Легко!

Котова Елена Викторовна

– Мы ведем одно расследование… Скажите, если вы утверждаете, что она в Лондоне, а вы – ее муж, то почему в субботу утром вы не вместе?

– Потому что я только что прилетел из Африки и мне надо выспаться. А почему я должен с вами это обсуждать, простите? Что это за дурацкий розыгрыш? Откуда я знаю, кто вы…

Десять минут спустя мир Хельмута, каким он его строил и видел весь последний год, перестал существовать. Он сидел на кровати, пытаясь сообразить, где реальность, а где нет. Голова раскалывалась. Человек, представившийся полицейским из Флоренции, сказал, что Анна попала в аварию и погибла. Скончалась утром в госпитале Санта Мария во Флоренции. Что она делала во Флоренции, она же обещала ждать его дома? Хельмут, конечно, набрал сначала домашний номер Анны, по которому никто не ответил, потом ее мобильный,

который был отключен. Что она затеяла, что натворила, почему ночью ехала из Флоренции в Рим, а не полетела туда сразу из Лондона, если ей в Рим зачем-то понадобилось? Как он все это может выяснить?

Хельмут ходил из угла в угол. Поехать на ее квартиру? Неразумно. Он там ничего не выяснит, а показываться в квартире после ее смерти – точно ни к чему. Может, срочно лететь во Флоренцию? Нет, это еще хуже. Ехать туда, ни в чем не разобравшись, глупо и бессмысленно. Так умные люди не поступают. Он сделал себе кофе, пытаясь сосредоточиться. Что бы там ни сказал звонивший мужчина, это не более чем телефонный звонок. Звонить мог кто угодно. Вообще, для полицейского он был слишком разговорчив: кто это по телефону ведет, по сути, допрос. Хотя это Италия, и все может быть, конечно… Если только это не какие-то знакомые Анны, которые его разыгрывают. Зачем? Или не разыгрывают, а втягивают в какую-то ситуацию. Голова кружилась, Хельмута стало подташнивать. Он пошел к компьютеру, включил его, зашел в свой почтовый ящик. Там была куча неоткрытых сообщений, включая вчерашнее письмо от Анны.

Schatz, shade, dass ich weggehen muss, wenn du kommst. Ich muss unbedingt heute Abend, ganz pl"otzlich und eilig nach Florenz fliegen, dort werde ich bei Evgeniy und Sofia sein. Vezeihe mir, bitte, dass ich nicht da bin. Ich rufe dich am Wochenende an, und versuche, alles zu erkl"aren. Das ist das Nummer von Evgeniy… Anna [13] .

Он так и знал. Опять какая-то темная история с друзьями. Странно, что она подписалась «Анна», а не «Твоя маленькая принцесса», как обычно. Но от всего этого ничего не стало ни яснее, ни лучше. Стоит ли ему немедленно звонить этому Евгению? В голове как-то все четче проступали контуры картинки: Анна, конечно, жива, а звонили ему, разумеется, не из полиции – черт, как жаль, что позвонили на городской телефон, а не на сотовый, сейчас у него был бы их номер. Кстати! Так, зачем и кому все это надо, пока не важно. Может ли он точно выяснить, жива ли Анна? Реально только в понедельник. Сейчас суббота. Что делать? Наверное, прежде всего надо выспаться, а потом думать дальше.

13

Милый, жаль, что мне надо уехать, когда ты приезжаешь. Мне непременно надо сегодня вечером, срочно, в спешке лететь во Флоренцию. Там я буду у Евгения с Софией. Прости, что я не дома. Я тебе позвоню в выходные, постараюсь все объяснить. Тел. Евгения… Анна (нем).

Понадобилось немало времени, прежде чем Хельмуту удалось уснуть. Он проснулся около двух. Какой сегодня мог бы быть чудесный день. В это время он шел бы к Анне, предвкушая полтора дня совместного отдыха. Вместо этого какая-то жуткая до дрожи история. Звонить этому Евгению или нет? Он походил по квартире, позвонил Инессе и Томасу, чтобы узнать, как те долетели. Еще раз принял душ. Глянув на себя в зеркало, обнаружил, что лицо пошло какими-то красными пятнами. Аллергия от стресса. Еще бы. Где его принцесса? На глаза навернулись слезы и как-то некстати вспомнились слова Инессы о том, что эта Анна его до добра не доведет. Боже, за что ему все это? Почему он так несчастен? Он подошел к компьютеру, еще раз перечитал письмо Анны. Еще раз набрал ее мобильный телефон. Тот по-прежнему был отключен. Хельмут решил сходить за газетой и заодно съесть что-то в пиццерии напротив.

Вернувшись домой, он набрался смелости позвонить Евгению. Собственно говоря, чем он рискует? Она сама оставила этот телефон, он спросит, почему она не отвечает?

– Алло, это Евгений? Меня зовут Хельмут Вайс. Я бы хотел поговорить с Анной, но ее телефон отключен. Она оставила мне ваш номер. Возможно, вы знаете, как я мог бы с ней связаться.

Евгений рассказал Хельмуту всё, что только что узнал от Джона.

Хельмут поблагодарил, стараясь не сказать лишнего. На вопрос, приедет ли он во Флоренцию, осторожно ответил, что пока не знает.

Попрощавшись с Евгением, Хельмут заплакал. Ему было так горько. Его опять залихорадило. Непостижимо. Его жена, его маленькая принцесса умерла. Теперь, к сожалению, сомнений в этом не оставалось. Почему он забыл спросить, откуда этот Евгений всё знает. Но предположение о глобальном сговоре – это уже слишком. Анны нет. У него больше нет его жены, его принцессы. Нельзя было ее оставлять одну. Как он теперь будет без нее жить? Что ему делать? Надо лететь во Флоренцию. По крайней мере, увидеть ее. Почему он сразу не сказал об этом Евгению? Вероятно, была какая-то причина.

Он налил бокал вина. Как это Анна пела: «Плесните колдовства в хрустальный мрак бокала…» Боже, как же красиво она пела! Как он будет жить без нее? Надо лететь в Италию, будь она проклята. Решено. Сейчас перепакует чемодан и – обратно в аэропорт. Или сначала посмотреть рейсы на Флоренцию? Он вынул из чемодана свои брюки сафари, шлем, москитную сетку. Положил черный костюм – почему черный, он же не на похороны летит, впрочем… так, чистые рубашки, плащ и, пожалуй, всё. Хельмут закрыл чемодан и только после этого подошел к компьютеру, чтобы зайти на сайт British Airways. Присел за стол и задумался…

Конечно, как ему сразу не пришло в голову! Вот кому надо позвонить – мужу Анны в Вашингтон. Помнится, Анна оставляла номер своего вашингтонского дома, когда улетала на Лонг-Айленд, надо попытаться его найти.

Через полчаса Хельмуту стало еще хуже. Филипп подтвердил, что Анна умерла, а он сам на пути в аэропорт. По телефону Филипп звучал невменяемо. Например, зачем-то довольно грубо заявил, что в присутствии Хельмута совершенно не нуждается. Значит, завтра во Флоренции Хельмут прежде всего встретит этого Филиппа, полицию… Сомнений, что тот человек, который звонил ему утром, был из полиции, теперь уже не оставалось. Может, он и еще с кем-то столкнется? С Евгением, скорее всего. Но и это, возможно, не все, хотя уже более чем достаточно.

А что, собственно говоря, ему делать во Флоренции? Надо включить голову и думать рационально. Слезами горю не поможешь. Он хотел выяснить, что произошло? Можно считать, выяснил – Анна действительно погибла. Это, увы, факт. А вот сможет ли он увидеть ее в госпитале, это не факт. Похорон там не будет. Надо ли ему настаивать на разрешении забрать ее в Лондон? Нет, конечно. Какая разница, где ее похоронят? Это все не имеет никакого значения, она всегда будет в его сердце. И он всегда будет о ней скорбеть. Но влезать в организацию похорон при живом официальном муже – это глупость. Может ли он, Хельмут, вообще что-то сделать в этой Флоренции? Полезного для себя – нет. Полезного для Анны – тоже нет. Ему хочется встречаться с ее мужем – нет. С полицией – еще меньше. Так, зачем ему туда лететь? Ему и без того, как никогда, нужны силы все это пережить, справиться с горем.

Внезапная потеря близкого – это ужасно. Хельмут вспомнил, как ему позвонили и сказали, что его мать и братишка разбились на машине под Йеной, в Восточной Германии, когда возвращались из ФРГ в Западный Берлин. Как страшно, что жизнь второй раз послала ему то же самое испытание. Какая жуткая несправедливость. Он потерял единственную женщину, которую за всю свою жизнь впервые полюбил по-настоящему. Он считал ее своей женой и, как бы она над ним ни подсмеивалась, собирался оформить все положенным официальным образом. Сколько раз Хельмут представлял, как после окончания службы в Лондоне он заберет Анну в Берлин, и они вместе будут жить там счастливо долгие годы, и он, только он будет ей безраздельно владеть. Она безжалостно разрушила все его мечты, весь его мир. Просто из каприза. Накануне его приезда из Африки, после того, как они не виделись три недели, ей вдруг пришла в голову мысль поехать к другу Жене и его любовнице в Тоскану. На ночь глядя, понеслась куда-то одна, наверняка ехала слишком быстро, да и вообще она безобразно ездит, сколько раз он ее учил! И теперь он ее потерял. Разве это не шок? Ему надо суметь это пережить. Как он может поверить, что ее больше никогда не будет рядом? Как это все жестоко и бессмысленно. Но от того, что он полетит во Флоренцию, никому лучше не станет. Ничего он там не найдет, кроме новых страданий.