MASH
Шрифт:
Генри с удовольствием поржал, но про себя. Он отыскал майора Хаскелла, и тот сообщил, что Макинтаер и Форрест у миссис Ли, а Пирс скрылся.
— Не волнуйся, майор, они все у миссис Ли. Я схожу туда. Когда мой водитель подъедет, будь так любезен, пошли его туда за нами.
— Прости, полковник, но даже если Пирс отыщется, я не смогу позволить ему вернуться к делам. Вот увидишь его и сам со мной согласишься.
— Пирс теперь не более сумасшедший, чем был всегда, — успокоил его Генри. — Не беспокойся за него.
— С удовольствием согласился бы, — сказал Хаскелл.
Они нашли
— Приветик, Генри. Как делишки? — спросил Ястреб. — Спорю, тебе в Токио много перепало, так ведь?
— Заткнись, Пирс. Что тут происходит?
— Я сошел с ума, — сказал Ястреб, кивая на майора. — Спроси у него.
— Думаю, тебе лучше поехать со мной, Пирс, — сказал майор Хаскелл.
Вмешался Ловец:
— Генри не верит тебе, Ястреб. Скажи что-нибудь на шизофреническом.
— Папаша вращал Эддистоунский маяк.
С Русалкой разок переспал с перепоя,
Из их союза родились мы трое:
Безмозглый дельфин, глупый ёрш, ну и я[34]
— Вот видите? — сказал Дюк.
Полковник Блэйк повернулся к майору Хаскелу:
— Я отвечаю за него. Поверьте, вас надули. Считайте, вам повезло. Меня кормили этим дерьмом месяцами. А вам посчастливилось выслушивать их всего пару часов.
Ястреб подозвал миссис Ли и шепнул ей что-то на ухо. Миссис Ли отозвала полковника поговорить наедине и отвела его наверх в известную комнату, а Ястреб тем временем заказал выпивку для всех и сказал майору Хаскеллу:
— Жаль разочаровывать тебя, папуля, но я не такой дурак, как убедил тебя. Я собираюсь вернуться в МЭШ вместе со всеми, когда Генри насладится Стремительнейшей Скачкой на всем дальневосточном фронте. Выпей со мной, и больше никаких стонов за баром пока мы не уехали.
— Хорошо, — согласился Хаскел, — но я все еще убежден, что ты ненормален.
— А я и есть ненормальный. Нормальные люди сойдут с ума в этом месте.
Когда все пили по второй, вернулся полковник Блэйк.
— Ну, — спросил Ловец Джон.
– О, бойся Бармаглота, сын!— сказал полковник, обращаясь к майору Хаскелю, и продолжил, — Он так свирлеп и дик, А в глуше рымит исполин — Злопастный Брандашмыг![35]
— Майор, — сказал Ястреб Хаскеллу, — похоже, это по вашей части.
— Ага, майор, — сказал Дюк, — Вас… эт-та, учили лечить такое, а нам, пожалуй, пора…
12
В конце лета интерес к бейсболу, в который изредка сражались обитатели Болота, чтобы хоть чем-то убить время, выдохся, и оздоровительные упражнения приняли новую форму. Бейсбол
— Знаете, что нам нужно сделать? — сказал Ястреб, когда однажды днем они, измочаленные игрой, ввалились в Болото.
— Выпить, — веско заявил Дюк.
— Не, — отверг Ястреб, — нам надо создать футбольную команду.
— Ага, а играть-то с кем? — спросил Дюк.
— С «Медведями Чикаго», — сказал Ловец, — это шанс попасть домой.
— Нет, спасибо, — сказал Дюк. — Я уж лучше здесь сдохну.
— Послушайте, парни, — сказал Ястреб. — Я не шучу. Мы тут снова стали ссориться. Надо чем-нибудь заняться. Тот бугай — Волмер, из снабженцев, играл центровым за Небраску. Лопух был запасным полузащитником в Оклахоме.
— Помоги нам Бог, — взмолился Ловец.
— Еще есть Пит Риззо.
— Он был игроком третьей линии на поле, — сказал Дюк.
— Но он же еще в школе в футбол играл.
— А как команду назовем? — спросил Дюк.
— «Грин-Бэйские толстокожики Горячих Губок» — предложил Ловец.
— Тогда Громила МакКарти, чур, за нашу команду играет, — сказал Дюк.
— Да, погодите вы, — сказал Ястреб. — Я серьезно. Там у них есть какая-то лига. 325 эвакогоспиталь в Йонг-Донг-По заявил, что они чемпионы, потому что в прошлом году разгромили две другие команды. Я знаю где достать настоящего профессионального игрока, а если мы их обыграем, можно подзаработать на ставках.
— Да он чокнутый! — сказал Ловец.
— Агааа, — сказал Дюк, — что за игрок-то?
— Вы когда-нибудь слыхали об Оливере Венделе Джонсе? — спросил Пирс.
— Неа, — сказал Ловец.
— Звучит как имечко для нигера, — сказал Дюк.
— Отбрось расовые предрассудки. А о Копьеносце Джонсе слыхали?
— Ага, — сказал Ловец.
— Это, быть может, лучший фуллбэк в профессиональной лиге со времен Нагурски [37], — сказал Ястреб.