Маршал 2
Шрифт:
— Так точно!
— Да… обстановка… Где может носить целый танковый полк? Сколько у нас осталось времени?
Ответ на поставленные вопросы пришел довольно скоро – почти одновременно вернулись посланные на грузовиках вдоль по шоссе разведгруппы.
— Противник не обнаружен! — спокойно доложил командир "северной группы". – Мы проскочили до опорного пункта чехов в десяти километрах отсюда. Они говорят, что кроме десятка мотоциклистов, проскочивших мимо них на большой скорости, никого из немцев не видели. Чехи стоят там меньше двух часов.
— Значит, немцев там нет, но тыл открыт… — констатировал Черняховский. В этот момент подбежал командир, только что подъехавшей "южной группы". – Ну, а ты что скажешь, Тарас?
— В трех километрах отсюда столкнулись лоб в лоб с авангардом противника! — ответил запыхавшийся от быстрого бега лейтенант. — Видели колесный бронетранспортер, до десятка мотоциклов. Прут, как на параде! Ну, мы их малость шуганули… Пару мотоциклов – в утиль, а они встали и по нам из пулеметов! Ели ноги унесли. Трое убитых, семь раненых. Но машина на ходу, хоть корпус нам и поломали слегка.
Черняховского эта новость очень сильно расстроила. Но не тем, что ситуация накалялась с каждой минутой, а неготовностью к бою и не обустроенностью позиций. Так что, пользуясь оставшимися крохами времени полковник попытался в ударном темпе сделать хоть что-то в плане зарывания в землю и маскировки. Но, к сожалению, как обычно на войне и бывает, не успели. Совсем немного. Поэтому, подъехавший с юга колесный бронетранспортер остановился в двух километрах от расположения полка, очевидно впечатлявшийся масштабом земляных работ.
— Ну что за…! — в сердцах выругался Иван Данилович. — Все дело насмарку! Игорь Петрович, пушки-то хоть успели замаскировать?
— Не могу знать, — отозвался начальник штаба. — Но немцы в их сторону вроде и не глядят.
Четко видимая над бортом бронетранспортера голова немцы в пилотке и наушниках действительно оставалась повернутой к позициям первого батальона у подножия небольшого холма. На второй батальон, окапывающийся на опушке рощи, немец внимания не обращал, видимо не заметил сразу, а потом народ уже попрятался.
— Ладно… черт с ними! Передай эти оболтусам из первой роты, чтобы готовились отойти на запасные позиции – эти уже засвечены. А лучше… пусть отводят бойцов прямо сейчас, ползком, оставив один взвод для имитации бурной деятельности. Надеюсь, хоть несколько путей сообщения они сделать успели.
Немецкий бронетранспортер простоял в двух километрах от позиций еще минут пять, причем наблюдатель увлеченно крутил головой по сторонам, а потом откуда-то издалека заухали пушки.
— Допрыгались! — сквозь зубы произнес полковник, увидев, как на позициях первого батальона начали подниматься разрывы. Впрочем, били чем-то не очень тяжелым – либо восьмисантиметровые минометы, либо трехдюймовые пушки, либо что-то очень близкое. — Приказ по полку – огня по наблюдателям не открывать!
— А не чересчур ли мы осторожничаем? — спросил майор.
— Всех ведь сразу
— Еще раз подтвердили, что шоссе к северу от нас под контролем.
— Знаем мы их контроль… — язвительно произнес Черняховский, наблюдая за тем, как разрывы перепахивают позиции первого батальона. — Кучка работяг с винтовками. Если немцы нас раскатают – им их тем более не остановить!
Дав десяток залпов по незаконченным траншеям, противник прекратил обстрел, видимо достаточного для качественного перепахивания позиций количества снарядов к орудиям у немцев с собой не было. И над полем боя на какое-то время установилась тишина.
Спустя еще пару минут по шоссе на север прострекотало три мотоцикла, которые никто не тронул, лишь сообщив в штаб армии о об этом. Черняховский ждал удобного момента, чтобы ударить. Немцы очевидно отступали, прорываясь из окружения и каждая минуты промедления играла против них, позволяя чехам лучше укрепить уже однажды прорванную ими оборону. А силы у них, видимо, были уже не те. Да и с боеприпасами беда, по всей видимости.
Из задумчивости Черняховского вырвали далекие отзвуки стрельбы где-то на севере. Видимо разведка немцев наткнулась на чешский заслон.
Как и следовало ожидать, эта перестрелка очень быстро все привело в движение и уже спустя несколько минут, надрывно подвывая моторами, к старым позициям первого батальона выдвинулось три легких танка – "двойки" в сопровождение примерно роты солдат. Видимо командир "гансов" не рисковал продолжать движение и хотел подстраховаться на случай внезапного флангового удара.
И вновь секунды потянулись невероятно медленно. Пока, под прикрытием импровизированного флангового охранения по шоссе осторожно двинулись основные силы. Сначала, само собой – головной дозор с тем самым глазастым "фрицем" в наушниках. Дальше, держа дистанцию в километр, потянулась и основные силы этого, чрезвычайно потрепанного полка, у которого едва набиралось три десятка танков. Впрочем, все они как на подбор были PzKpfw II с их весьма зловредными двадцатимиллиметровыми автоматическими пушками, способными вполне эффективно работать на всю глубину обороны легкого пехотного полка.
Но вот первый танк поравнялся с командным пунктом Черняховского, до которого от шоссе было меньше километра. Немцы были уже так близко, что в бинокль получилось весьма недурно рассмотреть уставшие лица командиров, высунувшихся из башенных люков. Война ведь не прогулка по парку, а тяжелая работа с высоким шансом умереть…
— Федосеев! — привлек Черняховский внимание начальника штаба. — По всему полку приказ – огонь по готовности!
— Есть! — козырнул майор с весьма обрадованным видом, ему тоже надоело ждать.