Меморанда
Шрифт:
Добравшись до Министерства Знаний, мы не стали пробираться внутрь через общественные купальни. Вместо этого Белоу извлек откуда-то ключ, и мы чинно, сквозь боковую дверь, вошли в ту часть громоздкого сооружения, которая совершенно не пострадала от взрывов.
Белоу провел меня вниз, в подвал, а оттуда – в одну из комнат знакомого мне коридора со множеством дверей. В моей реальности за одной из этих дверей лежал он сам, иссушенный сонной болезнью. Я чуть не свихнулся от мысли, что если пройти по коридору в эту комнату и подождать подольше, то можно встретиться с самим собой.
Помещение,
– Чувствуй себя как дома. Я сейчас вернусь, – бросил он, оставляя меня одного.
Я старался держаться спокойно, понимая, что мой единственный шанс добрать до Книги – ждать подходящего момента. Но пока я тут вел светские беседы, Анотина спала и, наверное, истаивала в чистое воспоминание, которое я уже никогда не смогу обнять… Вино и сигареты были для меня сейчас не развлечением, а лишь средством унять тревогу.
Наконец дверь открылась, и Белоу вошел.
– Клэй, хочу представить тебе моего сына, Мисрикса, – объявил он.
Я встал и протянул руку. Из-за спины Создателя выдвинулся демон: голова опущена, мощные лапы сложены на груди. Будь это первая наша встреча, я бы точно с криками ринулся вон из комнаты. Но поскольку к виду демона в очках мне было не привыкать, Белоу был поражен моей выдержкой. Вежливым кивком я предложил Мисриксу обменяться рукопожатиями.
– Отличные очки, – похвалил я. – Ты выглядишь весьма интеллигентным молодым человеком.
– Очки! – фыркнул Белоу. – Согласись, это уже чересчур.
– Нет, серьезно, – запротестовал я.
– Спасибо, – отозвался Мисрикс, обнажая клыки в застенчивой улыбке.
Он уселся за стол вместе с нами, и я спросил его, какие книги он читает. Демон сразу проникся ко мне симпатией и принялся детально излагать содержание последних прочитанных им томов. Вскоре Белоу перебил его.
– Знаешь, Клэй, он ведь большой поклонник физиогномики! – похвастался он.
– Твой отец гений, – сообщил я Мисриксу и краем глаза заметил, что Белоу расцвел в улыбке.
От предложенной сигареты демон отказался, но я заметил, как он занервничал, оттого что этот скользкий вопрос прозвучал в присутствии отца.
Наконец Белоу отпустил Мисрикса, приказав ему отправляться в лабораторию и присмотреть за узниками. Когда тот удалился, Белоу обернулся ко мне:
– Ладно, Клэй, ты вел себя безупречно. Что тебе нужно?
– Я знаю, что вы работаете над вирусом некой болезни, погружающей людей в сон, – начал я.
– Отлично, Клэй! – Создатель хлопнул в ладоши. – Вижу, мы оба не прочь пошпионить.
– Мне нужна вакцина, – заявил я. Белоу ухмыльнулся и поскреб подбородок.
– Вакцина… – промолвил он. – Что ж, я могу тебе ее дать.
Я не поверил своим ушам:
– Можете?!
– А почему бы и нет? Но для начала давай, как в старые добрые времена, отведаем на брудершафт красоты. Я усовершенствовал состав, теперь он куда мощнее прежнего. Малюсенькой капли, разведенной
Я был бы полным кретином, если бы не заподозрил неладное, но выбора у меня не было. К тому же приближался час, когда мне так или иначе нужно будет заглушить зов привычки.
– Хорошо, – кивнул я. – Как в старые добрые времена.
Создателя моя готовность, казалось, несколько озадачила, однако в следующий миг он хлопнул в ладоши, и из небытия появились два шприца.
– Кое-что еще помню, – ухмыльнулся он, подавая мне шприц.
Белоу молниеносно всадил иглу в вену на шее – в прошлом он не раз проделывал это на моих глазах. Мне было сложнее: я несколько лет не держал в руках шприца и замешкался на минуту, обдумывая процесс. Затем закатал рукав, согнул руку и сжал кулак. Стоило мне взять в руки шприц, как былой навык не замедлил вернуться. Игла вошла в вену легко, как ключ в замочную скважину.
После занятий любовью с Анотиной действие наркотика проявлялось не сразу. С инъекцией все было иначе: здесь красота вливалась прямо в кровь. Когда на столе валялись два пустых шприца, а мы таращились друг на друга затуманенным взором, Белоу спросил:
– Откуда ты узнал о сонной болезни?
– Оттуда же, откуда я знаю про стальных взрывающихся птиц, – ответил я и расхохотался. Наконец-то я знал больше Создателя!
– Ты что, балуешься магией? – Белоу подозрительно вскинул бровь.
– Нет, вашими мозгами, – отрезал я. – Ну же, вы обещали мне вакцину.
– Ты уже получил ее, – ответил он.
– Я еще не настолько не в себе, – сказал я. – Где она?
– Я только что дал ее тебе, – повторил Белоу.
– Да нет же… – упрямо начал я, и тут до меня дошло. – Красота? – упавшим голосом спросил я. – Это красота?
Он кивнул.
– У красоты много свойств. Когда человек бодрствует, она дарит забвение, когда спит – напоминает, что пора проснуться.
– Нет! – взмолился я.
– Раз уж ты пронюхал про птиц и сонную болезнь, позволь рассказать тебе остальное. Именно чистая красота должна была стать вакциной, ибо после того, как население Вено будет инфицировано сонной болезнью, в один прекрасный день на сцене появлюсь я и, излечив всех, стану героем. Люди научатся уважать меня – ведь я спасу их родных и близких. К тому же таким образом красота станет в Вено неотъемлемой частью существования, а я – самым необходимым человеком, поскольку только мне известен секрет ее приготовления.
– Вы хотите распространить эту страшную привычку? – ужаснулся я.
– Называй это как хочешь.
– Но зачем?!
– Я хочу, чтобы твой народец полюбил моего сына, но знаю, что этого не случится, пока я не заставлю вас силой. Я должен убедить людей воспринимать Мисрикса как полноправного члена общества. Я ведь не бессмертен и хочу знать наверняка, что у моего сына впереди нормальная жизнь. Если он останется со мной, он сделается таким же сумасшедшим, как я, и после моей смерти ничто не удержит его от возвращения к прежним диким нравам.