Лич
Шрифт:
«Какого!?…»
Архилич запаниковал, когда со спины к нему что-то подплыло, схватило за плечи и вцепилось в шею. Завязалась схватка. Кирилл оказался банально сильнее, он быстро вывернулся и столкнулся лицом к лицу с хищником.
«Ну и урод, мля! Ихтиандр херов! Твоя мама переспала с окунем?»
Это был отвратного вида гуманоид с зеленовато-коричневой кожей, перепончатым руками. На архилича пялились два выпученных рыбьих глаза без век, а пасть зубами-иглами то и дело открывалась-закрывалась. Тварь пыталась втянуть в себя воду,
«Не на того нарвался, малек».
Пропорции тела существа, форма головы подозрительно напоминала человеческие, данные ошибки природы зовутся топляками и считаются воскресшими мертвецами, кого поглотила водная стихия. Нет, конечно, и последние изредка встречаются, но не в данном случае.
Более просвещенные маги знали правду — дело в спонтанных мутациях среди людей, живущих на чересчур насыщенных колдовской энергией территориях. В один прекрасный день женщина может родить мерзкий гибрид человека и рыбы, активируются древние гены, доставшиеся от далеких водных предков.
Топляки на людей редко нападают, разве что в голодные годы и в период размножения, караулят молодых девушек, Кирилла, вероятно, принял за нарушителя своих территориальных владений.
Шея мутанта хрустнула, под водой звук был слышен особо отчетливо. Больше оно никому не навредит, а архилич может продолжить заниматься важным делом.
С Тадувиром Кирилл встретился в условленном месте, на заболоченном участке озера, кишащим топляками, где рыбаки опасаются появляться лишний раз.
По большей части разложившаяся, изъеденная рыбами и прочей фауной туша Хеонак с проглядывающим скелетом валялась рядом. Архилич целый день просидел рядом, отгоняя птиц, водных крыс, водоплавающих ящериц.
— Ты нашел ее.
— Нашел, — кивнул архилич. — Целые сутки по дну бродил, потом еще ночь пытался вытянуть наружу. Нелегкое занятие, скажу тебе.
— Главное, успех достигнут.
— Ну, в самом деле, не твоему же божественному сиятельству делать всю грязную работу.
— У меня лапки.
— Чего-чего?
— Мои анатомические особенности не предполагают водный образ жизни. Я не умею плавать.
— Осталось переправить Хеонак в Элиду. Делись магией.
— Дай передохнуть, я устал после перелета.
— Какие вы все нежные.
Кирилл уселся на череп покойной предводительницы мятежа.
— Поджарить бы тебя за дерзость…
— Времена меняются, — завуалированно возразил Кирилл. — Кто не может приспособиться, обречен. Порой живые существа ради для сохранения вида отказываются от одних качеств в пользу других. От собственной доминирующей роли, например.
— Как ты намерен решить нашу проблему с рождаемостью?
— Определенные соображения имеются.
Квинт вплотную ознакомил архилича со своими изысканиями, лабораторией, в частности, с проектом по созданию гомункулусов. Американец последние годы
Относительно здоровая жизнеспособная особь удалась лишь однажды, да и та больше напоминает Квазимодо с горбом, деформированным черепом, третьей рукой, торчащей из бока, и одним зрячим глазом. Уродца Квинт оставил, во-первых, он выполняет несложную работу на хозяйстве, во-вторых, эксперимент продолжается, необходимо собрать информацию о жизненном цикле гомункулусов.
Если с помощью алхимии и кровной магии можно вырастить человека в пробирке, почему нельзя дракона?
— Не поделишься?
— Искусственно создать эмбрион, затем подсадить в драконью самку.
— Магия не способна создать жизнь с нуля.
— С нуля нет, из донорского материала — вполне. Сперва, я думал, мне придется начинать дело с нуля, оказалось, глава Элидской коллегии магов промышляет подобным. Он ценный слуга.
— Мы это учтем.
— Но быстрых результатов не обещаю, могут уйти годы и десятилетия экспериментов.
У Тадувира отдыха занял три с лишним часа, в течение которых архилич изнывал от безделья. Сидеть по пояс в болоте, рядом с полуразложившейся тушей то еще «удовольствие».
— Можно начинать.
— Наконец-то!
Зеленый дракон поднял голову, его глаза засияли белыми огнями. К Кириллу потянулись искрящиеся потоки чистой магии, в его груди словно заработал термоядерный реактор. Пульс резко подскочил со стабильных трех ударов в минуту до ста двадцати. Процедура по вливанию энергии один в один напоминала неудачный эксперимент в Васгаре по обретению божественности, правда в отличие от Средоточия дракон умел дозировать магию. Бояться нечего.
Кирилл вытянул лом перед собой. Над болотом распахнулась черная воронка диаметром в восемь метров. Гнилая туша Хеонак приподнялась в воздух и начала медленно погружаться во тьму подпространства. В обычном состоянии архилич смог бы осуществить подобную переброску только с помощью пары-тройки помощников.
— Теперь ты, Тадувир!
Дракон посмотрел на портал.
— Ни за что!
— Ссыкло.
Упрашивать помощника дважды архилич не собирался, тем более вечно портал открытым не будет. В последний момент Кирилл успел запрыгнуть в пространственный разрыв. На той стороне под стенами Элиды его ждало четыре дракона, вокруг которых суетились десятки людей. Одни готовили на костре конину, вторые чистили крылатым ящерицам чешую, третьи играли на флейтах, арфах и что-то напевали.
Ундолим нехотя поднялся на ноги и приблизился к трупу предводительницы мятежа.