Мама
Шрифт:
«Ведь засыпался уже один раз, чего же вы от меня хотите?» — было написано на его лице.
— «Сегодня вечером я уроки обязательно выучу». Где сказуемое?
Наморщив лоб, Володя задумался на секунду и вдруг улыбнулся — второй раз на этой неделе:
— «Выучу»!
Каток обновили в субботу. Вечер был ясный, с морозцем, с ярко-розовым закатом, предсказывающим
После уроков Светлана заходила домой и теперь возвращалась в школу с коньками под мышкой.
Именно в этот час перед наступлением темноты собирались над городом большими стаями галки. Сначала они появлялись на горизонте темным облаком, быстро меняющим свою форму. Приближаясь, облако распадалось на точки… Вот уже видно, как старательно машут крыльями большие черные птицы и слышатся их голоса. Если тихо на улице, можно даже услышать шум крыльев. Они летают над городом непонятно для чего и почему. Глядя на них, становится весело и тревожно. Потом они исчезают все сразу, всегда в одном направлении.
От бульвара мимо школы улица шла вниз, и новый каток был виден сверху издалека. Там двигались маленькие темные фигурки. Казалось, будто птицы после своего общего собрания не улетели всем коллективом ночевать в городской парк, а опустились на землю, обернулись мальчиками и девочками и скользят на льду, суетясь в центре и плавно вращаясь всей стаей.
«Галчата вы мои милые!» — с нежностью подумала Светлана.
Галчата были разной величины. В середине толклись неопытные малыши с белыми следами падений на спине и коленках. С краю на беговой дорожке проносились длинноногие старшеклассники, похожие скорее на журавлей и страусов, чем на галчат.
— Светлана Александровна, идите к нам!
Лена Некрасова ковыляла ей навстречу, поддерживаемая с двух сторон более опытными подружками. Она то стремительно нагибалась вперед, почти складываясь пополам, то откидывалась назад, не поспевая за своими ногами.
— Сейчас переобуюсь и приду к вам. Какие вы веселые да румяные — смотреть приятно!
Светлана искала глазами «своих» мальчишек. Они разбежались по всему катку. Увидев ее, тоже кричали:
— Светлана Александровна! А вы-то что же? Идите кататься!
— Сейчас, сейчас… Вспыхнули фонари, будто их беззвучно подтолкнул кто-то. Их свет был еще неярким в сумерках, но прибавил оживления на катке.
Еще одна начинающая, большая девочка из восьмого или девятого класса, оттолкнулась левым коньком и поплыла вперед, блаженно улыбаясь, неуклюже расставив ноги, раскинув руки.
А вон тот высокий парень в ярком свитере очень здорово бежит… С открытой головой, стройный такой, уверенные движения — орел!
Теперь они двигались параллельно, неумелая девочка впереди и немного сбоку. Боясь заехать на беговую дорожку, она опять оттолкнулась левым коньком. А высокий парень сейчас пронесется мимо нее — забавный контраст! Но что это? Он повернул голову в ее
А девочка замахала руками, хватаясь за воздух, потеряла равновесие и рухнула на обе коленки. Проехала, уже на четвереньках, метра два и остановилась.
Высокий парень улыбнулся жесткой улыбкой: «Хи-хи! — сказала Ригалета», — и помчался дальше. Несколько мальчиков привычно засмеялись, другие подбежали поднимать.
— Ушиблась? — Светлана наклонилась к ней.
Светлана знала ребят — иногда такие вещи проделывают, так сказать, в порядке ухаживания. Но не в девятом же классе! Да и девочка эта нравиться ему не могла: неловкая и не хорошенькая. Она вставала с жалкой гримасой, часто мигая белесыми ресницами.
— Покажи коленки. Ссадила, должно быть? Пойдем, я тебе йодом намажу.
— Да нет, ничего.
Прихрамывая, девочка сошла с катка на снежную дорожку. Парень, толкнувший ее, описал полный круг, спокойно возвращался. Рядом с ним бежал Вадим Седов. Светлана пошла им наперерез.
— Послушайте, Ригалета!.. Да, это я вам, вам говорю! Пойдите-ка сюда.
Он выпрямился, замедляя ход, подъехал к Светлане.
— Вы меня позвали? Так ведь у меня фамилия есть!
— Я как раз и хотела узнать вашу фамилию.
— Новиков.
— Так вот, Новиков. Каток мы делали в основном для младших ребят. Можете, конечно, кататься и вы, но умейте себя вести.
Он спросил не без наглости:
— Вы это о чем говорите?
— Вы толкнули вон ту девочку, она упала и ушиблась.
Он пожал плечами.
— Может быть, и толкнул нечаянно. В такой тесноте со всяким может случиться.
Он обернулся к пострадавшей, с шутовским видом приложив руку к сердцу и раскланиваясь:
— Извиняюсь!
Светлана сказала:
— Вы толкнули нарочно, я видела.
— Вам показалось. И все равно, я же извинился. Могу еще раз. — Он опять приложил руку к сердцу.
— Брось, Леонид, — серьезно сказал Вадим, — мы все тебя хорошо знаем.
Кто-то из малышей спросил тонким голоском:
— Вы его поведете к директору?
— Нет. Я думаю, на вашем катке вы сами сумеете поддерживать порядок — пионеры и комсомольцы.
Ока отошла. Все тот же тоненький голосок визгливо и радостно повторил: «Ригалета!»
Засмеялись и другие ребята.
Светлана злорадно подумала, что кличка прилипла, присохла к Леониду Новикову, что не расстаться ему с ней до окончания школы, до последнего выпускного вечера, а может быть, и дальше, в институт с ней пойдет.
Но разве может учитель награждать прозвищами своих учеников? Ведь это же непедагогично!
И еще: опять оказалась права Ирина Петровна своей неправой правотой: разумеется, будет хулиганство на катке, она совершенно верно предсказала!
Светлана поднялась на снежный бугор, отсюда весь каток был хорошо виден. И только сейчас поняла, с каким нетерпением искала в шумной стае ребят…