Масло
Шрифт:
— Но зачем ей это — убивать отца?
— Да мало ли. Например, отец узнал про ее многочисленных покровителей и впервые в жизни задал перца. Вот она и столкнула его с горы от обиды. Или все дело в деньгах. Не потребовал ли кто-то из ее ухажеров вернуть должок? А отец возьми да откажи в помощи. Манако это точно разозлило бы. Звучит правдоподобно.
— А ведь ты так хвалила сэкихан Мадзако… — В голосе Рики прозвучали обиженные нотки.
— Конечно, нам же надо было понравиться ее матери… Рика, ты же профессионал. Неужели ты сама так не делаешь? Сэкихан на самом деле оказался не так
Вспыльчивая речь Рэйко наверняка привела бы Мадзако в ярость.
Рика задумалась о Манако. Чем она занята в тюрьме? Вспоминает ли о ней? Наверняка да, ведь Рика согласилась поехать в Ниигату. Не полнится ли сердце Манако горечью при мыслях о родном доме, о нерадивой матери?
Им принесли рис, суп мисо, запеченного в соли лосося, тамагояки и соленые и маринованные закуски на маленьких тарелочках. Сладковатый ароматный рис вновь был выше всяких похвал. Рике вдруг захотелось накормить Манако всеми этими вкусностями.
— Ты перегибаешь, Рэйко… — Она вздохнула. — Мне тоже показалось, что эти женщины немного странные… Точнее, оторваны от реальности, но не настолько все плохо….
— Рика, да что с тобой творится? Как ты могла не заметить странностей? Не почувствовать? Мне никогда не приходилось бывать в таком жутком доме…
Кончики ушей Рэйко покраснели. Так кто тут реагирует странно? Может быть, все-таки Рэйко, увязавшаяся за ней в поездку?
— Слушай, а как содержат быков? — неожиданно спросила Рэйко, когда они уже ехали в такси к отелю.
Рика не сразу поняла, о чем она. Проведенное на ферме время казалось безумно далеким.
— Быков, которых используют для искусственного оплодотворения? Пока они производят семя, их точно не отправляют на убой. А вот потом… Наверное, убивают? Звучит грустно…
Должно быть, Рэйко думала о Рёске, задав свой вопрос.
Сама Рика почти не вспоминала о Макото с тех пор, как приехала в Ниигату, и не испытывала никаких мук совести по этому поводу.
За окном такси все валил и валил снег, словно состязаясь с неоновыми вывесками: кто кого затмит.
* * *
Едва проснувшись, Рика потянулась к телефону. Небо за окном выглядело еще темнее, чем вчера. Из ванной доносился шум фена. Едва взглянув на экран, Рика воскликнула:
— От Акиямы пришло сообщение! Он согласен встретиться. И я как раз успеваю. Посидим в кафе при йогуртовом заводе. Извини, но тебе придется погулять где-нибудь без меня — он попросил о встрече наедине.
Она напрасно опасалась возражений. Волосы выглянувшей из ванной Рэйко были безупречно уложены — словно из салона, на лице ни тени недовольства. И не скажешь, что вчера подруга выглядела такой взвинченной.
— Тогда я погуляю по городу. Прикуплю вкусностей из списка Кадзиманы. Где встретимся вечером?
Они не спеша позавтракали и расстались у входа в гостиницу.
Завод
Хотя производство было небольшим, Рика часто встречала йогурты из Ниигаты в токийских супермаркетах. Завод считался местной достопримечательностью, и водитель понимающе кивнул, стоило Рике назвать адрес.
До встречи еще оставалось немного времени, и Рика решила прогуляться. Ее внимание привлек молоковоз с фирменным логотипом завода. Интересно, откуда он привез молоко? В памяти воскрес вчерашний разговор с Рэйко. А правда, как содержат племенных быков? Вернее, как долго их содержат? Семя перестает отвечать требованиям, и быков пускают под нож?
Кафе располагалось неподалеку от входа на территорию завода — Рика сразу его нашла. Открытая терраса, украшенная гипсовыми скульптурами и вазонами, тихо спала под снегом. Летом тут, должно быть, красиво. Официанты в униформе, напоминающей матросскую, дружно поздоровались с ней при входе. Внутри было тепло и чисто.
Акияма уже сидел за дальним столиком у окна. Заметив ее, он тут же поднялся. В теплом жилете и джинсах фермер выглядел куда моложе, чем вчера, и казался незнакомым.
— Спасибо большое, что смогли выделить время. И за вчерашнюю экскурсию — тоже, — сказала Рика, усаживаясь. К ним тут же подошла официантка. Это кафе числилось в списке Манако, и Рике непременно хотелось попробовать здешние десерты. Она сделала заказ: кофе с молоком и вафли с йогуртом и маслом.
— Хорошо, что я смог найти помощника на день, а то не получилось бы выбраться. Родителей и жену не хочется загружать, — признался Акияма.
— Ого, в молочных хозяйствах работников и на день нанимают? Не знала… Тогда позвольте мне оплатить день его работы, когда получу командировочные. Это будет справедливо. Я вас сдернула…
— Если такое возможно, не откажусь. А на день — да, можно нанять. У нас ведь выходных совсем нет. Но иногда набегают всякие дела, да и просто отдохнуть нужно. В этом случае наемные работники на день-другой помогают. Старшее поколение о таком и мечтать не могло. Наемный труд — это нормально. Разве захочет кто-то наследовать семейное дело, если пахать без продыху?
Официантка принесла кофе и десерт. Взбитое масло растекалось по горячей рыжей вафле, рисуя на ней золотистые дорожки и источая солоноватый молочный аромат. Рика с наслаждением впилась в хрустящую трубочку. Акияма улыбнулся, глядя на нее, и она тут же одернула себя — не лакомиться сюда пришла.
— Как похоже… Манако тоже очень любила здешние вафли и могла съесть сразу несколько порций. Мать потом ее отчитывала.
— А что вы думаете о Манако? Что можете о ней рассказать?
— Что я могу рассказать? Наши семьи были дружны, поэтому в детстве мы часто играли вместе. Как-то она приходила к нам посмотреть на рождение теленка. А ее отец частенько угощал нас сладостями, которые привозил из Токио, — это был маленький праздник. Но маму Манако я в то время побаивался — она казалась нервной и строгой, не подступиться… Потом, когда мы подросли, мы с Манако даже здороваться в школе перестали. Всякая близость исчезла.