещение, Руслан рычит мне на ухо и натягивает волосы на кулак, когда я нарочно сильнее сжимаю внутри твёрдую плоть.
Ещё немного — и мужчина мог бы передавить в сторону неприятной боли. Только он держит всё под контролем. Входит под новым углом и я не могу сдержать острый стон горячего наслаждения.
Руслан с каждым толчком задевает что-то определённое внутри, я едва могу держаться на дрожащих ногах. Я хочу его каждой клеточке трепещущего тела: мне не страшно, когда он срывается на глухое рычание мне в волосы и сжимает бедро до боли.
Клеймит.
Оставляет новые следы своими пальцами и раздирает зубами шею, зализывая наливающиеся следы. Сильнее завожусь от его несдержанной агрессии, сама подаюсь бедрами навстречу мощным рывкам, принимая глубже, но через несколько движений Руслан буквально вдавливает меня в стену.
— Не шевелись, птичка. Просто, блять, не двигайся, — мужчина тяжело дышит, замирая глубоко во мне, упираясь кулаком в стену.
— Что такое..? Руслан, пожалуйста… — получается только стонать и извиваться, плотнее обхватывая внутри твёрдый член.
Глава тридцать седьмая. Кира
— Не хочу сделать тебе слишком больно, — я чувствую, что мужчина едва сдерживается, поэтому продолжаю ерзать и дразнить его быстрыми сокращениями внутренних мышц.