Лэя

Кувшинов Виктор

Так что ребята резвились во всю, брызгаясь, дразнясь, ныряя и барахтаясь, насколько хватало сил. Когда они уже порядочно набултыхались, Лэя заметила плывущую по течению палку, и к ней сразу же пришла в голову новая идея:

— Слушайте! Давайте пускать кораблики! Сделаем каждый себе, из чего найдем, и пустим по течению. Чей кораблик будет быстрей — тот и победит!

— Ура-а! — подхватила ребятня, и все пошли на берег, искать что-нибудь подходящее. Скоро все были вооружены, кто куском коры, кто сучком, кто дощечкой.

У Лэи был самый красивый

кораблик — спасибо Хлюпу. Он отыскал полешко и обстругал его ножом, который он носил всегда с собой на пояске в ножнах. А главное, он воткнул сверху настоящую мачту, так что, если прищуриться, то в полешке можно было ясно увидеть настоящую каравеллу или даже бриг. Лэя, правда не очень знала, что это за корабли, но она не раз слышала от папы, какие они красивые — в точности, как ее парусник!

Настал момент старта. Лэя выстроила всех ребятишек в линию, в пруду, перед истоком ручья, и они одновременно опустили кораблики в воду. Течение, сначала медленно, а потом все быстрее понесло их флот по ручью. Ребята поспешили вдоль берега за своими питомцами. Кораблики то и дело натыкались на камни или коряги, кружили и опять выскакивали на стремнину. Лэе пришлось один раз зайти по колено в воду, чтобы вытащить ее застрявшего фаворита. И все-таки, ее парусник оказался самым быстрым. Она не заметила, как вдруг ее бриг первым выскочил на простор большого пруда и медленно поплыл прочь от берега.

— Он уплывает! — в отчаянии Лэя провожала взглядом удаляющийся прекрасный корабль.

И неважно, что он сделан из наспех обстроганной деревяшки. Он все равно был самым красивым, потому что они сами, с Хлюпом, его сделали. Она не стала раздумывать и бросилась в воду. Не обращая внимания на жалобный вопль "Лэя!", изданный Хлюпом сзади, девочка продолжала яростно барахтаться, медленно приближаясь к кораблику, а тот, как будто издеваясь, потихоньку уходил от берега.

Вдруг Лэя почувствовала, как ее ногу свела судорога, она закричала "Помог!.." и тут же хлебнула воды. До берега было ужасно далеко, и ноги не доставали до дна.

Она сделала еще несколько конвульсивных гребков и, вдохнув обжигающую воду в легкие, пошла ко дну, уже не слыша, как Хлюп кричал Зару на другом конце пруда, чтобы тот бежал за отцом Лэи. Как он, преодолевая свой страх, бросался в воду разыскивать и спасать свою хозяйку.

После короткого шока, Лэе вдруг стало легко. Она престала чувствовать боль в ноге и в легких. Лэя внезапно всплыла и, не задерживаясь в воде, поднялась в воздух, увидев, как Хлюп, смешно барахтаясь, плывет к ней. "Зачем?" — удивилась девочка: "Мне так хорошо!" Она полетела дальше, к дому, и увидела бегущего Зара.

"Сейчас наверно папа с мамой перепугаются! Вот мне влетит!" — а потом засмеялась:

"А как они меня здесь догонят?! А здорово-то как летать!" Ее внимание отвлекли какие-то воспоминания или видения, она видела себя как будто совсем маленькой, может быть годик или два отроду в каком-то незнакомом замке или дворце — в таком какие рисуют в книжках. Вокруг были какие-то

шикарно одетые люди, и даже дядька в короне, как король с картинки, который на нее посмотрел. Но она не успела испугаться, так как будто провалилась или переместилась на красивую лужайку — такую же, как их нескошенное поле, по которому они бежали, только это место было другое — вокруг не было домов или деревьев.

Ей навстречу вышел добрый дяденька. В том, что он добрый, не было никакого сомнения. Доброта от него прямо исходила светом, так что можно было в ней греться, как на солнышке! Он ласково посмотрел на нее, улыбнулся и сказал:

— Ну, здравствуй, Лэя!

— Ой, откуда ты знаешь мое имя?! И потом, мама мне велела не разговаривать с незнакомыми дяденьками!

— Молодец твоя мама! — еще шире улыбнулся дяденька. — А меня зовут Арсен — я твой ангел спаситель или буду ангелом-хранителем, если ты вернешься к маме с папой.

— Ой, как здорово! Я никогда раньше не видела ангела! — счастливым голосом воскликнула Лэя. — А ты настоящий? И чудеса делать можешь?!

— Настоящий, настоящий! — смеялся дяденька ангел. — А чудеса ты и сама можешь здесь делать!

— Как это?! — оторопело спросила Лэя.

— Это не сложно, стоит только захотеть! Но тебе важно решить сейчас: хочешь ли ты вернуться на Сэйлар в реальный мир, или тебе интереснее быть здесь?

— Ой, здесь конечно интересней! — Лэя не сомневалась ни минуты.

— А ты хорошенько подумай: там остались папа с мамой и Хлюп, ты ведь будешь без них скучать!

Лэя задумалась. Конечно, чудеса — это здорово, но потом, мне обо всем надо будет рассказать маме и папе. Иначе, зачем эти все чудеса смотреть, если никому не похвастаться? К тому же, я уже и так много видела — уже есть, о чем рассказать!

Ангел Арсен сидел на лужайке, скрестив ноги, и спокойно ждал ее решения. Вдруг Лэю посетила догадка:

— Слушай! А я смогу еще сюда приходить, если вернусь обратно?

— А ты наверняка этого хочешь? Ведь ты станешь тем, кого сэйлы называют ведьмой!

— А это плохо?

— Нет, это не плохо и не хорошо. Просто ты станешь другой, а других, не таких как все, сэйлы не любят. Тебя будут бояться, если узнают, кто ты такая.

— А если я никому не скажу?

— Есть еще такие же, как ты. И они смогут почувствовать тебя, если будут рядом.

— А я могу просто ожить и стать нормальной?

Ангел подумал, как будто прислушиваясь к себе, и сказал:

— Нет. Уже нет. И у тебя осталось еще несколько минут, чтобы вообще вернуться.

Потом дорога будет закрыта… Выбирай!

— Хорошо, я хочу вернуться. Теперь я буду знать, что мне надо бояться таких же, как я. Но я не прощаюсь, ты будешь меня ждать?

— Хоть каждую ночь! Только позови: "Арсен!" и я сразу приду к тебе во сне. А теперь, закрой глаза.

Лэя послушно закрыла глаза и почувствовала, как ее ударила боль в ноге, горле и легких. Она закашлялась, лежа на животе через отцовское колено. Ее рвало.