Лэя
Шрифт:
— Ладно! — согласилась Лэя. — Займемся спаиванием младенцев!
— Кто это здесь младенец?! — тут же возмутилась Лика.
Потом Зар нанизывал мясо на вертела, а Лика устанавливала их рядом с пламенем запекаться. Лэя резала овощи и подавала Зару, который насаживал их между кусками мяса. Хлюп бегал вокруг по кустам и отгонял невидимых и не существующих чудищ.
Наконец, мясо потихоньку пеклось у костра, а все устроились на местах, и настало время разговоров. Здесь Хлюп брал ситуацию в свои крепкие руки и мог рассказывать, не замолкая, о каждом мгновении прошлого дня, месяца или года.
Всем другим приходилось его притормаживать, чтобы
Потом подоспело мясо с овощами, и они устроили маленький пир с вином и произнесением тостов. После чего, наевшегося Хлюпа начало явно клонить ко сну.
Сначала он устроился поудобней набок, завернувшись в плед и привалившись головой к Лэиному «трону», слушать разговоры, но через несколько минут, и его пару невразумительных фраз, спутники заметили, что мохнатый компаньон уже тихонько посапывает, видя сладкие сны. Лэя заботливо подоткнула ему плед и сказала:
— Ну теперь и другие смогут поговорить. У Хлюпа замечательно крепкий сон — для несения караула он явно не пригоден.
Разговор зашел, как и зачастую у молодежи, о планах на будущее. Каждый мечтал о своем. Зар хотел когда-нибудь стать настоящим воином, командиром отряда или даже полководцем. Лэя со вздохом усомнилась в ценностях военной карьеры:
— Неужели даже ради самой высокой цели достойно убивать сэйлов? По-моему нет ничего ценнее в жизни, чем сама жизнь. А распоряжаться чужими жизнями нам никто не давал права, — грустно рассуждала Лэя.
— Но не все так думают! — возразил Зар. — И мой долг защищать тех, кто нуждается в такой защите!
— Да, ты прав, мир жесток! Но вспомни свои слова, когда кто-нибудь прикажет тебе нападать на беззащитных!
— Я буду служить только тебе! А ты никогда такого не прикажешь!
— Но я не собираюсь заводить полки и штурмовать неприятеля, — возразила Лэя.
— Значит, и я не буду! Но никогда не надо зарекаться.
Потом, в притихший разговор вступила Лика.
— А я мечтаю выйти замуж за великого война или ученого. Главное, чтобы он был добрый и красивый.
— И богатый! — подхватил Зар, подтрунивая над сестричкой.
— Ну и богатый! Чем плохо? Но это не главное! — немного обиделась Лика.
— Ладно вам ссориться, не портьте такую хорошую ночь! — смеялась Лэя.
Ночь незаметно перевалила на утреннюю половину. Лика вскочила и побежала по естественной надобности в кустики. Лэя тоже встала и подошла к самой воде. От заката не осталось и следа. Перед ней висела черной стеной непроницаемая темнота ночи — ни единого огонька, ни на небе, ни на воде. Только на поверхности воды чуть-чуть мерцали легкие блики отсвета костра, оставшегося за спиной. Вдруг Лэя увидела справа, на уровне воды желто-зеленоватое свечение. Она, осторожно, на ощупь, двинулась вдоль берега по узенькой тропинке. Через пару десятков шагов Лэя нашла то, что светилось в темноте. Это был светлячок — довольно большой жук с ярко светящимся брюшком. Она осторожно взяла его на ладонь так, что он даже не подумал убегать.
Стоя у воды, Лэя замерла, очарованная призрачностью окружающей природы. Темная гладь воды отражала освещенные костром деревья, переливаясь тенями в такт со сполохами огня. Костер мерцал, пробиваясь сквозь стволы деревьев. Она осторожно двинулась обратно и вдруг испуганно застыла. Перед ней среди ветвей, напротив дальних бликов костра, вырисовался темный силуэт стоящего мужчины.
— Лэя! — услышала она знакомый голос и вздохнула с облегчением.
— Ох, и напугал же ты меня! —
— Лэя… — опять повторил Зар. В его голос немного дрожал от волнения.
— Что Зар? — уже серьезно и заботливо спросила Лэя и, как бы помогая тому выговориться, добавила. — Ты хотел что-то сказать мне?
— Ты знаешь… этой ночью юноши делают предложения своим возлюбленным…
Лэя напряглась. Она ждала этого разговора. Давно прошло то время, когда они считали друг друга только братом и сестрой. У них было много общего. Лэя знала, что если бы она захотела принадлежать Зару, то ее не остановило бы то, что он оказался ее слугой. Ей было глубоко наплевать на придворные порядки. И она любила Зара, как брата. Радовалась его успехам в постижении воинских наук и физического совершенства. Она и сама была сторонницей хорошей физической подготовки, понимая, что в жизни вполне могло пригодиться и владение оружием, и хорошая физическая форма. Но в последнее время она все острее чувствовала пропасть, начинающую их разделять.
Отношения оставались прежними. Дело было в другом — в их разном отношении к жизни. Зар оставался по-детски прямолинеен, деля мир на черное и белое, размахивая мечом и радуясь своим физическим достижениям. Лэя стала замечать, что может читать по его лицу все чувства и мысли, как открытую книгу. А ей хотелось общения с кем-то, кто смог бы глубоко думать и чувствовать — с таким, как ее отец. Может быть, в этом были виноваты ужасные события недавнего прошлого, а может, Лэя просто повзрослела и по-новому оценивала все в жизни. И еще одно чувство вклинилось между ней и Заром. Он ждал приказов и был готов приказывать сам. Лэя не выносила приказов и ей противело их отдавать. Эта внутренняя свобода ставила ее на совершенно другой уровень восприятия мира, и она чувствовала, что может связать свою жизнь только с таким же внутренне свободным сэйлом. Тем не менее, ей страшно не хотелось огорчать Зара — все-таки он был ей, как родной брат.
— Да знаю… — тихо и немного грустно ответила Лэя. — Знаешь, ты мне всю жизнь был старшим братом.
Зар почувствовал оттенок легкой печали в голосе Лэи и, к счастью, понял, что сердце Лэи не отзовется на его чувства. Он взял ее руку и тихо произнес:
— Я знаю… я чувствую, что мне не достичь высоты твоей души. Я… не прошу тебя выйти замуж за меня. Но никто не запретит назвать тебя моей любимой! Просто знай, что я буду служить тебе всегда, не требуя ничего взамен!
— Спасибо тебе, что ты понимаешь меня! — Лэя расчувствовавшись, обняла Зара и поцеловала его в щеку. — Прости, что не могу ответить тебе взаимностью! — Она гладила его мокрую щеку. — Твоя любовь, это твой первый шаг к свободе. Сделай еще второй! Постарайся относиться к окружающим так же, как ты хотел бы, чтобы они относились к тебе. Тебе станет труднее наносить удары, но тогда ты будешь получать гораздо большее удовольствие от побед. Особенно от побед над самим собой!
— Я не понимаю… — смущенно вымолвил Зар.
— Сейчас не надо понимать. Просто запомни. Но я надеюсь, что постепенно, ты сможешь стать свободным. Научись уважать всех вокруг тебя, особенно тех, кто слабее, глупее или имеет меньше власти, чем ты.
— Хорошо, спасибо за теплые слова, моя принцесса! — грустно согласился Зар и, взяв ее за руку, повел к костру.
— Ой, я же светлячка нашла! — вспомнила вдруг Лэя, раскрывая руку и показывая Зару несчастное, забытое и полузадушенное насекомое. Но светлячок не сдавался, и продолжал ярко светить в темноте.