Крылья
Шрифт:
Кейси оттолкнулась от раковины.
– Что ж, посмотрим, – сказала она и вышла из комнаты.
Кейси заняла свое кресло. К ней подошел звукооператор и укрепил радиомикрофон на поясе ее юбки.
– Скажите несколько слов, – попросил он. – Мне нужно установить уровень записи.
– Проверка, проверка, – сказала Кейси. – Я ужасно устала.
– Достаточно. Спасибо.
Кейси увидела Ричмана, который проскользнул в комнату и привалился спиной к дальней стене. На его губах играла чуть заметная улыбка, лицо казалось безмятежным. Он был совершенно уверен
Рирдон уселся в кресло напротив, повел плечами, поправил галстук и улыбнулся.
– Здесь жарко, вы не находите? – Он посмотрел на часы. – Мы уже почти закончили.
К Рирдону приблизилась Мэлоун и что-то зашептала ему на ухо. Это продолжалось довольно долго, потом Рирдон спросил: «Неужели?», и его брови поползли вверх. Он несколько раз кивнул, наконец сказал: «Все ясно», – и принялся разбирать бумаги из пакета, лежавшего перед ним на столе.
– Ребята, вы готовы? – спросила Мэлоун.
– Первая камера готова.
– Вторая камера готова.
– Звук готов.
– Пускайте запись, – скомандовала она. «Ну вот, начинается», – подумала Кейси. Она глубоко вздохнула, выжидательно глядя на Рирдона.
Рирдон улыбнулся:
– Вы один из руководителей «Нортон Эйркрафт».
– Да.
– Работаете здесь пять лет.
– Да.
– Вы доверенный, высокопоставленный служащий компании.
Кейси кивнула. Если бы он знал…
– Самолет, выполнявший рейс «Транс-Пасифик» номер 545, потерпел аварию. Вы считаете этот самолет безупречным и надежным.
– Совершенно верно.
– И тем не менее погибли три человека и более пятидесяти получили ранения.
– Да.
– Мы все видели запись, снятую во время инцидента. Ужасные кадры. Ваша следственная комиссия работает дни напролет, и вот наконец нам стало известно, что вы нашли причину аварии.
– Да, – ответила Кейси.
– Вы выяснили, что произошло на борту самолета.
Осторожно.
Отныне нужно было действовать с крайней осторожностью. Кейси не знала всей правды; у нее были лишь серьезные подозрения. Ей еще предстояло собрать кусочки мозаики, убедиться в том, что события происходили в определенном порядке, образуя цепочку причинно-следственных связей. Она ничего не знала наверняка.
– Мы близки к разгадке, – сказала она.
– Нет смысла повторять, что мы ждем с нетерпением.
– Результаты расследования будут объявлены завтра.
За стойками юпитеров она увидела испуганное лицо Ричмана. Он не ожидал такого поворота. Он пытался понять, что происходит.
Пускай пошевелит мозгами.
Рирдон повернул голову, и Мэлоун зашептала ему на ухо. Рирдон кивнул и вновь обратился к Кейси:
– Мисс Синглтон, если вы знаете причину, какой смысл откладывать?
– Потому что, как вы и сказали, это очень серьезное происшествие. Вокруг него нагромождено множество ничем не подкрепленных спекуляций и слухов из различных источников. Компания «Нортон Эйркрафт» намерена действовать со всей ответственностью. Прежде чем заявлять что-либо публично, мы должны подтвердить свои предположения летными испытаниями, в которых будет участвовать лайнер, потерпевший аварию.
– Когда начнутся эти испытания?
– Завтра утром.
– Ага. –
У Кейси был заранее готов ответ.
– Мы назначили летные испытания на пять утра, – сказала она. – Сразу по их окончании мы дадим пресс-конференцию – завтра в полдень.
– В полдень, – повторил Рирдон.
Его лицо превратилось в непроницаемую маску, но Кейси знала, что он лихорадочно размышляет. Полдень в Лос-Анджелесе – это четыре часа дня в Нью-Йорке. Вполне достаточно времени, чтобы подготовить вечерние выпуски новостей в обоих городах. Предварительные результаты расследования будут широко освещаться как местными, так и федеральными каналами. А передача «Ньюслайн», назначенная на десять вечера субботы, выйдет с опозданием. Репортаж, смонтированный накануне вечером, безнадежно устареет. Может случиться и так, что результаты расследования не оставят от сюжета камня на камне.
Рирдон вздохнул.
– С другой стороны, мы не хотели бы оказаться несправедливыми по отношению к вашей компании, – сказал он.
– Естественно, – отозвалась Кейси.
– Плевать на нее, – сказал Мардер Ричману. – Что бы она ни делала, сейчас это не имеет никакого значения.
– Но если она назначила летные испытания…
– Кому какое дело? – перебил Мардер.
– По-моему, она собралась пригласить съемочную группу.
– Что из того? Испытания лишь усугубят ее положение. Синглтон не имеет ни малейшего понятия о причинах аварии. И ничего не поймет, даже если поднимет самолет в воздух. Вряд ли им удастся воспроизвести ход событий. Вдобавок могут случиться самые неожиданные вещи.
– Например?
– Самолет подвергся тяжелым перегрузкам, – объяснил Мардер. – В его силовых элементах могли возникнуть повреждения, оставшиеся незамеченными. Когда такая машина поднимается в воздух, может случиться все, что угодно. – Мардер пренебрежительно взмахнул рукой. – Летные испытания ничего не изменят. Репортаж «Ньюслайн» выйдет в эфир в субботу, с десяти до одиннадцати вечера. Ранним утром в субботу я сообщу членам совета директоров о том, что нам грозят скандальные разоблачения, и потребую созыва экстренного заседания в воскресенье утром. Гэл не успеет вовремя вернуться из Гонконга. Услышав о шестнадцатимиллиардной сделке, его сторонники переметнутся на нашу сторону. Все они являются держателями акций и понимают, что известие о заключении контракта принесет им немалые барыши. Я стану новым президентом компании, и никто не сможет меня остановить. Ни Гэл Эдгартон, ни тем более Кейси Синглтон.
– Ну, не знаю, – сказал Ричман. – По-моему, она что-то замышляет. Она очень умна, Джон.
– Умна, но недостаточно, – ответил Мардер.
Ассистенты упаковали камеры в чехлы, сняли с потолков панели из пенистого пластика, отцепили микрофоны и отключили электрооборудование. Однако переговоры продолжались. На них присутствовали Эд Фуллер, руководитель юридического отдела «Нортона», Тедди Роули, летчик-испытатель, и два инженера отдела летных испытаний, которых пригласили, чтобы разъяснять технические подробности.