Меч
Шрифт:
— Проклятье.
На её глаза навернулись слезы, когда она посмотрела на него.
— Проклятье. Сукин сын. И я ему позволила. Черт, — она издала сдавленный смешок.
— Я почти не спорила с ним. Неудивительно, что он думает, будто…
Прикусив губу, она замолчала.
Выражение отчаяния на её лице было подобно удару под дых.
— Эл, — крепче стиснув её, он привлёк её ближе, пытаясь добиться, чтобы она посмотрела ему в глаза. — Эл. Послушай меня. Это не твоя вина. Что бы он ни сделал. Это не твоя вина.
— Я
— Нет. Элли. Это бессмыслица. Ты этого не делала!
Она вновь издала сдавленный звук и отвернулась.
На мгновение показалось, будто она хотела сказать что-то ещё, но не сказала.
Над головой раздался щелчок. Сработала противопожарная система орошения, окатившая их изогнутыми струйками воды.
Несколько секунд они просто стояли там. Джон нависал над ней, держа за руку, пока Элли стискивала свой живот, а вода пропитывала их одежду до нитки. Когда она наконец подняла взгляд, её глаза вновь сделались суровыми и решительными.
— Лестницы, — сказала она.
Не сказав больше ни слова, она выдернула руку из его ладони и прошла мимо него обратно по коридору. Поколебавшись долю секунды, Джон пошёл за ней.
Когда он нагнал её, она дёргала ручку тяжёлой огнезащитной двери, на которой большими красными буквами было написано «АВАРИЙНЫЙ ВЫХОД».
Заперто.
Джон собирался предложить ей пойти на крышу, когда она положила руку на кодовый замок справа от панели. Он вздрогнул, когда его слух резанул скрежет металла, такой громкий, что заглушил даже шум воды, падающей из насадок в потолке.
Дым тонкой струйкой повалил оттуда, где дверь встречалась с косяком. Он быстро рассеялся под напором разбрызгивателей, так что Джон даже засомневался, видел ли он это.
Затем она подняла взгляд. Её глаза полыхали, светились ярким светло-зелёным светом. Они напоминали ему неоновые палочки или радужные полоски цвета, которые он видел на некоторых аквариумных рыбках. Он боролся с нереальностью вида этих мерцающих радужек на лице его сестры.
Он взглянул на искорёженную панель, вмещавшую в себя запирающий механизм.
— С каких пор ты такое умеешь? — спросил он.
— Не дое*ывайся до меня сейчас, Джон!
Он сглотнул, поднимая ладони.
— Ладно. Супер.
Она положила руку на дверную ручку, затем резко отдёрнула её, словно металл обжёг её пальцы. Используя рукав пиджака его смокинга, она заново схватилась за неё и распахнула дверь. Джон пошёл за ней следом, на ходу покосившись на расплавленные клавиши. Опалины ярко выделялись по обе стороны панели.
Он смотрел недолго.
Стиснув
Она босиком шлёпала по лестницам в разодранном платье, оставляя за собой след из капель воды. Её причёска теперь совсем развалилась. Где-то по дороге она потеряла последние заколки с драгоценными камнями.
Через дюжину этажей Джону начало казаться, что он провёл на этих лестницах вечность. Их спуск превратился в бездумный отсчёт крутых ступенек; периодически ему приходилось возвращать внимание к шагам, чтобы не свалиться.
Впервые он ощутил запах дыма примерно в районе двадцать восьмого этажа.
К пятнадцатому воздух как будто сделался гуще, хотя Джон всё ещё не видел огня.
Они добрались до площадки пятого этажа, когда он вновь догнал её и схватил за руку прежде, чем она устремилась на следующую лестницу. Её лицо раскраснелось, покрылось слоем пота, и от жара, поднимавшегося снизу, и от спуска по лестницам почти бегом. Теперь её волосы выглядели опять почти сухими.
Когда она подняла взгляд, её лицо выражало лишь нетерпение.
— Эл! Отсюда мы никуда не выберемся, — он показал на дверь. — Откроешь её, и весь этот лестничный пролёт превратится в сплошной ветровой туннель. Огонь выстрелит на двадцать этажей.
Она отвернулась, пытаясь высвободиться из его хватки.
Он снова схватил её.
— Нет! Элисон! Я серьёзно. Ты не можешь…
— Он ударил по лобби, — рявкнула она. — С подвалом всё хорошо, Джон. Я собираюсь выйти оттуда.
Он уставился на неё, заметив её ожесточённый взгляд.
На долю секунды он поймал себя на том, что задаётся вопросом, насколько сильно связь с Ревиком могла влиять на неё — помимо неспособности отказать ему, как минимум, в плане их физических отношений.
Когда она опять вырвалась из его пальцев, Джон отпустил.
Она снова принялась спускаться, перепрыгивая через две ступеньки за раз. Её платье тащилось за ней, пока она переставляла ноги всё быстрее и быстрее.
Он вновь нагнал её на первом этаже, настороженно глядя на дым, валивший из швов вокруг огнеупорной двери. Он не сомневался, что по ту сторону бушевало нешуточное пламя. Он рефлекторно закашлялся и отпрянул от жара, когда они проходили мимо. Краска плавилась, и металл, похоже, тоже смягчался.
Он сделал вдох только тогда, когда они добрались до нижней площадки.
Она спустилась ещё на три пролёта, до третьего подвального этажа.
— Парковка? — спросил он у неё, когда она остановилась перед дверью.
Она кивнула, сжимая одной рукой металлические перила на нижней площадке. Она распахнула дверь и подняла на него взгляд. Её глаза опять светились.
— Поспеши, Джон, — только и сказала она.
Прежде чем он успел ответить, она исчезла за металлической дверью.