Монстр
Шрифт:
Когда рыжая самка села, Бек услышала плеск воды под ногами и отважилась осторожно выглянуть из-за неё. Зверёныш с матерью возвращались на другой берег ручья; одной рукой он цеплялся за шерсть у неё на боку, а она гладила его по голове. Он оглянулся через плечо, оскалился и зашипел на Бек и её защитницу.
Злобно хрюкнув напоследок, мать и сын быстро направились к кустам и, прежде чем скрыться из вида, громко прорычали ещё одно оскорбление.
Значит, их трое.
Рид сидел на кровати в номере 105, перед ним стоял грязный рюкзак Бек с погнутой рамой. Осторожно, словно священнодействуя, он
— Она это читала, — удивлённо проговорил он. — Она действительно читала это.
Теперь, когда они потеряли столько драгоценного времени, а Бек так и не нашли, Рид находился в мучительном состоянии неопределённости: с одной стороны, он твёрдо верил, что она найдётся, с другой, голос рассудка говорил, что её наверняка уже нет в живых. Он не осмеливался высказывать подобные мысли вслух, ибо пока ещё не был готов посмотреть в лицо страшной действительности.
— Я горжусь Бек, — сказал он, обессиленный тяжёлыми переживаниями. — Я действительно горжусь, что она попыталась. Знаете, она ведь так и не закончила последнюю картину. Она закончила один роман, но боялась посылать его издателям. Боялась плохих отзывов.
— Роман отличный! — заверила Синг. — И послушай, Рид, идея провести отпуск в дикой местности тоже неплохая. Безусловно Бек нуждалась в этом, но мне кажется, нам всем такой опыт пошёл бы на пользу.
— Ты поступил правильно, — согласился Кэп.
Рид уставился на пустой рюкзак. Кэп взял его из рук Рида, который продолжал сидеть неподвижно, пытаясь измерить глубину сегодняшних разочарований. Обе поисковые команды вернулись на ночь: одни остались в «Высоких соснах», другие решили заскочить домой на несколько часов. Надежда — и без того слабая — угасала с каждой минутой. Рид задавался вопросом, все ли вернутся завтра утром.
— Они мне не верят, да?
— Некоторых трудно понять, — сказал Кэп. — Думаю, Пит и следопыты на твоей стороне, но что касается остальных, то там начинаются разные разговоры.
Синг попыталась ободрить Рида.
— Этого следует ожидать, Рид. Ты же сам всё понимаешь. Тебе остаётся лишь сохранять веру в людей.
— Я видел тело Рэнди. И Бек видела. Мы оба видели! Синг подняла руку, пресекая дальнейшие речи на данную тему.
— Рид, давай двигаться дальше. С телом что-то случилось. Сейчас перед нами стоит вопрос: что именно?
— Пит нашёл дерево, верно?
— Да, насколько мы можем судить по твоему плану местности, — ответила Синг. — Он полагает, что нашёл ваши с Бек следы возле дерева и куст, в который она упала. Всё совпадает с твоим рассказом.
— Но тела нет.
— Нет, нигде.
— Но и никаких медвежьих следов,
— Возможно, следы есть…
— Но не медвежьи!
— Пит ничего не утверждает с уверенностью.
— Потому что медведем здесь и не пахнет, и он знает это!
— Он ничего не знает наверное! — возразил Кэп.
— Он нашёл такие же следы над водопадом — я прав? Синг вскинула руку.
— Да, он нашёл там следы. Одни из них могли принадлежать Рэнди, а другие… Я скажу тебе, что думаю: по-моему, у Пита есть сомнения насчёт версии с медведем, но он не торопится с выводами.
— Никто не знает, что здесь действительно произошло, — сказал Кэп.
— Тогда зачем ты обнюхивал рюкзак? — спросил Рид.
— Что?
— Ты обнюхивал рюкзак! Ты рассматривал волосы! О чём ты думал?
— Рид, я ни о чём таком не думал. — Рид и Синг пристально смотрели на Кэпа. — Ну, ни о чём, заслуживающем внимания!
Синг подалась к мужу и выразительным голосом проговорила:
— Нам необходимо идентифицировать найденные волосы, Кэп.
Кэп заметно встревожился.
— А чего вы на меня-то уставились?
— У тебя есть друзья в университете, которые могут сделать это.
— Да никакие они не друзья! — Рид и Синг снова пристально на него посмотрели. — Ну ладно, некоторые — друзья. Возможно.
Синг порылась в своём рюкзаке и вытащила пластиковый пакетик, заклеенный красной липкой лентой с надписью «улика». В нём находились волосы. Она бросила пакетик мужу.
Он бросил его обратно.
— Я не собираюсь возвращаться туда! Я не могу! — Он снова почувствовал пристальные взгляды собеседников. — Хорошо, приведите мне ещё какие-нибудь веские доводы — и тогда я подумаю!
Несколько долгих мгновений огромная рыжая самка сидела совершенно неподвижно, а потом немного разжала руки, давая наконец Бек возможность пошевелиться. Бек испытала слабое облегчение, пару раз глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться, но сердце у неё по-прежнему бешено колотилось и дрожь не отпускала.
Жёсткая, как бейсбольная перчатка, ладонь легла Бек на лицо и заставила запрокинуть голову: теперь она смотрела прямо в янтарные глаза, находившиеся всего в нескольких дюймах от неё.
Бек не могла даже закричать: голосовые связки опять отказали.
Длинный розовый язык, мокрый и скользкий, принялся с хлюпаньем слизывать с лица Бек ягодный сок и кровь. Она подняла руку, собираясь оттолкнуть прочь огромные губы — хлюп, — но потом поняла — хлюп, хлюп, — что сей отвратительный, зловонный, слюнявый акт может означать — хлюп — проявление доброты и заботы — хлюп, хлюп, — и ей лучше не противиться.
Существо ещё немного повозило языком по лицу Бек, а потом стало изучать её, как мать разглядывает своего ребёнка. Удовлетворившись увиденным, оно посадило Бек на землю и направилось к ручью ещё попить.
Борясь с тошнотой, Бек моментально подползла на четвереньках к ручью, шлёпнулась на живот и принялась плескать водой в лицо. Она чувствовала мерзкую слизь на своей коже, в волосах, и даже в ушах. Она лихорадочно пыталась отмыться, мечтая о мыле и очищающем креме — восхитительном ароматном косметическом молочке, которое выливается из красивого декоративного флакона с дозатором, стоящего на умывальнике в чудесном, тёплом, чистом доме…