Крестоносец
Шрифт:
Дальше дело обстояло уже намного лучше - начался лагерь профессиональных солдат и наёмников. Сам лагерь по периметру окружали обозные повозки, тщательно закреплённые на местах, вдоль них, что снаружи, что внутри, ходили достаточно частые патрули. Стоявшие на одном из входов в лагерь патрульные внимательно окинули взглядом Александра с оруженосцами, но ничего не сказали, когда они проехали внутрь. Правильно, благородных себе дороже задирать, а диверсанты себе такие оружие и броню позволить не могли...
Сам лагерь производил совершенно другое впечатление. Солдаты расставили павильоны - огромные шатры или палатки, каждый
Воины здесь напоминали солдат - некоторые в кольчугах, кое-кто даже накопил на дорогую рыцарскую - двойного или тройного плетения, в пехотных шлемах с широкими металлическими полями, с хорошими копьями, топорами и кинжалами. Все тепло и качественно одеты, в общем, настоящие псы войны. Парень заметил несколько арбалетчиков и профессиональных лучников. Да, на эту пехоту уже можно было положиться в бою...
Александр подъехал ко входу в третье кольцо лагеря - для рыцарей с оруженосцами. На входе стоял патруль из гвардейцев графа, рыцарь тут же встал в проходе, намекая, что без разговора дальше пути не будет. По периметру так же ходили патрули - внешнему простые солдаты, внутреннему гвардейцы. Удивительно, какое влияние граф имел на своих рыцарей - немногие могли похвастаться такими шишками в патрулях и охране...
Вздохнув, Александр спешился.
– Рыцарь Александр с оруженосцами для присоединения к крестовому воинству, - вежливо склонил голову парень.
– Барон Филипп из гвардии графа Раймунда, - так же вежливо склонил голову в ответ старший, - проходите, рыцарь.
Хм. Легче, чем думал Александр... Ещё раз склонив голову, парень вскочил в седло и проехал внутрь.
После относительно ухоженных палаток солдат начинались богатые рыцарские шатры - кое-кто даже позволял себе шёлковую ткань... Здесь патрули уже состояли исключительно из гвардейцев графа - судя по всему, пару сотен он всё же решил взять с собой. Вряд ли у него был отбой от добровольцев - за свою жизнь Раймунд заслужил имя сильного, властного, но честного правителя, и врагов среди вассалов у него было мало. Да и те вели себя как можно тише, дабы лишний раз о себе не напоминать.
В центре выгребных ям и порядка среднего "солдатского" кольца не наблюдалось - рыцари ставили свои шатры там, где считали нужным. Что приводило к изрядной путанице, но рыцари есть рыцари... К счастью, отсутствовали и кучи человеческого дерьма - всё выносилось специально нанятой прислугой за периметр лагеря. Хотя, скорее всего, сваливалось в кучи на окраинах рядом с ополчением.
К счастью, хотя бы дождей пока не было - иначе пришлось бы пробираться в грязи. А потом отмывать снаряжение и коня... Можно, конечно, было и оставить это дело для оруженосцев, но отец всегда учил Александра следить за своим самостоятельно. Парень, словно опасаясь ухудшения погоды, глянул на небо - нет, всё так же ни облачка...
– Рыцарь, не соблаговолите ли вы...
– послышался голос снизу.
Александр,
Александр снова спешился и склонил голову.
– Я рыцарь крестового воинства Александр, прибыл для дальнейшего перехода в Клермон. Со мной два моих оруженосца...
– сначала он хотел назвать их имена, но кому, по сути, какая разница?
– Да, точно...
– нахмурился офицер, - папский легат хотел с вами встретиться...
– Папский легат?
– удивился Александр.
– Отец Адемар.
Александр услышал, как у него за спиной присвистнул Бернард.
– И где найти его шатёр?
– спросил парень.
– Вы почти вышли, проходите прямо туда, - указал рукой рыцарь, - там заметите папскую гвардию, не ошибётесь. Как раз напротив стоит шатёр графа, так что сложно пройти мимо.
– Спасибо, - снова склонил голову Александр и запрыгнул в седло.
Ещё раз раскланявшись с патрулём, он пришпорил коня и направил его в том направлении, которое показал рыцарь.
– Ты смотри, а...
– вновь раздался голос Бернарда из-за спины.
– И не говори...
– ответил Александр.
– Почему на входе не сказали, интересно...
– подал голос Этьен.
– Забыл, не знал, не думал... Мало ли причин может быть, это же рыцарь, - проворчал Бернард.
Надо же, его заприметил сам папский легат... Где-то в глубине души подняла голову гордость - если его выделил сам легат, значит, Александр был далеко не простым рыцарем. Значит, он был ценен для крестового похода и для господа. Что не могло не радовать. И не вызывать гордости. Однако, для вида перед богом, Александр всё же давил в себе подобные мысли. Грех ведь, как-никак, притом один из самых тяжких. Получалось, однако, не очень успешно.
Вот показался шатёр графа со штандартом у входа, напротив действительно стоял белый шатёр отца... Ах да, папского легата Адемара. Шёлковый, весь прошитый золотой и серебряной нитью, над куполом блистал достаточно массивный золотой же крест, да ещё и в драгоценных камнях. Насколько же сильно этот шатёр контрастировал с графским - из простой белёной ткани, только штандарт был выполнен из шёлка и пошит дорогой нитью, так Александр не сразу отличил бы его от простых солдатских павильонов... Вокруг стояли папские гвардейцы - молчаливые, с тяжёлым взглядом, словно готовые вот-вот заколоть проезжающих рядом всадников только за то, что они косо глянули на обитель святого отца... Объехав шатёр, Александр заметил полог входа.
– Так, Бернард, ты за главного, - сказал, спешиваясь, Александр.
– На кой ты ему, как думаешь?
– спросил в ответ Бернард.
– Не знаю... Я думал, он обо мне уже забыл... Может, что стоящее предложит?
– Минуй нас пуще всех печалей... Да... Ну, давай, мы ждём тебя здесь.
Александр, кивнув в ответ, направился ко входу в шатёр. С каждым его шагом охрана всё пристальнее вглядывалась в парня. Такое чувство, будто они видели на его месте бешеного язычника с окровавленной секирой, жаждавшего расправиться с легатом. По крайней мере, именно так Александр бы смотрел на подобного рода язычника...