Морок
Шрифт:
— Что стряслось? — Олег засмеялся. — Это мы тебя должны спросить, что стряслось. Ты вылетел из своего портала как… Пробка.
— От шампанского. — Добавил Климов.
— Во-во! Мы к тебе, а ты в отключке. Что тут думать? Ванька пробил пульс — дышишь. Тут и Люська выныривает: где он, что, как… Я, грит, как положено, стою на связи, а его как ядром мимо… Аж волос поднялся. Да, Люца?! Так ведь?
— Так, так… — Люся озадаченно всматривалась Вадиму в лицо. — Вадим… Я не знаю…
Таких прецедентов не было ни с Ваней, ни с Олегом.
В голосе Людмилы была растерянность и виноватость. Зорин рывком оторвался от импровизированных подушек, жестом давая понять, что всё в порядке.
— Как объяснить? Да не нужно объяснять необъяснимое… — Вадим с некоторым удивлением и наслаждением глубоко вбирал в себя посвежевший вечерний воздух. Новизна ощущений была во всём: в дыхании — казалось, воздух разбился на тысячу запахов-оттенков, в зрении — оно стало ярче, чётче и как будто острее, а ещё… Тело потеряло возрастную грузность. Так, по крайней мере, казалось, словно он Вадим искупался в омолаживающей купели и снял с себя не менее десятка лет. Он встал на ноги и слегка попрыгал, с удовольствием пружиня в коленях. Просто живчик… Юноша, да и только…
— Николаич, все хорошо? — Участливо спросил Олег. Видимо, такая зарядка озадачила группу.
Зорин ощерил рот в довольной улыбке.
— Даже очень хорошо. Сам удивляюсь… Невероятный заряд сил. Замечательно!
Он крутил запястья, сгибал-разгибал локти, вращал плечами. Ух-х… Всё двигалось на раз-два, словно тело щедро смазали, а ещё лучше представить: словно его заново выточили. Вылепили, снимая ножом всё лишнее… Здорово!
Головной рассмеялся.
— Николаич, ты будто с пробежки вернулся! Весь такой в движухе, энергичный… Тебя там не током шандарахнуло?
— Ты будешь смеяться, но шандарахнуло. Не током, конечно, но чем-то похожим, да!
— А подробности?
— От тебя-то подробности были?
— Извини…
— Не стоит извиняться. — Вадим дружелюбно хлопнул Олега по плечу. — Не обидел. Давайте-ка, все присядем в кружок и суммируем всё, что узнали! Опуская личные моменты. Да?!
Он приглашающее уселся на своё фамильное место у костра, и подождал, пока усядутся вокруг остальные. Испытывающе оглядел сосредоточенные лица и смягчающе улыбнулся.
— Оказывается, друзья мои, «Алиса в стране чудес» не сказка, а документальная повесть. Не знал. Ну, это ладно, лирика… Хотелось бы обсудить эту повесть-сказку, кто что вынес из своего индивидуального приключения. Предлагаю крупицы информации в общий котёл, так сказать, на общее рассмотрение… Ещё раз подчеркну: опуская личное! Если конечно нет желания распахнуть душу. Ну, это ладно… Давайте, начну с себя! Лично я ничего толком не узнал. Меня оттуда… Мягко попросили…
Он вспомнил пронизывающие глаза деда и, словно холодочком холонуло спину. От этого воспоминания.
— Могу предположить, — продолжил Вадим, — при входе в портал, так сказать… в изменённом своём состоянии, транса там, ну, я не знаю… Мы
— Никто не засекал. — Олег пожал плечом. — Но, похоже, и пяти минут не вышло.
— Понятно. — Зорин проворно кинул охапку щепок в костёр, вернулся взглядом к Олегу. — Итак, Олежа, давай, ты!
Олег сморщил лоб, очевидно силясь выудить нечто из памяти. Скривив губу, он дважды закидывал голову в вверх, но проклюнувшиеся в небе звёзды молчали… Он шумно выдохнул воздух.
— Хрен его… — Крякнув, он покосился на Люсю и поправился: — Чёрт его знает, Николаич! Ничего я по ходу не узнал. О себе я узнал много хор-рошего! А так… По существу… Не знаю.
— Ясно. — Поспешил отреагировать Вадим, но тут заметил рвущуюся вверх руку Климова. Тот тянул её как первоклассник с парты.
— Я могу сказать, Николаич! Тьфу ты, блин… Извиняюсь. Вадим. — Похоже, Ванька до сих пор не смог найти нужную форму обращения. — У меня по существу…
Отрегулировав поток слов, Иван вдруг заговорил довольно деловито и возбуждённо хорошо.
— Мой протеже, мой подсознательный брат меня не сильно прессовал как, наверно, Олега. Хотя не без этого. Здесь… проехали! А по существу — следующее! Мне дали понять, что тот мир иной, по праву тонкий и всё крутится там по-другому. Не так как здесь. Элементарная физика, механика там не канает. То мир чистых энергий, безматериальных форм и любая фантазия людская способна ТАМ сцементировать, скажем, любой образ из нашей башки. Любой… Будь то яблоко в ладони или баллистическая ракета «земля-воздух»…
— Ого! — Улыбнулся Головной. — Уж ты-то, наверное, поизвращался… Да, Ваньша?!
— Нет. — Коротко отмахнулся Климов. — Погоди, Олег… Сам я там ничего не мог. А вот моя вторая половина сознания, это да… Мы договорились, и мой дубль «я» по моей указке менял солнце на звёзды и вечер на ночь. А что с лодкой он творил вы бы видели!
— С какой лодкой? — Спросила Наталья. По возвращении Ваньки, она не знала, как к нему относиться. Внешне он оставался тем же, но перемена… Перемена явственно была.
— С лодкой это ладно! — Отмахнулся как от незначительного Иван. — Главная фишка в том, что оба мы: суть и подсуть — являемся единым целым. Одним существом. Это как два в одном, помните рекламу? Только он — внутри и зашифрован, как выразился Вадим, а я… Налицо открыт и доступен. И живём мы тоже… Я в материальном, а он — в энергосущем мире. Я… волнуюсь счас, и по ходу объясняю не так здорово, как объяснял он мне сам…
Иван запнулся, теряя нить, но коллектив, уже заряженный его энергетикой, кинулся его подбадривать.