Крысолов

Тропов Иван

Только проверять это придется уже своей головой. И чтобы боевой запал не пропал, надо поставить кофейку. А то уже рассвет скоро…

* * *

Когда кофе перекипел и убежал в пятый раз, Стас перетащил электроплитку из кухонного закутка в “комнату”, к единственному на весь фургончик нормальному столу. К планшетке.

Чтобы, не отрываясь, краем глаза видеть, когда кофе начнет закипать. Смешно: топтаться на клавиатуре вслепую привык, а помнить о времени, копаясь в сети, так и не научился. Увлекаешься, и такая мелочь,

как поставленная на плиту турка с кофе, вылетает из головы напрочь. Наверно, надо бы все же научиться не нырять в сеть с головой. Но сейчас слишком серьезный повод, чтобы начинать обучаться сдержанности.

Серый продремался после ночной трапезы и так и лез заглянуть из-за спины, чем это там занимаются. Сопел над ухом.

– Ну чего прилез? – Стас дернул плечом. – Отвяжись…

Но шерстяной не отставал. Забравшись на спинку стула, дышал в ухо и заглядывал на экран.

Вот ведь привязался! Ладно бы понимал чего, а то ведь просто любопытный. Родственник предков, блин…

– Уйди, не дыши в ухо! Или ты читать умеешь?

– Гырыга!

– А в лоб?

Серый обиженно засопел, показал свои здоровенные зубы – но промолчал. Впрочем, со спинки стула тоже не слез. Так и висел над душой.

Стас потянулся, хрустнув суставами. Потер лицо, глаза-Турка с кофе на конфорке перестала шипеть. Слой кофейной пены наверху был уже солидный и, кажется, начал подрагивать. Пока еще едва заметно и не часто, еще не так, словно снизу его тыркали пальцем – снимать рано. Но еще чуть-чуть, и закипит. Самое время, чтобы сбегать за чашками…

Стас прошел в кухонный закуток, нашел чашки, кинул кубики рафинада, плеснул в одну чашку на три четверти воды и вернулся к столу.

Пена в турке уже ощутимо подрагивала – и поднималась, поднималась, поднималась… Вовремя. Стас подхватил турку и разлил кофе. Размешал сахар в чашке Серого.

– Держи, любопытная Варвара.

Заскворчало.

Стас взял свою чашку. Старательно – слишком старательно, в этой-то чашке холодной воды не было, а в кипятке кубики рафинада сами прекрасно таяли – стал размешивать сахар.

Дело застопорилось.

Нет, про саму-то Бавори в сети нашлось более чем достаточно. Дамочка тридцати трех лет. На фото – брюнетка с равнодушным, каким-то мертвым лицом. Прозрачно-невзрачными не то голубыми, не то сероватыми глазами. С жестко затянутым назад хвостиком. Таким жестким, словно волосы приклеили к коже.

Характер еще хлеще. Любительница животных в самом извращенном смысле слова. Зато животные отношения любит в самом прямом… Та еще дамочка, в общем.

Сообщений на форумах полно. Не дура, начитанная, любит музыку, особенно тяжелую и даже очень тяжелую, с игрой в сатанизм.

Но изначально, так, чтобы институт сразу после школы, – такого психологического образования вроде бы нет. По крайней мере, жестко профильного. Такое ощущение, что она дрессировщик не по образованию, а по призванию. А по образованию она вроде бы медик. Что-то в районе хирургии.

Забавно, должно быть, ложиться

под наркоз и скальпель к дамочке с таким вот мертвым, равнодушным лицом и рыбьими глазами… Особенно если пальцы под стать лицу. Длинные, тонкие, с синеватыми ногтями и прохладные. И в них скальпель, ледяная полоска отточенной стали…

Бр-р-р! Стас передернул плечами. В чашке заплескался обжигающий кофе. Стас с радостью пригубил.

Но это все лирика. Суть же в том, что ниточка, похоже, оборвалась. Чистым дрессировщиком Бавори не работала. Судя по намекам и эвфемизмам, разбросанным на форумах, она работала рядышком, смежно. В группе, контрабандно переправлявшей редких животных внутрь страны. Ну и заодно перепродавала уродцев с модифицированными геномами. И на внутреннем рынке, и, кажется, даже в саму Поднебесную, за двукрылые юани.

Так что каких животных она заказала для новой фермы и кто их доставил в Пензу – черт его знает… Можно, конечно, пройтись по своим старым связям – да только это бесполезно. Если она кого-то и привезла в Пензу, то сама, по своим личным каналам, не объявляя тендеров на форумах “для понимающих”.

Никаких следов подобных запросов нет. Так что поставщиков не найти. И того, куда именно в Пензе они доставили этих животных, тоже не выяснить. Даже вида этих животных не узнать… Ни-че-го.

Так… А если взять темы, которые она обсуждала, и посмотреть, каких животных она упоминала?

Стас пригубил обжигающий кофе, поставил чашку и зашуршал клавиатурой.

Вычленим-ка слова… Вот так вот.

Н-да… Неплохой размах интересов. Видов животных под пять десятков… Ничего определенного. Кого только нет: собачьи, кошачьи, кони, гориллы, тигры, грызуны, быки… И даже змеи, вараны и прочие хладнокровные.

А что насчет частоты упоминания? Стас вгляделся в цифры. Какие-то виды реже, какие-то всего раз-два, а вот на гиппопотамах явный выброс вверх. Любит африканскую экзотику?

Нет. Вон о быках тоже много упоминаний.

Так, а если не по алфавиту группировать? А, скажем, по родам-семействам? Графически. Над плоскостью эволюционного дерева повесить частоту упоминаний… Есть!

Двухмерный купол. Прямо как с картинки учебника по статистике. Верхушка купола – над конями, быками… Тут же и гиппопотамы…

Парнокопытные. Крупные. Вот ее интерес!

Но что это дает?

– Ыпа!

Стас сморщился, но оторвался от экрана:

– Чего ыпа? Что еще не все в порядке? Еще кофе хочешь?

– Ыпа! – мрачно повторил Серый.

Наконец-то отлип от спинки стула, спрыгнул на пол. Пошел по комнате, потягиваясь и помахивая лапами. На морде не то скука, не то…

Если бы такой вид был у человека – можно было бы сказать, что человек ушел в себя. А с Серым… Хотя эта шерстяная тварюга тоже умная. Запросто может быть и у нее внутренний мир со своими мечтами и тараканами в голове.

– Извини, Серый, развлечений у меня для тебя нет… Перетерпишь недельку. Так, к делу!

Стас развернулся к планшетке.