Майенн
Шрифт:
— Возьми чуть левее, — услышал он шепот Дароки, — один фут влево и три дюйма вверх.
Эрл ответил, не повернув головы:
— Это слишком далеко. Постарайся найти ближе и чуть повыше.
— Вверху, — сказал Дарока, — справа от тебя.
Это помогло. Прижавшись лицом к скале, Эрл нащупал опору справа, закрепился и, слушая подсказки Дароки, медленно двинулся еще выше, ставя ноги на выступы, найденные ранее руками. Дюмарест чувствовал, что мышцы начали уставать, пот заливал ему глаза, во рту ощущался вкус крови от ударов о выступы. Груз за спиной, казалось, весил уже тонну, и Эрл сознавал, что если он через несколько минут не сможет добраться до гребня,
Эрл отчаянно сопротивлялся этой опасной мысли, стараясь сконцентрировать все внимание на подъеме, гнал от себя выплывающие из глубин сознания картины возможного падения вниз, если он поскользнется, неточно закрепится, если нарушится неустойчивый призрачный баланс его и груза… Откуда-то сверху до его воспаленного сознания донеслись голоса. Это встряхнуло его, добавило сил; если он слышит голоса, значит вершина уже близко.
— Эрл! — шепот Дароки был странно напряженным, — я соскальзываю. Я не могу удержаться!
— Сомкни крепче руки. — Эрл почувствовал, что теряет равновесие, груз колебался, — черт! Делай, как я сказал!
Дюмарест почувствовал, как руки Дароки сомкнулись крепче у него на шее, напрягся изо всех сил, сделал шаг вверх, почти вслепую переставив ногу, еще два рывка… Он остановился, видя только черноту и круги перед глазами.
Дарока нащупал ногой опору и давление его тела уменьшилось, руки ослабили удушающую хватку:
— Эрл, я…
— Молчи. Ищи опоры и направляй меня.
Дюмарест слушал, почти автоматически-бессознательно полз вверх и вверх, цепляясь за выступы, малейшие шероховатости, и чувствовал, что он уже где-то за пределом сил. Ярд… еще один… третий… Он почувствовал, как чьи-то сильные руки подхватили его, поддерживая, подстраховывая, втягивая наверх, на спасительный гребень…
Встав на четвереньки, Дюмарест почувствовал, как Дарока скатился с его спины. Эрл набрал полную грудь воздуха, наполняя легкие спасительным кислородом, оживляя скованные судорогой мускулы. Его руки дрожали, как и мышцы шеи, спины, ног. Словно сквозь кровавую пелену, до него донесся голос Сака, полный недоумения и удивления:
— Смотрите! Долина изменилась!..
Глава 11
Дюмарест и его спутники прекрасно помнили, как этот участок планеты выглядел раньше. Скальная гряда переходила в каменистый склон, который смыкался с густыми, плотными зарослями растительности долины. Склон остался, представ перед их глазами выступами камней, неровностей и слюды, пятнами блестящей на солнце, а долина изменилась. Заросли буйной растительности сменились редкими островками деревьев и озерцами кустарника. Все остальное пространство внизу утеса занимала ровная, травянистая равнина, похожая на ухоженный подстриженный чуткой рукой садовника, газон. Там же, где раньше заросли долины терялись в дымке тумана, возвышалось нечто, воплотившие чьи-то грезы детства, сказочные сны и фантазии.
Это был каменный средневековый замок, чья-то материализованная фантазия. Он возвышался величественно и гордо, сверкая на солнце шпилями башен, окруженный неприступной каменной лентой ограды и рвом. Это была настоящая крепость времен средневековья, которая не могла существовать в современности — в таких строениях давным-давно отпала всякая необходимость; замок выглядел надуманно, гротескно, даже смешно — но он стоял перед ним, и это был не мираж, а реальность, пусть даже ее сваяла чья-то неумело-капризная рука.
Дюмарест внимательно изучал этот бастион, слегка прищурив глаза, которые раздражал
Позади него Чом шумно втянул воздух, выражая свое удивленное восхищение открывшимся зрелищем:
— Магия, — бормотал он, — или сумасшествие. Какую еще игру затеял с нами этот всемогущий и скучающий властелин?
— Замок, — Дарока протирал свои покрасневшие и воспаленные глаза, — и, мне кажется, на его стенах видны солдаты.
— Еще несколько мгновений назад этого бастиона здесь не было, — Сак выглядел озадаченным, — а когда вы вскарабкались на гребень, он вдруг возник из пустоты. Словно дымка, висевшая над долиной, кристаллизовалась и сваяла его, и газоны вокруг, и поглотила растительность…
— Замок, — снова повторил Дарока, — воплощение мужества, благородства и романтической любви средневековья. Неужели Тормайл упрятал наших друзей за этими стенами? А мы должны штурмовать их? Но если это действительно так, то каким образом мы, четверо, сможем победить эту неприступную цитадель?
— Мы пойдем на штурм, — сказал Сак, — если это потребуется. Ведь там мой брат. Так, Эрл?
— Нас всего четверо, — фыркнул Чом, — и у нас нет настоящего оружия. Ты, похоже, спятил, если предлагаешь такое.
— Эрл?
— Помолчите, — резко сказал Эрл. Времени для пререканий и ссор у них не было. — Мы сделаем то, что от нас потребуют, но, прежде всего, мы должны точно выяснить, что этот бастион из себя представляет. Дарока, ты можешь идти?
— Если осторожно, то да.
Дюмарест кивнул и пошел впереди, вниз с холма по направлению к фантастическому замку. Земля под ногами была мягкой, деревья и кустарники вдоль пути были покрыты цветами, пахнувшими сладко и дурманно; радужное сплетение алого, золотисто-желтого, изумрудного цветов вокруг выглядело странно, ярко и крикливо. Словно иллюстрация к детской книге, решил Эрл, какой-то обрывок по-детски нереального мира или воспоминания о нем. Может, Тормайл почерпнул это у Мари, а может, и у Карна. Люди, всю жизнь проводящие в дороге, перелетах, ежеминутно рискующие жизнью, иногда бывают по-детски странно сентиментальными.
Склон постепенно выровнялся, а затем стал подниматься вверх, к крепости. Она была по-прежнему видна неясно, детали скрыты дымкой тумана. Но стены, окружавшие ее, с дырами бойниц, торчащими стволами орудий и блестящими шлемами защитников, были видны отчетливо.
Чом подошел к Эрлу, разочарованный и усталый. Он облазил все окрестные заросли в поисках съедобных фруктов, но не обнаружил ничего подходящего:
— Нет ничего, чем мы могли бы утолить голод. И жажду, — он поднял вверх голову, всматриваясь в яркую голубизну неба, — и, похоже, становится все жарче.
Жара усиливалась по мере их приближения к замку; по их усталым лицам струился пот, они старались унять свои фантазии, забыть о прохладно-ледяной воде ручья или сочных, спелых плодах.
Дарока, шедший чуть позади Эрла, бледный и задыхающийся, взмолился:
— Подождите! Давайте хоть немного отдохнем. Часок, не больше. Это только добавит нам сил и вряд ли изменит что-либо к худшему.
Сак резко шагнул вперед:
— Там нас ждут. Мой брат и другие. У нас нет времени на отдых. Майенн, Мари, Карн и Тек… Они сами, усталые, голодные и измотанные, вряд ли сейчас способны на какое-то действие, поступки, могущие их спасти.