Мотылек
Шрифт:
– Ой… зря вы это. Только не говорите, что вы на руководящей должности. Первое, чего вы не должны делать – это ручаться за кого-то. Не в этой деятельности. Предаст любой, стоит только правильно надавить.
– Все мои парни проверены. Без семьи, без обязательств, без долгов, без вредных привычек… давить практически не на что. Они зарабатывают так, что могут позволить себе собственный остров, через год или другой. И поверьте, наш Босс не скупится на дорогие подарки. Это не работа, а мечта.
– Куда я могу выслать свое резюме?
– Ваше резюме попало
– Вы что же, думали, что и я агент Ми-6?
– Поверьте, не только Ми-6 интересуется моим работодателем.
– Знаете насколько законопослушная жизнь способна облегчить существование в этом мире? Вы удивитесь…
– А вы удивитесь тому, что за все время работы его светлость не нарушило ни одного закона, – заметив мой скептический взгляд, он поправился. – Чего, разумеется, не могу сказать о службе безопасности. Если бы мы чтили законодательство, то вынесли бы герцога вперед ногами еще в первый же год после его рождения.
– Неужели у него так много врагов. Этих герцогов – пруд пруди, зачем он сдался английской разведке.
– Я итак сказал вам слишком много. Больше чем требуется. Он хороший человек и его нужно защитить. А Стэйси пала жертвой собственной глупости. Нам не на руку ее смерть, поскольку из-за этого сорвалась встреча со связным, и мы теперь не знаем подробности ни о месте, ни о времени покушения.
– Да уж, дело дрянь… придется вашему милорду…
– Его светлости.
– Да неважно. Придется ему отменить завтрашние лекции.
– Это исключено.
– Вы же лучше меня понимаете, что ему сейчас не стоит высовываться. Маловероятно, что кто-то ликвидирует его прямо во время лекции, но до и после… столпотворение, хаос, возбуждение людей – идеальное прикрытие. Никто даже не заметит. Укол кардиотоксина от случайного столкновения и вашего голубокровного приедет опознавать убитая горем мать.
– Отмена лекции исключена. Но я должен быть там, чтобы обеспечить его безопасность.
– А вот это, мсьё Стефан, абсолютно исключается. Все, что я могу для вас сделать – это удобный кожаный диван на ночь, вместо вечеринки с бомжами на бетонном полу и больничная палата после допроса. Но выйти… не получится. Мне еще предстоит долгая беседа со следователем по поводу обвинения, которое мы вам предъявим. Полагаю, вашего сообщника следует искать где-то в районе трех метров от Жерара Депардье?
– Он хороший человек, – Стефан начал нервничать, пытаясь доказать, что его Боссу по ночам мешает спать свет от нимба над головой.
– Да успокойтесь вы… приставим мы охрану вашему Боссу. Со всем разберемся. Не такая уж и патовая ситуация. Если версия самообороны подтвердится, то уже через недельку другую вы сможете вернуться на службу.
– Мне уже может быть не к кому возвращаться. Вы должны передать эту папку его светлости.
– Нет, друг. Так не пойдет. Папка – вещественное доказательство, – я замолчала и еще раз пролистала документы, которые
Сделав копию документов из папки, до того, как вернулся Вик, я еще раз внимательно посмотрела на Стефана. Мужчина, 48 лет. Недлинные русые волосы уже тронула седина. Лицо в области лба и глаз усеяно морщинами, около левой брови шрам, вероятно, защищал своего хозяина. Судя по уставшему взгляду, на долю этого человека выпало немало. Интуиция в делах редко меня подводила. И сейчас я была склонна верить ему. Его ноги были перебинтованы, но крови не видно. Либо я очень искусный стрелок, либо совершенно не умею стрелять. Впрочем, я рада, что он жив. Не знаю, смогу ли я когда-нибудь убить человека, даже с целью предотвращения преступления. Ведь страшнее всего не сделать, а жить после этого…
Посчитав, что информация в папке никак не может навредить общественной безопасности, я попрощалась и вышла из кабинета, прихватив ее с собой.
– Эми…
Я подпрыгнула от неожиданности.
– Вик, привет еще раз, не ожидала тебя увидеть так рано…
– Сильно стемнело, мы продолжим осмотр завтра. Место оцепили, на ночь там останется патруль. Что-то удалось вытянуть из нашего дружка?
– Ох, Вик… дело нелегкое. Скажи, что все похоже на самооборону, пожалуйста.
– Сомневаюсь. Похоже, женщину изнасиловали…
– Черт, – эта версия совершенно расходилась с тем, что я узнала от Стефана. Нет, чутье не могло меня подвести. Впрочем, такие люди любят говорить половину правды. Вполне возможно, что они убили действительно агента Ми-6, но при этом ничего не мешало сделать это хладнокровно и с предварительным изнасилованием. – Тогда нам повезло, что Стефан не принимал душ… отправляй его на экспертизу. ВУД, арест и прочие я оформила, они на рабочем столе, в моей папке.
– Стефан? – Вик усмехнулся. – Что за имечко.
– А Босс у него французский принц или кто-то там из голубых.
– Не местные?
– Нет. Утром придется связываться с консульствами. В общем, не завидую я тебе…
– Мне? То есть ты отказываешься помочь?
– Вик, сейчас второй час ночи, а у меня в девять утра клиническая психиатрия. Психоорганический синдром сам себя не исследует… а ты вполне справишься, я уверена. И… я сварила тебе кофе.
– Спасибо, Эми, – он прижал меня к себе и томно заглянул в мои глаза.
– Я знаю, что ты сейчас делаешь…
– Знаешь? – нежный шепот и цепочка легких поцелуев от уха до ключицы.
– Вик, прекрати. Пожалуйста… Мы не сможем вернуть наше прошлое.
– Неужели тебе этого не хочется? – в его серых глазах отчаянный крик мольбы. Я вижу, что он страдает без нас. Не сомневаюсь, что он действительно любил меня, но одной меня ему было мало. А я эгоистка и собственница.
– Хочется. Но я никогда не смогу забыть твоего предательства…
– Прости меня, – он уткнулся носом в мои волосы. Я всем телом чувствовала его желание, его мольбу, его раскаяние…