Мастер сновидений
Шрифт:
— Это и есть Пустыня Поющих Духов. — Раздался у меня за спиной голос Зиты и сухонький пальчик ткнул в белое пятно между горными хребтами северного полушария. — Боли по утрам сильные?
— Да, но мне кажется, что они уменьшаются.
— Это плохо. Я настоятельно советую тебе увеличить физические нагрузки, это на время усилит болевые ощущения, но прорастание сущности будет идти намного быстрее.
Зита удалилась так же бесшумно, как и подошла, а я осталась рассматривать глобус. Большая часть пустыни, и почти все южное полушарие — сплошное белое пятно. В северной части на континент наползает ледник. Весь глобус усеян какими–то точками, словно кто–то иголкой помечал некоторые места. Интересно,
Придумала! Мне хочется путешествовать! Раньше, в прошлой жизни, у меня сначала не было средств, потом болезнь лишила такой возможности, а здесь… Есть куда податься! Вон, какой большой мир! Белые пятна на картах имеются, а там всегда что–нибудь интересное есть.
Решила почитать учебники или книжки какие–нибудь и с ожидаемым ужасом обнаружила, что читать я не могу, не знаю местных букв. Пожаловалась на это хозяйке.
— Это плохо, придется тебе учиться читать заново. Держи. — И она вытащила с одной из полок пыльную книжку. — По ней еще я училась читать. А теперь иди отсюда, когда научишься или вспомнишь — придешь. Да, и заходи иногда вечерами, после ужина в библиотеку, мне интересно узнать о твоем мире…
Страшно расстроилась, но делать нечего, пошла изучать букварь. С расстройства пошла к реке, у воды мне всегда становилось лучше, спокойнее, может, и сейчас придумаю чего. Как можно учиться читать, если не знаешь названия предмета, который возле этой буквы нарисован?
На полюбившемся мне месте, над самой водой под чахлым деревцем сидел мой вчерашний проводник, сын кухарки. Вот кто поучит меня грамоте.
— Привет, скучаешь?
Парнишка вздрогнул и повернулся ко мне. В его глазах был испуг и восхищение.
— Меня зовут Анна. А тебя?
— Притер.
— Ну, вот и познакомились. Притер, если ты не занят, и если у тебя нет более срочных дел, не мог бы ты мне помочь в одном, очень важном для меня деле. — Делаю смущенное лицо. Мальчишка обрадовано вскакивает и готовится бежать по первому моему слову куда угодно.
— С радостью, асса Анна. А что надо сделать?
— Ты ведь грамотный?
— Да, конечно. — Подтверждает он с гордостью. Смущенно продолжаю врать:
— Со мной тут произошла не большая неприятность и мне теперь придется опять учиться читать, не мог бы ты мне немного помочь. — Краснею и прячу глаза, только ножкой не шаркаю. — У меня тут и книжка специальная есть…
Притер смотрит на меня открыв от удивления рот.
— Ну так что, поможешь? А то кроме тебя некому.
Думает, интересно, что попросит взамен?
— А вы разрешите мне погладить эту вашу… — смущенно показывает на Мару.
— Конечно, подойди, не бойся, она тебя не обидит. Можно погладить. С ней еще и играть можно… — Поднимаю с земли палку, дразню собаку и кидаю. — Апорт.
Мара весело бежит за палкой, приносит, но как всегда не отдает. Держит палку в пасти, косит на нас глазом и дразнит. У меня есть, а у вас нет. Мальчишка недоуменно на меня смотрит.
— И что теперь?
— Теперь будем собаку ловить и палку отбирать. — На лице ребенка сомнение в моих умственных способностях.
Начинаю с Марой игру «поймай меня». Притер сначала наблюдает за нами, а потом присоединяется, сначала несмело, а потом дело пошло. Через некоторое время мы оба взмокли, но собаку так и не поймали, но повеселились от души. Я плюхнулась на траву.
— Все. Теперь давай учи, потом еще поиграем. Может, я ее еще на что–нибудь веселое уговорю.
Притер учить меня не очень–то и хочет, но делать нечего,
— Приходи сюда после сиесты, будешь учить меня дальше.
— Хорошо, обязательно приду.
Следующее утро решила начать пробежкой вдоль реки. Сколько же лет прошло с тех пор, как я последний раз бегала? Много, очень много… Ноги, сначала неуверенно, потом все быстрее и быстрее, начали свой бег по дорожке, в лицо засвистел ветер. Давно забытое ощущение свободы и легкости…
Тело привычно бежало и с удовольствием делало привычную ему разминку, даже получилось вспомнить несколько упражнений, что делают на бегу. Мара смотрела на меня удивленно, но бежала следом за мной. Подбежала к усадьбе. Асса Зита говорила что–то об увеличении нагрузок, может присоединиться к охранникам на их тренировках? Если мечами махать не научусь, то форму сохраню или восстановлю. Охрана как раз в полном составе вышла во двор на разминку, попытка не пытка, и за спрос денег не берут.
Подошла к старшему, с удивлением узнала того самого эльфа, что угощал меня ликером. Он меня тоже узнал, но лицо осталось каменным.
— Извините за беспокойство, асса Зита посоветовала мне увеличить физические нагрузки. Можно я немножко позанимаюсь с вами…
Сказать что эльф, так и хочется его по привычке назвать мужиком со страшными зубами, удивился, значит, ничего не сказать. Какое–то время он смотрел на меня и цвет его лица менялся несколько раз, я уж думала, что дело закончится гипертоническим кризисом, но нет, эльф оказался крепким. Не открывая рта, он указал мне место рядом с одним из своих соратников. Пол тренировки, я выдержала, несколько падений на полосе препятствий не считаются. Потом мне стало себя жалко, я поблагодарила всех присутствующих и отправилась приводить себя в порядок перед завтраком.
Как–то не заметно прошло возвращение откуда–то мужа Малики с целым караваном сильно груженых варгов тяжеловозов. Я так и не поняла, откуда караван пришел и почему гварричи их по дороге не съели, и как Оттор один управлялся с десятком варгов, и куда варги из каравана делись потом? В варгятнице на следующий день их не было. Я так много не знаю об этом мире, что, впрочем, не помешало мне принять деятельное участие в разгрузке каравана. Груз состоял в основном из продуктов и корма для варгов. На все мои попытки узнать, откуда караван, меня отсылали к ассе, иногда и совсем посылали, еще подальше… Потом разберемся откуда тут что берется и куда потом девается. Оттор потом опять пропал и опять привел караван и потом еще один.
Дни полетели веселой чередой. Благодаря Притеру, через неделю я уже знала: что в одном дне 28 часов, месяцев не привычно восемь, но дней в каждом сорок, и еще отдельно дни богов, восемь по их числу, и так четыре раза по восемь, в месяце пять недель по восемь дней. С днями богов оказалось сложнее и я решила не заморачивать себе этим голову, а просто мысленно прибавила к каждому месяцу еще по четыре дня.
Еще я узнала: сколько людей и не людей в усадьбе, кого и как зовут, в каком они находятся родстве. С эльфами, никак не привыкну, что этих страхолюдин так называют, оказалось все не просто. В усадьбе их постоянно жило десять, две боевые четверки и их командир и маг по совместительству, тот, что поил меня ликером, со своим учеником.