Кристалл
Шрифт:
Мой оппонент замешкался на мгновение, смущенный новой, невиданной техникой, затем пустился в погоню. Его положение было хуже моего – он не умел крутить свои палочки на бегу, я же не позволял ему приблизиться. Больше всего это походило на виденную мною однажды сцену «ворона против собаки». Наглая ворона садилась на землю метрах в пяти от афганской борзой, и та азартно бросалась в атаку. В последний момент ворона отлетала еще на пять метров, причем в сторону, так что взять разгон по прямой собаке не удавалось… Помню также,
Сказать, что Илиси злился, было бы преувеличением. Все-таки, он был профессиональным бойцом. Однако он был выведен из равновесия, это точно. Противник бегал вокруг него кругами, не позволяя подойти на дистанцию боя… Я очень надеялся, что ему надоест беготня, и он попытается метнуть в меня свой цеп, но он не был настолько самонадеян. Я же не хотел его калечить, а иного пути просто не было – если он не метнет цеп, я должен метнуть кинжал.
В конце концов, я так и поступил – подпустив Илиси слишком близко, я «осознал» свою ошибку и развернулся, чтобы побежать. Мой противник с ревом прыгнул вперед, и когда его правая ступня коснулась земли, в нее вонзился мой кинжал. Затем я отобрал у него цеп – это было уже несложно.
– Ты победил, – произнес Илиси, глядя на меня со странным выражением, – но это была грязная победа.
– У меня не ыло другого выхода, – извиняясь сказал я. – Ты перемолол бы мне все кости, подпусти я тебя чуть ближе.
– Точно! – признал мой противник после непродолжительного размышления, и захохотал, не обращая внимания на озадаченного лекаря, который вытаскивал из раны мое оружие.
– Со мной живет эльфийка, – сказал я. – Она хороший лекарь. Заходи сегодня вечером, это гостиница «Бронзовый Кулак». Может быть, тебе тогда не придется хромать весь остаток жизни. Она прекрасно разбирается в медицине.
– Я зайду, – кивнул Илиси.
Он зашел и, на беду, подсмотрел кусочек нашей с Роджером тренировки. С тех пор он заходил каждый день, под разными предлогами, и в конце концов, похоже, подружился с Тиал. Я вздохнул бы с облегчением, стань эта дружба по-настоящему крепкой – эльфийка безусловно, нуждалась в защите, если мы с Джейн найдем дорогу домой.
Прошло три дня, прежде, чем были отобраны десять человек – я и Роджер в их числе. Принцесса не теряла даром времени – мы выступили тотчас же, едва успев собрать вещи. За все это время я видел ее дважды – девочка лет тринадцати, в золотом кимоно, если, конечно, эту штуку можно было назвать кимоно. Что этому ребенку было делать на переговорах, я не представлял. Теперь мы тряслись по грунтовой дороге, ведущей из Иситрара в Лоас-А-Тур, карета принцессы, двадцать постоянных телохранителей, десять новых – то есть мы; свита, состоящая из десятка вельмож, и слуги.
Путь наш лежал вдоль границы с Тимманом, в обход горы Карисонди, в направлении тех самых джунглей, по другую сторону которых находилась Аталета.
Посвятив в свои сомнения одного из постоянных телохранителей принцессы, я убедился, что он придерживается того же мнения. Поделать, однако, он ничего не мог – маршрут для принцессы выбирал Ор Сис, начальник охраны, рядовые же воины не имели в этом процессе никакого права голоса. Возможно, по ту сторону гор обнаружились отряды врага или просто банда грабителей.
Были у меня и сомнения насчет самого мероприятия. Объявив на весь Иситрар, что принцесса собирается в путь, мы практически обращались к тимманцам с предложением организовать засаду. Не самый умный подход. Однако у телохранителя на этот счет были другие взгляды. Они – народ воинов. Если кто-то хочет напасть на караван – пусть. Они будут драться. Прятаться же за дымовую завесу секретов – недостойно воина. Пусть так поступают жители Джиувери, говорят, они месяц держали в засаде целую армию, чтобы подготовить сюрприз гоблинам, когда те сунутся в гости. Тот факт, что подобная стратегия обеспечила Джиувери самую блестящую победу за всю историю Кристалла, нимало не трогал моего собеседника.
Джейн, Тиал, Жанна и Кирк ехали следом, иногда общаясь со слугами из обоза, но к нам не приближаясь.
Первые два дня мы ехали порознь – я и Роджер. Причина заключалась в том, что к каждому из нас, новичков, приставили ветерана-охранника, который должен был объяснить особенности здешней караульной службы. Больше всего меня поразил тот факт, что в случае, если пленение принцессы было неизбежно, ее следовало убить – самим охранникам.
– Но это же ваша принцесса! – изумился я.
– В плену она будет оружием против нас.
– Неужели – настолько грозным оружием? Она – ребенок…
– Она знает план защитных сооружений, пароли, тактику… Что может быть хуже?
Я согласился. Убить – так убить, хотя я лично не собирался этого делать. Затем, через два дня, когда стало ясно, что я все понял и усвоил, мы с Роджером получили возможность наслаждаться общением друг с другом. Тренировки возобновились.
На засаду мы напоролись к вечеру третьего дня, когда подножье гор Карисонди почти что остались позади, и до Лоас-А-Тура осталось не более дня пути. Человек сто, в непривычного вида кожаных доспехах, выскочили из-за камней, и начался бой. Больше всего они походили на «плохих» из дешевого детского телесериала. Первое, что я сделал – слез с лошади. Если ехать на ней шагом я кое-как еще умел, то сражаться – увольте. Краем глаза я заметил, что Роджер поступил так же.