Лихорадка
Шрифт:
Но вдруг наверху зажегся свет, и его теплое сияние заставило светиться падающие снежинки. Через минуту дверь открылась, и на пороге показалась она.
Линкольн ступил за порог. Никто не проронил ни слова. Она просто обняла его, прижала к себе. Он был припорошен снегом, который тотчас растаял от ее тепла, смочив холодными каплями ее фланелевую сорочку. Но она не выпускала его из своих объятий, даже когда талый снег расплылся лужицей у ее голых ступней.
— Я ждала тебя, — призналась она.
— Я был не в состоянии ехать домой.
— Тогда оставайся здесь. Со мной.
Наверху
Первое, что он увидел, когда проснулся, было ослепительно голубое небо за окном. Клэр спала, уютно прижавшись к нему, и завитки ее волос рассыпались по подушке. Он разглядел серебристые прядки седины в ее русых волосах, и эти первые возрастные штрихи вдруг показались ему такими трогательными, что у него снова навернулись слезы на глаза. «Полжизни без тебя», — подумал он. Полжизни прожито впустую, до этого самого момента.
Он нежно поцеловал ее в голову, но Клэр не проснулась.
Он одевался, глядя в окно на мир, который так преобразился после ночного снегопада. Пушистая снежная мантия накрыла его машину, превратив ее в гигантский сугроб. Заснеженные ветки деревьев согнулись под тяжестью одеяний, а там, где раньше была лужайка, теперь простиралось искрящееся на солнце алмазное поле.
На дороге показался пикап, который свернул к дому Клэр. Спереди на нем был закреплен снегоочиститель, и поначалу Линкольн решил, что Клэр попросила кого-то расчистить подъездную дорогу. Но вот водитель вышел из машины, и Линкольн увидел форму транквильского полицейского. Это был Флойд Спир.
Флойд направился прямиком к сугробу, под которым прятался автомобиль Линкольна, и расчистил табличку с номерными знаками. Потом поднял вопросительный взгляд на дом. «Теперь весь город будет знать, где я провел ночь».
Линкольн спустился вниз и открыл входную дверь как раз в тот момент, когда Флойд поднял руку, чтобы постучать.
— Доброе утро, — приветствовал его Линкольн.
— М-м… доброе утро.
— Меня ищешь?
— Да, я… я заезжал к тебе домой, но тебя не нашел.
— Я не выключаю пейджер.
— Знаю. Но я… ну, мне не хотелось сообщать тебе эту новость по телефону.
— Что за новость?
Флойд уставился на свои облепленные снегом ботинки.
— Плохая новость, Линкольн. Мне очень жаль. Это связано с Дорин…
Линкольн ничего не ответил. И, как ни странно, ничего не почувствовал, будто бы холодный воздух, который он вдыхал, заморозил ему и сердце, и ум. Голос Флойда звучал отдаленно, слова Линкольн разбирал с трудом.
— …ее тело нашли на Слокам-роуд. Не знаю, как ее занесло туда. Должно быть, это случилось поздним вечером, примерно тогда же, когда и происшествие в школе. Но в любом случае время смерти уточнит судмедэксперт.
— Как… как это случилось? — с трудом выдавил из себя Линкольн.
Флойд колебался — сначала опустил взгляд, потом снова посмотрел вверх.
— Мне кажется, ее сбила машина. Полиция штата уже выехала на место.
По затянувшейся паузе Линкольн
— Вчера вечером, около девяти, диспетчеру поступил звонок о пьяном водителе, который вихлял по Слокам-роуд. Примерно в том районе мы и нашли Дорин. Вызов поступил как раз тогда, когда мы были в школе, так что на место выехать было некому…
— А свидетель запомнил номера машины?
Флойд кивнул. И печально добавил:
— Машина зарегистрирована на доктора Эллиот.
Линкольн почувствовал, как кровь отлила от лица. «Машина Клэр?»
— По регистрации выходит, что это коричневый пикап «Шевроле».
— Но она была не на пикапе! Вчера вечером я видел ее в школе. Она приехала на старом седане «Субару».
— Линкольн, я просто сказал, что свидетель назвал номер машины доктора Эллиот. Поэтому может… может, я все-таки осмотрю пикап?
Линкольн вышел на улицу в одной рубашке, но по пути к гаражу так и не ощутил холода. Сунув руку в сугроб, он нащупал ручку и поднял дверь.
В гараже стояли обе машины Клэр, пикап занимал место справа. Первое, что заметил Линкольн, — это лужи талого снега под колесами обоих автомобилей. Совершенно очевидно, что на машинах ездили в последние два дня, поскольку вода еще не испарилась.
Онемение тут же сменилось тошнотворным предчувствием ужаса. Он подошел к переднему бамперу пикапа. При виде крови, размазанной по крылу, земля ушла у него из-под ног, и мир, казалось, перевернулся.
Ни слова не говоря, он развернулся и вышел из гаража.
Пробираясь по сугробам, он смотрел на окна дома, где сейчас спали Клэр и ее сын. Он не мог придумать, как избавить ее от предстоящей пытки, как оградить от боли, которую сам сейчас испытывал. У него не было выбора. Разумеется, она все поймет. И возможно, однажды даже простит его.
Но сегодня… сегодня она его возненавидит.
— Ты ведь понимаешь, тебе нужно держаться подальше от нее, — тихо произнес Флойд. — Черт возьми, тебе даже близко нельзя к ней подходить. Дорин была твоей женой. А ты только что провел ночь с… — Его голос затих. — Это дело расследует полиция штата, Линкольн. Они захотят поговорить с тобой. С вами обоими.
Глубоко втянув морозный воздух, Линкольн почувствовал, как он обжег легкие. Эта физическая боль была желанной.
— Тогда свяжись с ними по радио, — велел он. И нехотя направился к дому. — Я должен поговорить с Ноем.
Она не понимала, как такое могло случиться. Она как будто проснулась в параллельном мире, где люди, которых она знала, которых любила, были совершенно неузнаваемы. Вот Ной, ссутулившийся на кухонном стуле, наэлектризованный яростью до такой степени, что, казалось, даже воздух гудит вокруг него. А рядом Линкольн, мрачный и далекий, задающий вопрос за вопросом. Никто из них не смотрел на Клэр; было ясно, что они бы предпочли беседовать с глазу на глаз, но ее все-таки не просили уйти. Да она бы все равно не ушла; она понимала, куда клонит Линкольн со своими вопросами, как осознавала и весь ужас драмы, разворачивающейся у нее на глазах.