Лич

Strelok

Вскоре в Элиде, Лише и Сицоле закипела работа по созданию новых полуличей. Некроманты трудились круглыми сутками с поступающим потоком новобранцев, из них в дальнейшем будут сформированы отдельные подразделения.

Взамен семьи смельчаков, если таковые имеются, станут получать солидное денежное довольствие в течение следующих сорока лет.

Кирилл недооценил аборигенов, им многого не нужно, поэтому предлагаемые условия выглядят просто идеальной возможностью подняться самому и обеспечить родных.

Роптание по поводу

наступления конца света поубавились, люди лично смогли убедиться, что нежить не устраивает массовых побоищ, не обращает всех подряд в себе подобных.

Каждый день архилич с Квинтом проводил много часов в форуме Элиды, решая вопросы политического характера. Кадры решают все, с этим Кирилл был абсолютно согласен. Можно назначить управлять ромейскими городами жрецов-личей, но тогда дело может обернутсья серьезными проблемами, из-за банального непонимания местного менталитета, порядков.

В конце концов, нет смысла рушить просуществовавшую почти полтора тысячелетия административно-экономическую систему Нового Рима, пусть она в данный момент пребывает в кризисе.

Проще заменить сломавшиеся шестеренки и провести модернизацию. Следуя рекомендациям Квинта, архилич отчасти сохранил прежний состав городского совета, добавив туда своих личей. Немертвые станут отличной гарантией покорности ромейцев, ведь когда над тобой стоит такой надзиратель, желания мутить воду сильно поубавится.

Взять бы с новых подданных магические клятвы, да только на немагов их действие не распространяется. Именно по этой причине многие властьимущие не спешат овладевать колдовским искусством, либо делают это в строжайшей тайне.

Мало кому захочется стать абсолютным заложником данных обещаний, нарушишь их — сгоришь синим или каким-нибудь другим пламенем, умрешь от остановки сердца, а душа не найдет покоя.

Выгоднее иметь ручного мага, верного лишь тебе.

Квинт как глава Элидской коллегии давал нерушимую клятву верности империи, император и божественным драконам, в данном контексте нет никаких нарушений. Новым императором объявлен Кеоцикаль, на его стороне минимум один дракон, да и империю они не собираются уничтожать.

Защита Рима от внутренних врагов святое дело.

Кирилл даже выяснил, что контролирует исполнение клятв. Не какая-то пресловутая «воля магии», а собственный разум, подсознание, для ромейских магов это не было какой-то тайной.

Однажды после очередного заседания городского совета Квинт подошел к Кириллу и произнес:

— Я подумал над твоим предложением.

— И?

— Согласен. С твоей стороны — секрет крестража, с моей — гарантия личной преданности.

— Долго думал.

— Требовалось все тщательно взвесить, обдумать, решить, стоишь ли ты вообще, чтобы тебе служить. Я не привык подчиняться юнцам.

Кирилл слегка удивился словам американца.

— Юнцам?

— Достаточно было наблюдать за твоим поведением, действиями.

Ты деятельный… человек, пытаешься успеть везде, вникнуть в каждый вопрос, такая внутренняя энергия чаще свойственна молодым. Старые личи напротив, неторопливы в своих поступках, размышлениях. Куда торопиться? У них вечность впереди, а ты носишься словно заведенный. К тому же кое-кто проболтался о потере памяти после пробуждения.

— Ну ладно, ты меня раскусил.

— Тебе лет двадцать с небольшим?

— Вообще если брать срок, проведенный здесь, чуть за тридцать. Позапрошлую жизнь не помню и не желаю помнить.

— Благодарю за честность.

— Ты не передумал?

— Нет.

— Можем провести ритуал хоть сегодня, — предложил Кирилл. — Надо только сгонять в Ачтилан, взять одну вещицу.

— Давай завтра вечером.

— Не вопрос.

— Ах да, кто у нас такой болтливый насчет моей амнезии?

— Мекатл, жрец, отвечающий за големов. Он рассказал мне кое-что за небольшой подарок в виде яда саварийских арахноподов, очень редкая субстанция.

— Я ему эту субстанцию в глотку залью, а потом отправлю говно чистить.

Глава 23

На поле под стенами Элиды расположилась дюжина драконов, включая Хеонаса. Рубиново-красные, зеленые, сапфировые, черные, они имели чешую самых разных оттенков. Самый крупный ящер антрацитового цвета на треть превосходил брата покойной Хеонак, самый мелкий уступал размерами вдвое.

— Двенадцать, — с долей разочарования ответил Кирилл. — Это все, кого ты сумел привести?

— Поблагодари хотя бы за них, Кеоцикаль. Остальные погибли либо зарылись в такие глубокие норы, что их уже не найти.

— И они готовы прислушаться к моим советам? — по факту архилич станет у них главным, но, чтобы не бить по драконьему самолюбию, следует выбирать более мягкие формулировки.

— Да.

— Что конкретно ты можешь нам предложить? — повернулся к архиличу большой антрацитовый дракон. Он носил Ундолим и являлся гигантом среди своего вида. — Владыка мертвых.

— Хеонас вам ничего не объяснил?

— Я немного о другом. О дальнейшей стратегии.

— Покорить империю, уничтожить древних, принудить остальных ваших сородичей к миру. Дать бой нурийцам.

— Сторонников Димувира больше чем нас раза в два или три. Многие погибли, сбежали после битвы в Никополе, но многие остались.

— От вас не потребуется ломиться в бой впереди всех, — начал Кирилл. — С вашими враждебно настроенными сородичами способны разобраться мои стрелки с кинетическими ускорителями.

— Да, — подал голос Хеонас. — Это оружие действительно так смертоносно. Когда по пути на север меня перехватил Хестум, летевшие на моей спине ацтлани сразили его, просто проделав сквозную дыру в боку. Снаряд миновал возведенную защиту из магии словно камень воду.