Лабиринт
Шрифт:
– Думаю, она тревожилась за вас. У нас с ней был долгий разговор.- Он мысленно вернулся в сад, на скамейку, к встревоженной женщине, которая склонилась над вязаньем, чтобы скрыть слезы.- Она с готовностью отвечала на все мои вопросы, кроме тех, что касались вас, в частности, где вы были после того, как вышли из лабиринта. Она не могла отрицать, что вы подошли к ней только через час после этого.
– Я пошел в дом попить,- пробормотал Бен.- В этом чертовом лабиринте было ужасно жарко. Я решил попить и остыть, ну и поискать Лети. Теперь, когда я знаю, что вы верите мне и когда все кончено,
– Нет, не хочу,- покачал головой Фицбраун.- Однако она знала, что вас все еще привлекает Алитея. И она - Сара - прекрасно осознавала свой возраст, ни на минуту не забывала, что между вами тридцать лет разницы...
– Двадцать шесть,- поправил Бен.- Мне тридцать два. А Саре было пятьдесят восемь. Я всегда просил ее прекратить волноваться из-за разницы. Вы правы: она постоянно говорила об этом. Мы часто спорили, доходило до ссор. И всегда всем рассказывала, что стала бабушкой. Или заявляла, что годится мне в матери. И ставила меня в дурацкое положение. Как будто это имело какое-то значение!
– В некотором роде нет,- согласился Фицбраун.- Но когда она видела, как вы бегаете за Алитеей, разница в возрасте становилась для нее особенно болезненной, не так ли?
– Вероятно, так.
– И хотя она верила - во всяком случае, мне она так сказала - в то, что вы не способны на убийство, мысль о том, что власть Алитеи над вами все еще сильна, вызвала у нее тревогу. Если рассуждать логически, у вас были веские причины для того, чтобы избавиться от Хатли. Когда вы не пришли к ней - к вашей жене, я имею в виду,- после игры, она заволновалась. Мой вопрос, затронувший ее больное место, оказался последней соломинкой. Поняв, куда я клоню, она тут же прекратила разговор. И рассердилась. Она прогнала меня с видом герцогини, прогоняющей лакея. Между прочим, она дала много показаний в вашу защиту. Такое впечатление, будто она пыталась самой себе доказать, что вы не могли совершить это преступление. Нет. Уверен: хотя Сара и знала о вашей возобновившейся страсти к Лети, она ни секунды не верила в то, что вы убили Августина Хатли. Она просто боялась, что я - представитель полиции могу поверить в это.
Бен сел и, вытащив смятый платок, промокнул лоб.
– Значит, вы считаете, что она даже не думала, будто знает,- сказал он.- Разве это не разбивает все вашу теорию о том, кто убил ее?
– Вовсе нет,- ответил Фицбраун.- Вы забыли, что у моей теории есть другая часть.
* 12 *
– Не исключено, что она дала понять убийце, будто что-то знает,продолжил доктор.- Возможно, это получилось случайно. У убийцы нечистая совесть. Он каждую минуту ожидает, что убийство раскроют. Он видит смысл там, где его нет.
Бен вдруг тихо проговорил:
– Я хотел бы высказать одну мысль.
– Прошу.
– Вчера вечером мы ссорились, когда ехали из Мизмейза.
– Представляю.
– Но если бы она действительно считала, что именно я убил Хатли, то испугалась бы меня, побоялась бы оставаться со мной наедине. А она не испугалась. О, я помню, как она обвиняла меня в том, что я толкнул ее в фонтан,- все это
– Я не воспринял то обвинение всерьез,- сказал Фицбраун.- Если бы она верила в то, что вы пытались убить ее, она не заговорила бы об этом в присутствии свидетелей.
– Она ужасно злилась на меня,- печально повторил Бен,- потому что знала, что происходит между мной и Лети. Возможно, она подслушала нас у фонтана. Она хотела вытащить меня из всей этой путаницы. Я и сам страшно злился - не столько на нее, как вы понимаете, сколько на... о, не знаю, и не на Лети, просто на всех вокруг.
– Хорошо,- произнес Фицбраун.- Вам лучше поехать домой и разобраться в себе. Маллету я все объясню. Будьте готовы к тому, что можете понадобиться ему. У вас хватит сил, чтобы вести машину?
– У меня хватит сил на все,- пожаловался Бен.- И от этого мне только хуже. Жаль, что я не могу хлопнуться в обморок, как Лэнсон.
– Не глупите,- махнул рукой Фицбраун.
Глава 7
* 1 *
Фицбраун оставил Бена в библиотеке и вышел в холл. Алитея сидела на небольшом диванчике с высокой спинкой. Выглядела она очень сердитой.
– Вы намерены возвращаться в Мизмейз?- осведомился доктор, подходя к ней.
– Да.
– На "остине"?
– Ну уж нет - уж лучше я покончу с собой.
– Вас отвезти?
– Нет. Я уже вызвала машину. Пожалуйста, оставьте меня в покое.- Она подняла голову. В ее глазах отражалась такая яростная злоба, что доктор поежился.- Когда вы предложили мне поехать сюда с вами, я и не догадывалась, что ваша единственная цель - унизить меня перед Беном.
– Не понимаю, что вы имеете в виду,- сказал Фицбраун.
– Вы позволили ему назвать меня лгуньей. А потом продемонстрировали, что не верите в то, что я вам говорила. До того как привезти меня сюда, вы об этом даже не заикались. Думаете, я поехала бы, если бы знала?
– Алитея,- мягко проговорил Фицбраун,- вы ошибаетесь. Я не сказал, что не верю вам. Возможно, вчера вы решили, будто Бен признается вам в убийстве вашего отца. Но вы просто неправильно его поняли, вот и все.
Он не мог этого сделать. Что бы он там ни говорил - его слова имели совсем иной смысл, чем тот, что в них вложили вы. Он утверждает, что вы все выдумали.
Ее темные глаза блеснули.
– Выдумала! Разве я выдумала, что он стоял под струями фонтана и плакал как ребенок из-за того, что безумно хотел меня.
– Вероятно, нет,- пожал плечами Фицбраун,- хотя мне кажется, что не следует рассказывать об этом всем. Как бы то ни было, он не убивал вашего отца и, следовательно, не убивал свою жену.
* 2 *
Алитея намеревалась ответить, но ей помешал шум - это Хорик, одетый в пиджак и брюки, прыжками бежал вниз по лестнице.
– Лети!- выкрикнул он.- Я не знал, что ты здесь. Когда ты приехала? Почему мне никто не сказал?- Он сердито огляделся по сторонам.- Они пытаются держать меня в тюрьме. Снова вы?- обратился он к Фицбрауну.- Вы тоже участник заговора?