Лед

Дерст Сара Бет

— Простите, но…

— О, да, на ивы тоже посмотри. Заросли прибрежных ив! — Не в силах сдерживаться, он заскакал с ноги на ногу.

Он напомнил Касси рождественского эльфа, а то и самого Санта-Клауса.

— В следующий раз непременно, — улыбнулась она ему. Энтузиазм его был заразителен, и его самого было сложно не полюбить. — Я уверена, у вас отлично получается.

— Это благородное призвание. — На секунду его глаза сделались серьезными. — Именно благодаря мунаксари этот мир живет. — И он, снова заулыбавшись всем лицом, похлопал ее по руке. —

Иди, садись.

Он провел ее в пустой угол и постучал по полу своей метлой. Там, где она коснулась древесины, вспучился древесный корень и распрямился под руководством старика. Отец Лес так же легко ваял из дерева, как Медведь — из льда. Она подумала про сады Медведя… теперь разрушенные. Но ничего, скоро они вернутся домой, сказала она себе. Лесной мунаксари похлопал по стулу-корню:

— Пожалуйста, позволь покормить тебя чем-нибудь. Ты, наверное, умираешь с голоду.

Он заспешил на кухню, и именно в этот момент у нее заурчало в животе.

— Спасибо, но у меня нет времени, — отказалась она. — Вы правы. Это я насчет мунаксари. Без Медведя весь медвежий род вымрет уже в следующем поколении.

Старик встал на цыпочки и стал заглядывать на свои полки:

— Здесь, в моем лесу, у нас есть самые разные деликатесы. Свежие листья папоротника? Сердцевины сосновых шишек? — Отец Лес наполнил поднос внесезонными ягодами и листьями странной формы.

Но она твердо решила не отвлекаться от главного дела — не сейчас, когда победа была так близка. Хотя мысль о еде ее соблазняла. Она ничего не ела со вчерашнего зайца.

— Мне сказали, что вы поможете мне добраться до замка троллей.

Он открыл железную печку, и по комнате заструился аромат свежего хлеба. Желудок ее кричал от голода. Старик поднял роскошную буханку:

— Сначала отдохни. Потом мы поговорим о твоем полярном медведе.

Свежий хлеб. Она то и дело сглатывала слюну. Может, ничего страшного? Разве не легче будет спасти Медведя на сытый желудок? Насколько она знала, до замка троллей могут быть еще тысячи километров, и силы ей еще пригодятся. Чувство спешки спорило с голодом, и голод победил. Касси сняла рюкзак и прислонила его к стене. Она села на стул из корня. Он казался прочным, как обычная древесина, хотя только что появился из земли. Старик подал ей поднос и хлеб. Интересно, почему он не наколдовал еду так же, как стул. Но тут она вонзила зубы в хлеб и потеряла интерес к теоретическим вопросам.

У хлеба был медовый вкус. Он таял у нее во рту. Она проглотила буханку в три укуса.

— Как чудесно, — сказала она. Некоторые листья были с привкусом латука, некоторые слегка отдавали мятой, а другие напоминали орехи. — Спасибо вам.

Он нежно улыбнулся:

— Ты жена медведя. Мы заботимся о своих.

Она тоже улыбнулась. Сова была права. Она сказала, что Касси может на него положиться. Теперь ей не о чем было беспокоиться. Благодаря Седне, Пушистику, леммингу и осине, они с Медведем скоро окажутся дома.

— Далеко ли до замка? — спросила она, покончив с едой.

— Чаю? — отозвался старик, он постучал пальцем по корню.

Касси подвинулась: совсем рядом с ней из коры выстрелил зеленый росток. Он развернулся, и на конце его вспух бутон. Он рос и рос, и по виду уже готов был распуститься. Зеленые листочки по сторонам отвалились, и цветок раскрылся. Он был похож на тюльпан. От основания к кончикам разливался и сгущался цвет, переходя от бледно-розового к густо-красному. Она в восторге рассмеялась. Это волшебство — совсем такое же, как у Медведя. Лесной мунаксари сорвал цветок у самого цветоложа. Зеленый побег сморщился и опал пылью. Старик принес с плиты чайник, налил воды в цветок и протянул эту чашку Касси. Лепестки были теплыми и мягкими на ощупь.

— Тебе понравится, — сказал он с улыбкой. — Это особая смесь. Особо сильная — как раз для тебя.

Касси поднесла чашку к губам; пар облизнул ей нос. Она сделала глоток. У напитка был травянисто-сосновый вкус. Она ощутила спокойствие.

— И еще раз благодарю.

— Я приготовил тебе постель. Тебе нужно как следует выспаться.

Касси встряхнулась:

— Нет, нет. — Язык ее не слушался. — Я уже так близко.

Она встала, ощущая внезапную слабость в коленях. Отец Лес взял чашку из ее рук и поставил на стул. Мягко взяв ее за локоть, он повел ее к одной из дверей и сказал:

— Если тебе что-нибудь понадобится, только позови. У деревьев, знаешь ли, есть уши.

Сидя в углу, древесная девочка пронзительно захихикала. Ее смех заскрежетал у Касси в мозгу, как металлические опилки. Она затрясла головой и почувствовала, что вокруг нее все кружится.

Старик провел ее в зеленую комнату с мягкой, как пух, кроватью. Касси нахмурилась. Ей не нужно спать; ей нужен Медведь.

— Нет, не буду спать… — Слова ее звучали нечетко. Мысли в голове путались. Она смутно подумала: Это все чай. Но ведь такой милый старичок. Проснусь, увижу Медведя?

Она попыталась поднять взгляд, но ресницы были тяжелыми, точно гранит. Касси опустилась на кровать.

Он похлопал ее по руке:

— Отдыхай сегодня, дорогуша. И пожалуйста, не волнуйся. Все будет хорошо. Вот увидишь.

Поддавшись порыву, она обняла заскорузлого старика.

— Да, да, — продолжил он. — Вот увидишь.

Двадцать три

Широта 63o 54' 53'' N

Долгота 125o 24' 07'' W

Высота 1301 фут

— ОЙ, ОЙ, ОЙ.

Касси отдирала от кожи одежду — грязь и засохший пот намертво приклеили пижамные штаны к ее ногам. Это было все равно что срывать пластырь. Она поморщилась: ее тело покрывали пятна крови от тысячи царапин и синяки самых разных цветов, от фиолетового до желтого. Как очаровательно. Она включила душ, и вода заструилась из расщелины, чтобы затем устремиться в пространство между корнями на полу. Касси вздрогнула, нырнув под струю.